- А какая ещё боль бывает, папа?
- Всякая, дочка, но, прежде всего – человеческая.
Эпопея М.Г. поражает тем, что автор ПЕРЕЖИВАЕТ свою философию. Он её выстрадал, и, может быть, из-за этого уже потом она ПЕРЕЖИВЁТ его. Нет, нет, не слушайте меня! Они всегда будут вместе – он и она, она и он!
Всякий, кто дерзает рассуждать о “Последней метафизике” Михаила Гофайзена, рискует оказаться не на уровне мышления автора. Такова особенность этой незаконченной пока книги. Однако кто не рискует –тот не пьёт шампанского. Да и автору этой “финальной” феноменальной философской стихопрозы, наверное, самому хочется услышать простые человеческие мнения о своём творении.
Честно говоря, когда я читаю фрагменты М.Г., меня не покидает мысль, что что-то здесь не так, что между безукоризненно выстроенным логически миром и автором находится ещё один мир. Что автор как бы застыл между истиной и её зеркальным преломлением, и, только поменяв форму изложения, скажем, с прозы на стихи, он сможет сделать шаг в одном из возможных из этой точки направлений, сдвинуться с мёртвой точки пережитого в детальных подробностях старого мира. Воспользуюсь-ка я, пожалуй, терминологией самого Михаила.
«свет,
несущий информацию, не успевает достичь глаза, а безвозвратность уже царствует.»
Не успевает свет философов-предшественников Гофайзена, претворенный в единое целое Михаилом, достичь наших глаз, как он уже безвозвратно устаревает, а автор, не мешкавший тем временем ни секунды, уже успел уйти далеко вперёд. Как черепаха всегда на шаг впереди Ахиллеса! И то, что Михаил только что нам рассказывал, уже больше не является его собственным образом мыслей. Поэтому-то он и благодарит философов прошлого!
Существует странное несоответствие между поэтом и философом. Философ, в сущности, следующая ступень развития поэта. Поясню. Поэт постоянно ощущает боль жизни – и никуда не может от неё уйти. Философ же, в отличие от поэта, смотрит на земные события сверху вниз, он преодолевает земную боль космическими законами причинности. Но он не может до конца подавить в себе поэта. Да что там говорить? Он не может подавить в себе живого человека!!!
ФОРМУЛА ПАМЯТИ
«Жизнь прирастает памятью». Я бы добавил, что жизнь прирастает тем, что остаётся от памяти после её встречи с забвением. Жизни свойственна некая саморегуляция, в результате которой она сама решает, что ей помнить, а что – забывать. Но полного забвения не происходит: идёт сублимация части памяти в подсознание.
«Гори, гори, звезда моих идиллий!» Как же хочется порой человеку убежать в бомбоубежище идеализма! Но, выйдя из укрытия, герой Гофайзена начинает ощущать себя одновременно и ведущим, и ведомым, и учителем, и учеником, «и странником, и Вергилием», переходя на более родственный автору дантовский язык. Раньше бы это назвали раздвоением личности – и посоветовали обратиться к психиатру. Но теперь это ни к чему. Выросло время, и мы, его современники, выросли вместе с ним. То, что раньше было скрыто даже от глаз посвящённых, предстаёт нам в своей первозданной наготе. Мы уже несём этот объём противоположностей в своих душах! Два - в одном! И – поделом нам!
Нельзя не отметить активно культивируемую Михаилом Гофайзеном платформу преемственности философских и поэтических поколений, что особенно заметно в аллюзиях из сочинений знаменитых русских поэтов. Как-то в беседе с одним человеком я имел неосторожность заявить ему, что в своих рассуждениях дошёл до всего сам. На что он язвительно заметил: «Посмотрел бы я на Вас, если бы Вы не прочли в жизни ни одной книжки!» "Без преемственности мы обречены на вырождение" - считает Михаил Гофайзен.
И вот М.Г. опять возвращается к объёмному переживанию бытия: он хотел бы объединить память о прошлом с памятью о будущем. И сам же дивится дерзновенности и обречённости своего желания.
«Счастье – когда оба пространства совпадают. Мозг погружается в эйфорию, душа захлёбывается чувством лёгкости и полёта, ликуя от осознания полноты бытия. Но как обманчиво ощущение этой свободы и безграничности собственной силы! Как мимолётно и вероломно!»
И поэту нипочём, что он зван и избран. «Не до смерти ему ещё. Он не изгнан». Рай "must go on"! «Когда любовь сильнее смерти, то жизнь утрачивает суть». Браво, Михаил! Брависсимо! Какой жестокий и какой гениальный афоризм! Никто из смертных не развенчивал оптимизм необратимее! Если, конечно, считать, что этого ещё не сделал до Гофайзена Шопенгауэр...
