Мария, кроме инжира, эта тема, судя по всему, у нас тоже общая) Не поняла пока, почему, но радует, что умирает на этот раз инквизитор. Тяжёлая у него доля, но все должно быть по очереди, чтобы каждый посмотрел на происходящее из разных точек. Не знаю, поймала ли я авторскую мысль, но вот так отозвалось) Спасибо за стихотворение!

Спасибо, Екатерина, мне и самой памятно и дорого оно, хотя пишется сейчас мало и совсем в других жанрах. Наши путевые заметки рождаются из любви -  и, возможно,  только при этом условии к ним возникает доверие.

Во-первых, Екатерина, я не потратил время, а приобрел
этой мой род занятий читать интересующих меня авторов
Во-вторых, фотографию-то Вы пришлете (присылайте, буду рад!),  но с помощью фотографий никак нельзя доказать, что фото сгустков это из строки Вашего стихотворения. Вот если бы Вы мне прислали фото Вашего мозга в момент, когда Вы эти строки писали и к тому же точно описали процесс мышления в тот момент. Но боюсь, это невозможно. А фото доказывает только то, что некое явление существует вне стихов. И не более того
Ваш И.Б. 

Игорь, Вы потратили время, чтобы познакомиться с тем, что я пишу вне этого сайта. Ради этого я найду фото тех сгустков и пришлю Вам на почту.

А вот я авторский след  в отношении хорошей поэзии не изучаю (разве что потом), доверяю своему читательскому вкусу в большей степени, наверное, чем прикладному опыту. Ибо стихи - это главное, что автор может предъявить, - независимо от возраста, регалий или отсутствия последних. В хорошей поэзии и должно быть много того, что не поддается рациональным объяснениям, лишь бы это было органично.
 Через теории тоже не смотрю. Тут уже нужно определяться с тем, что значит точно, что есть образ и какова степень ассоциативности читателя, его культурной, не скажу профессиональной подготовки - в том же прикладном значении. Эмоцио и рацио в союзе - это я понимаю, в гармоническом взаимодействии.
 Ну почему же заумные, Игорь? Я Вас очень хорошо понимаю и понимала до сих пор, даже  вторую часть Вашей статьи о информации, которую так и не сподобилась прокомментировать. Пока. 
 Но даст Бог времени и сил. Мне все, что поворачивается необычной гранью, интересно. А если - в доброжелательном ключе, то вдвойне. 
 Разумеется, читатель порой  выходит за границы текста автора, накладывая собственный ассоциативный (который шире житейского) опыт. Хороший читатель в душе поэт, даже если он и не пишет. А еще это тайна самого стихотворения, которое выводит самого автора за границы высказывания, чего он не имел в виду, но кто пишет, сам знает, как это все получается удивительно и непредсказуемо. И тут мне вспоминается недавний разговор о рифме с Олегом Духовным. Вот так не можешь сформулировать свою мысль, поскольку все это живет на уровне невербального предчувствия, а приходит человек и одной фразой - бац! и сказал.
 Так что наши разговоры о вечном ценны именно этой составляющей.
 И Вам мой поклон! 

Пронзительное... Очень зримо всё. Даже до слёз...

Извините

Спасибо за стихотворение, Ольга! Люблю такое. Прекрасный слог, живой юмор. Читала с особенным удовольствием. И даже больше) 

Здравствуйте, Барбара. Захватывающее стихотворение, перевод хорошо передает его интонацию, но есть несколько мест, которые остановили внимание: "башни не видят огни" - даже не само наличие амфиболии, а просто: винительный падеж здесь неестественен, "огней" просится само. Неясен смысл финальной фразы: "что припомнил" или "что мнит". "Вежи", по-моему, нуждаются  в переводе.

Перед тем, как обращаться к конкретному опыту автора, который чем-то меня заинтересовал, я обычно изучаю авторский след (в Инете). Говоря о строке данного стихотворения, я имел в виду эти штудии, а вовсе не совпадение строки "сгусткам сухой осоки" с чьим-либо опытом путешествий, своим или Вашим, Ольга. Если я сейчас здесь буду излагать свою теорию "направлений", часть которой опубликована на "Топосе" (примерно 20 с гаком статей), то эдак мы не гончим и за год. Надоест не только Екатерине, но, боюсь, даже человечеству в целом. Я вообще не верю в то, что поэт может что-либо изобразить "точно". Вот эмоционально, это да! Мы, читатели (а критик прежде всего читатель), часто навязываем авторской картинке то, что знаем сами (видели, думали), а не то, что написано здесь и сейчас в виде читабельного текста. Я вижу в этих стихах Екатерины гораздо больше мистики чем в описаниях путешествий Перелешина, Несмелова или, допустим, кого-либо из поэтов-путешественников. Вообще в творчестве Екатерины есть много такого (я, конечно, читал далеко не все), что не всегда поддается рациональным объяснениям. А вот те же Перелешин и Несмелов - это сугубо рациональные наблюдатели за происходящим. Но разбирать мое весьма поверхностное и не.зрелое суждение дальше... Нет, это публичная площадка, а я порой говорю весьма заумные вещи. Пока поосторожничаю!
Ваш И.Б.

Марк, спасибо за твой комментарий. Во-многом с тобой согласен. Понимаю и твою позицию, что для тебя многие факты из жизни Льва Толстого  важны  с познавательной, а не с оценочной стороны.

Но есть некоторые, которые совсем не оценивать не получается….После рождения  5-го ребенка жена Толстого Софья сильно заболела, врачи практически запрещали ей заново рожать. Граф был неумолим - либо рожаешь дальше, либо -  развод. Софья с огромными проблемами, все время болея, родила еще восьмерых,  часть из которых умерла. Мучалась от беременности и родов она жутко. 

Тут не получается безоценочно.

Когда я познакомился с дневниками Цветаевой и воспоминаниями ее современников, как она относилась к своим детям, я был потрясен. 

Уходя на литературный вечер, младшую дочь могла привязать веревкой к мебели. А  потом обеих дочек сдала в приют, и обрекла  младшую на смерть…все описано ею самою в дневниках.

Я ей не судья, но и это  безоценочно воспринимать  не могу. Кстати, знаю многих, кто, ознакомившись с этими фактами, перестал вообще читать  ее стихи….

Игорь, прошу прощения, я совсем не знакома с творчеством Перелешина. Несмелова знаю. Но насколько эти примеры правомерны в отношении личного опыта автора?
Не могу согласиться и с Вашим тезисом "в поэзии средства описания пейзажно-ландшафтной среды крайне скупы, детали мизерны", т.к. все зависит от мастерства, яркого метафорического мышления и, разумеется, от опыта непосредственного общения, если можно так сказать, с ландшафтом и пр.
У читателя этот опыт тоже может быть достаточен и совпадать с авторским. Я, как читатель, имею такой опыт, как автор не могу сказать, что мне удалось отразить его и в какой мере - горная тема (а я занималась серьезно) для меня почти табуирована, не буду вдаваться в объяснения.. И тут , как Вы очень точно заметили, "зона очень тонких отношений писателя с темой, которая его волнует..."
Но говорю Вам со всей ответственностью, что ландшафты во всем их разнообразии я видела воочию, поскольку с рюкзаком обошла весь Кавказ, Крым и Среднюю Азию (еще в границах союза), и потратила на это не менее 10 лет жизни. Да и после определенного рубежа работала в Карадагском заповеднике Крыма, навещала родные места Нового Света - в разное время года, попадая в разные климатические условия. И видела "сгустки", что  содержали не только стебли, впрочем,  это действительно нужно видеть.
Поэтому первую строку стихотворения Елены я восприняла как  достоверную. Да и вообще с радостью читаю стихи нового на сайте автора..

шикарная буффонада!
и все же, Мария, хотя прием умолчания не менее действен, чем любое описание, и вольно Вам заинтриговывать читателя, но все же может сжалитесь над нами, и расскажете, что за сцена развернулась там, за кулисами, ой, оградкой Смоленского кладбища.
Марьиванна, безусловно, знаковый персонаж, но...
%.)...

Мария, ужасТные персонажи Вам удаются прямо мастерски! :)
однако, я не очень поняла, что за инквизитор (слово спектакль смущает), это какой-то исторический момент обыгрывается или только художественный вымысел? сжигание ведьмы? и почему капельмейстер (дирижер)?

Я благодарен Редколлегии сайта за публикацию статьи Антипова «Глыба», в которой образ Льва Толстого – писателя и человека – рисуется с несомненным и весьма ядовитым сарказмом. В той же степени я благодарен и тем, кто увидел в этой статье пасквиль и клевету на великого мыслителя и литератора.

Понимаю тех, кто сейчас обвинит меня в двурушничестве и беспринципности, но, тем не менее, не отказываюсь от своей позиции. Хочу заранее предупредить, что приводимые в дальнейшем ссылки на чьи-либо высказывания могут содержать незначительные неточности, поскольку у меня нет времени и охоты искать их дословные изложения.