Я всегда ощущал в себе непродуманность какую-то...
потому наверно и не смог вкурить как это,
"прорезать воздух между глаз"...
так и как же, Андрей?
excuse me...
И ещё. В Вашем стихотворении только куплет песни. А где припев?
Вторая часть мелодии?
Прослушайте его снова и увидите, что в приведенном польском варианте (согласен - он исковеркан, неверен...) есть и текст на вторую часть мелодии Дюка Эллингтона.
Между прочим, по приезде в Америку, пропадал по воскр. дням в негритянских церковных храмах, и не единожды по моей просьбе его исполняли. Он фантастически звучит на органе. Или церковном квартете, квинтете...
А поют...
М.Т.
USA
Поразительные строфы... Перечитал все Ваше стихи на сайте...
Игорь, это потрясающе. Меня всегда прельщает некая доля авантюризма, которая, в свою очередь, каким-то непостижимым образом расширяет до невероятных размеров масштабы духовного прозрения, о котором мы, в сущности, мало что знаем, иногда возникает иллюзия глубины, но на самом деле, почти всегда и всё остается поверхностными наблюдениями, а у Вас глубина... Точность!!! Хотелось бы когда-нибудь увидеть Ваши ваятельные творения.
Дорогая Людочка, случайно открыл это Ваше стихотворение.
Сказать, что оно мне очень понравилось, означало бы, что я не сказал ничего.
Это маленькое стихотворение - настоящий бриллиант! Мало слов, но сколько сказано! Всё точно. Ни одного лишнего слова.
Шедевр!!!!!
Спасибо!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Привет, Олюшка!
Сразу и насовсем врезаются:
*Потомок Ноя миллионный
Опять к потопу не готов.
*В ночных дворах ворОнки ветра,
Деревья сникли, как венки.
*Мы все спасаемся наверно,
Коль не бежим вперегонки.
*На чёрном сквашенном снегу
танцуют белые вороны.
*А защите в ответ пустота все лютей
*дышит темя детства.
Ну а я ж ещё раньше некоторые читал...
"Сапожник всегда босой" - мне всё-таки кажутся недоотделанными строчки:
*И пустяк-великан вдруг тебя ощетинит (? ну прости - можно ведь и как-то лучше!..)
*На реках ледяная пенка —
Не бойся, это не шуга. (? а чего в шуге страшного-то???)
Как ты справедливо заметила мы ж все разные, аж жуть! Вот я и требуваю от тебя абсолютнава совершенства!!! Поскольку привык уже.
Надеюсь - до скорого!
Оля , радуюсь твоему появлению на сайте. Нам нельзя надолго уходить.(Кстати, готовая первая строчка для стихотворения). Насколько я ухожу с завтрашего дня - не знаю, но, думаю, не надолго. По болезни. Прицепились. Стихи твои мне по душе, их лирическая мощь нарастает, начиная с третьего. А осень действительно необычная. Говорят, в Одессе морская вода 16 градусов. Гена.
Лёня, это так смешно, что я не в состоянии ничего Серёге написАть!..
Из обихода так давно
Ушли и уд, да и гузнО...
Нет, всё-таки мы грузно
Акцент подвинем в гУзно!
К омментарии
ФИЛОСОФСКАЯ БОЛЬ
- А какая ещё боль бывает, папа?
- Всякая, дочка, но, прежде всего – человеческая.
Эпопея М.Г. поражает тем, что автор ПЕРЕЖИВАЕТ свою философию. Он её выстрадал, и, может быть, из-за этого уже потом она ПЕРЕЖИВЁТ его. Нет, нет, не слушайте меня! Они всегда будут вместе – он и она, она и он!
Всякий, кто дерзает рассуждать о “Последней метафизике” Михаила Гофайзена, рискует оказаться не на уровне мышления автора. Такова особенность этой незаконченной пока книги. Однако кто не рискует –тот не пьёт шампанского. Да и автору этой “финальной” феноменальной философской стихопрозы, наверное, самому хочется услышать простые человеческие мнения о своём творении.
Честно говоря, когда я читаю фрагменты М.Г., меня не покидает мысль, что что-то здесь не так, что между безукоризненно выстроенным логически миром и автором находится ещё один мир. Что автор как бы застыл между истиной и её зеркальным преломлением, и, только поменяв форму изложения, скажем, с прозы на стихи, он сможет сделать шаг в одном из возможных из этой точки направлений, сдвинуться с мёртвой точки пережитого в детальных подробностях старого мира. Воспользуюсь-ка я, пожалуй, терминологией самого Михаила.
«свет,
несущий информацию, не успевает достичь глаза, а безвозвратность уже царствует.»
Не успевает свет философов-предшественников Гофайзена, претворенный в единое целое Михаилом, достичь наших глаз, как он уже безвозвратно устаревает, а автор, не мешкавший тем временем ни секунды, уже успел уйти далеко вперёд. Как черепаха всегда на шаг впереди Ахиллеса! И то, что Михаил только что нам рассказывал, уже больше не является его собственным образом мыслей. Поэтому-то он и благодарит философов прошлого!
Существует странное несоответствие между поэтом и философом. Философ, в сущности, следующая ступень развития поэта. Поясню. Поэт постоянно ощущает боль жизни – и никуда не может от неё уйти. Философ же, в отличие от поэта, смотрит на земные события сверху вниз, он преодолевает земную боль космическими законами причинности. Но он не может до конца подавить в себе поэта. Да что там говорить? Он не может подавить в себе живого человека!!!
ФОРМУЛА ПАМЯТИ
«Жизнь прирастает памятью». Я бы добавил, что жизнь прирастает тем, что остаётся от памяти после её встречи с забвением. Жизни свойственна некая саморегуляция, в результате которой она сама решает, что ей помнить, а что – забывать. Но полного забвения не происходит: идёт сублимация части памяти в подсознание.
«Гори, гори, звезда моих идиллий!» Как же хочется порой человеку убежать в бомбоубежище идеализма! Но, выйдя из укрытия, герой Гофайзена начинает ощущать себя одновременно и ведущим, и ведомым, и учителем, и учеником, «и странником, и Вергилием», переходя на более родственный автору дантовский язык. Раньше бы это назвали раздвоением личности – и посоветовали обратиться к психиатру. Но теперь это ни к чему. Выросло время, и мы, его современники, выросли вместе с ним. То, что раньше было скрыто даже от глаз посвящённых, предстаёт нам в своей первозданной наготе. Мы уже несём этот объём противоположностей в своих душах! Два - в одном! И – поделом нам!
Нельзя не отметить активно культивируемую Михаилом Гофайзеном платформу преемственности философских и поэтических поколений, что особенно заметно в аллюзиях из сочинений знаменитых русских поэтов. Как-то в беседе с одним человеком я имел неосторожность заявить ему, что в своих рассуждениях дошёл до всего сам. На что он язвительно заметил: «Посмотрел бы я на Вас, если бы Вы не прочли в жизни ни одной книжки!» "Без преемственности мы обречены на вырождение" - считает Михаил Гофайзен.
И вот М.Г. опять возвращается к объёмному переживанию бытия: он хотел бы объединить память о прошлом с памятью о будущем. И сам же дивится дерзновенности и обречённости своего желания.
«Счастье – когда оба пространства совпадают. Мозг погружается в эйфорию, душа захлёбывается чувством лёгкости и полёта, ликуя от осознания полноты бытия. Но как обманчиво ощущение этой свободы и безграничности собственной силы! Как мимолётно и вероломно!»
И поэту нипочём, что он зван и избран. «Не до смерти ему ещё. Он не изгнан». Рай "must go on"! «Когда любовь сильнее смерти, то жизнь утрачивает суть». Браво, Михаил! Брависсимо! Какой жестокий и какой гениальный афоризм! Никто из смертных не развенчивал оптимизм необратимее! Если, конечно, считать, что этого ещё не сделал до Гофайзена Шопенгауэр...
Юленька,
я бы не отпустил...
Правда... и на старуху бывает непруха:)
МГ
«Связуя с небом…», простите, в духовном,
или же в буквальном смысле?
:о)bg
PS
Прямо скажу, для меня
несколько неожиданное резюме…
классика!
а какие рифмы!
С экономической стороны, надо сказать, сучку держать выгоднее…
Ест она меньше, и опять же - приплод…
если конечно на породу
спрос…
:о)bg
Мудрено…
«Иметь голый ноль…»
Это действительно обидно… наверно.
:о)bg
Я всегда ощущал в себе непродуманность какую-то...
потому наверно и не смог вкурить как это,
"прорезать воздух между глаз"...
так и как же, Андрей?
excuse me...
:о)bg
И ещё. В Вашем стихотворении только куплет песни. А где припев?
Вторая часть мелодии?
Прослушайте его снова и увидите, что в приведенном польском варианте (согласен - он исковеркан, неверен...) есть и текст на вторую часть мелодии Дюка Эллингтона.