Так уж получилось, что пару дней назад я посмотрел российский сериал «Сколько живёт любовь», в котором главная героиня, учительница математики, ставшая любовницей своего ученика, рассказывает дочери, что у Толстого были многочисленные внебрачные дети от крестьянок его имения и что у него нет права осуждать любовь, пусть даже не освящённую браком.

А ещё я вспомнил, как на семинарах по «Литературным портретам» в национальных группах Таджикского госуниверситета мне было непросто отвечать на вопросы студентов, что значит, что Горькому речь Толстого казалась потоком сплошной нецензурщины. И уж совсем я старался избегать цитирования того эпизода, где Толстой смотрит на крестьянскую женщину и рассуждает, что дворянству полезно «спариваться с такими кобылицами», чтоб избежать вымирания.

Читая приводимые Антиповым якобы ляпы в текстах Толстого, я понимал, что по большей части они вырваны из контекста, где, вполне возможно, имеют смысл и значение. Но тут же вспомнилось, что Шкловский упоминает о том, что Бунин хотел переписать «Анну Каренину», убрать длинноты, сделать текст динамичнее и яснее. Да, конечно: стиль – это человек, как сказал Бюффон, но, с другой стороны, Бунин – величина в литературе огромная, и мнение его многого стоит...

Ну да бог с ним, со стилем! Есть вещи более важные! – например, историческая правда. Из теории литературы мы знаем, что «Война и мир» относится к редчайшему в эпосе  жанру – к роману-эпопее. Мало кто из писателей осмеливался писать эпопеи, но Толстой решился. Одним их кардинальных признаков этого жанра является изображение истории на этапе, переломном для общества и государства. И тут уж, кажется, Толстого трудно обвинить в неточностях. Однако ж обвинили… И кто?! – один из крупнейших историков ХХ века академик Тарле. Тема Отечественной войны 12-го была для него одной из важнейший. Он посвятил ей несколько фундаментальных трудов, в том числе и 450-страничную работу «Наполеон», написанную, кажется, 30-х годах прошлого века. Прослеживая судьбу Наполеона вплоть до его смерти, Тарле пишет о нём как о диктаторе, но одновременно и как о политике, полководце и государственном деятеле, обладавшим гениальным умом и интуицией. Естественно, историк не мог обойтись без обращения к «Войне и миру» и заметил, что Наполеон и Кутузов у Толстого как образы весьма удалены от своих исторических прототипов, причем, Наполеон – в худшую сторону.

– Так, может быть, и Антипов – при всём его ядовито-отталкивающем сарказме – в чём-то прав? – подумал я, но тут же одёрнул сам себя. Да, возможно, Толстой многократно грешил как мужчина, – но кто из нас в этом деле без греха? Да, сквернословил! – но, господи, ведь нынче в прямом эфире матерятся не только медийные, но даже и государственные персоны! Да, на иных толстовских страницах возникают предложения с полутора десятком придаточных, и уже никакой стилист не соблюдёт правильные падежи и управления! – но именно такие особенности присущи Толстому и только ему. Ну а что Наполеона он изобразил злобным и надменным карликом, так это и вовсе понятно: ведь во все времена труженники пера – в зависимости от их политических пристрастий! – не утруждали себя исторической правдой в изображении государственных деятелей. Взять, например, Гомера и подумать, насколько исторически он правдив в описаниях козней богов-олимпийцев и коварстве их полубожественных сыновей, прижитых, кстати, от вполне земных женщин... И всё-таки – каким был Толстой?

Я предлагаю вспомнить великие стихи Пушкина:

Пушкин написал эти стихи будучи уже почти тридцатилетним, но, господи, чего только он не творил в молодости, да и в зрелости тоже! За одной только эпиграммой на Воронцова такое стоит…, но речь сейчас не об этом. Вчитайтесь в последние две строки приведённого отрывка. Нравится нам такая характеристика поэта или – стоит сказать шире – творческого человека?

– Конечно, нет! Это Пушкин, безусловно, гиперболизирует. Да, художник как личность не идеален! Но чтобы всех ничтожней? – усомнимся мы. И, возможно, ошибёмся...