Между прочим, по приезде в Америку, пропадал по воскр. дням в негритянских церковных храмах, и не единожды по моей просьбе его исполняли. Он фантастически звучит на органе. Или церковном квартете, квинтете...
А поют...
М.Т.
USA
Поразительные строфы... Перечитал все Ваше стихи на сайте...
Игорь, это потрясающе. Меня всегда прельщает некая доля авантюризма, которая, в свою очередь, каким-то непостижимым образом расширяет до невероятных размеров масштабы духовного прозрения, о котором мы, в сущности, мало что знаем, иногда возникает иллюзия глубины, но на самом деле, почти всегда и всё остается поверхностными наблюдениями, а у Вас глубина... Точность!!! Хотелось бы когда-нибудь увидеть Ваши ваятельные творения.
С глубочайшем уважением П.Б.
Спасибо! Очень доходчиво, и оч-чень своевременно...
Так не честно? Вам не так
Объясняли в младшей школе? –
Да, голубчик, вы дурак.
Впрочем – не по Вашей воле.
- Это изумительное в своем стиле четверостишие: такая легкая, изящная разговорная интонация!
Елена
Действительно, здорово!
С уважением Григорий
Очень понравилась Ваша "Стрекоза", Андрей.
с уважением
Замечательно!
"Где честь была у нас в крови, а кровь - заразною" - дважды замечательно!
С уважением
Григорий
ЗдОрово, Ицхак. Прочитал до конца… :)
Впечатляет и Ваша упорная работа над словом.
Браво! И дарит Бог читать эти волшебные строки.
Спасибо!
Дай Вам Бог всего самого наилучшего!
Дорогая Людочка, случайно открыл это Ваше стихотворение.
Сказать, что оно мне очень понравилось, означало бы, что я не сказал ничего.
Это маленькое стихотворение - настоящий бриллиант! Мало слов, но сколько сказано! Всё точно. Ни одного лишнего слова.
Шедевр!!!!!
Спасибо!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Блестяще.
Мудро, Миша! С поклоном, Люда
Какая живая миниатюрка. Как будто только, только из Израиля. Великолепно написано!
Ах, какая замечательная вещь!!
С уважением
Григорий
Ицхак, СПАСИБО! Прочла с удовольствием. Ваша Муза способна впечатлить. С теплом, Люда
Браво! Искренне, Люда
Пережевывая заново
Безупречность точных слов,
Я смакую за Кабановым:
"Сабельник, болиголов"...
Спасибо, Саша. С искренним уважением, Люда
Привет, Олюшка!
Сразу и насовсем врезаются:
*Потомок Ноя миллионный
Опять к потопу не готов.
*В ночных дворах ворОнки ветра,
Деревья сникли, как венки.
*Мы все спасаемся наверно,
Коль не бежим вперегонки.
*На чёрном сквашенном снегу
танцуют белые вороны.
*А защите в ответ пустота все лютей
*дышит темя детства.
Ну а я ж ещё раньше некоторые читал...
"Сапожник всегда босой" - мне всё-таки кажутся недоотделанными строчки:
*И пустяк-великан вдруг тебя ощетинит (? ну прости - можно ведь и как-то лучше!..)
*На реках ледяная пенка —
Не бойся, это не шуга. (? а чего в шуге страшного-то???)
Как ты справедливо заметила мы ж все разные, аж жуть! Вот я и требуваю от тебя абсолютнава совершенства!!! Поскольку привык уже.
Надеюсь - до скорого!
Хохотал от души, даже пожалел, что бросил пить - лишние пятьсот пятьдесят не помешали бы...
Оля , радуюсь твоему появлению на сайте. Нам нельзя надолго уходить.(Кстати, готовая первая строчка для стихотворения). Насколько я ухожу с завтрашего дня - не знаю, но, думаю, не надолго. По болезни. Прицепились. Стихи твои мне по душе, их лирическая мощь нарастает, начиная с третьего. А осень действительно необычная. Говорят, в Одессе морская вода 16 градусов. Гена.
Лёня, это так смешно, что я не в состоянии ничего Серёге написАть!..
Из обихода так давно
Ушли и уд, да и гузнО...
Нет, всё-таки мы грузно
Акцент подвинем в гУзно!
!!!!!!!!!!!!!!
С возвращением после длительной паузы, Ольга!
"На чёрном сквашенном снегу
танцуют белые вороны." - до боли знакомо...в любое время года...куда не ткнись...
С уважением,
Владимир
Ну, Ицхак...
я просто трясусь вместе со столом и клавиатурой... сползая под стол.
Молодца!
Спасиб большой...