Формирование личности есть процесс сложнейший, и не мне вникать в его подробности. Но есть общеизвестные факты странной природы: хорошисты и отличники порой и становятся большими учёными, но в гении подозрительно часто выбиваются те, кто в детстве и юности считался скверным учеником, а то и вовсе заторможенным в развитии человеком. Из примеров приведу лишь Эйнштейна, который до трёх лет не говорил, в школе был неважным учеником, позже неважным студентом, а потом выше, чем чиновником Бюро патентов, начальство продвигать его не намеревалось.

Сейчас мы немножко поумнели и принимаем как должное странности детей-индиго и прощаем им далеко не самые приятные черты характера. Вероятно, Эйнштейн был именно из них, но то, что я знаю о взрослом Эйнштейне, не даёт мне оснований говорить, что во взрослом возрасте он изжил все детские странности. Вошли в поговорку его рассеянность и забывчивость. Он оказался плохим мужем и неважным отцом. И тем не менее он был гений.

Я несколько больше, чем хотел, остановился на личности Эйнштейна, а теперь продолжу свою мысль о диалектике личности. Лучшие следователи по уголовным делам получаются из людей с уголовным прошлым. В лидеры консервативных партий выбиваются люди, пережившие избыточное стремление к новейшим взглядам. А из кого получаются самые «моральные моралисты»? Вспомним известные строчки Евтушенко: «но самый страшный в жизни черт, \\ учтите,  – это бывший ангел!». Полагаю, верно и то, что «самый белоснежный ангел, \\ конечно, в прошлом из чертей».

Когда-то я посмотрел американский фильм о преступнике, который не подлежал суду, поскольку он был шизофреником и в нём сосуществовали полтора десятка абсолютно различных личностей, между которыми сложились весьма сложные отношения. И преступной в этом сонме была лишь одна личность, а остальные знали об этом, стремились её обуздать, а это не всегда получалось.

Мы в большинстве своём не шизофреники. Но так ли однозначны и гармоничны наши личности? И у кого из нас нет на памяти поступков, которых мы стыдимся? И разве мы часто не поступаем вопреки собственным принципам? Говоря всё это, я имею в виду «просто человека». А что уж говорить о художнике, который не сможет творить, если в процессе творчества не способен преобразиться одновременно в чуть ли не десяток личностей, абсолютно различных во всех мыслимых аспектах? Флобер вовсе не шутил и не стремился выглядеть оригинальным, заявляя: «Госпожа Бовари – это я». Это заявление – просто констатация факта. И точно таким же фактом является преображение Лермонтова в Мцыри, в княжну Мэри, в Печорина, Пушкина – в Пугачёва или в Бориса Годунова, Достоевского – в преступника или в падшую женщину, а Толстого – в добрую сотню его героев.

Конечно, метаморфозы эти, скажем так, нематериальны. Но ведь в Библии сказано: «Кто смотрит на женщину с вожделением уже прелюбодействовал с нею в сердце своём», – и это вроде бы «нематериальное» прелюбодеяние само по себе есть грех. Следовательно, с точки зрения христианской религии грань между духовным и физическим достаточно тонка и проницаема.

Здесь следует сказать, что из всех видов художественного творчества только литература, живопись и скульптура требуют от поэта и художника такой образной конкретики, какой нет больше нигде. Музыка, танец, архитектура – они в оторваны от слова и рисунка, а значит, в значительной степени абстрактны и не отзываются на тонкие материи человеческой психологии.

Из сказанного я делаю вывод, что образное творчество невозможно без авторского духовного погружения в разнообразные миры человеческой психики и морали героев произведений. И способный на это художник одновременно обречён на соблазн пересечь ту самую грань между творчеством и реальностью. Лишь вкусив и горького, и сладкого, можно убедительно и ярко рассказать о вкусе различных плодов.

Каков Толстой как личность? – для меня это важно лишь с познавательной, а не с оценочной стороны. Он – разный, и для меня в нём главное то, что он сумел создать такой художественный мир, в который мне иногда хочется возвращаться.

спасибо, Владимир, и мне понравился рисунок этой мелодии с этими чудными повторами. все же интересный жанр, какое разнообразие строфическое  (таких мелодий около 600, кажется, было). а ведь и настрой таким образом создается, как Вы точно заметили... спасибо!

как знать, Мария, в космогоническом или не космогоническом, если в оригинале 化: зарождение, превращение, перерождение; высший закон (высший принцип Дао, а Дао, так то, первоначало Вселенной, породившее всю тьму вещей); творческие силы природы...

а красные свечи из оригинала -- не вместились, сожалению. но и тут, видите, различное восприятие: у нас -- это кровавый, а у китайцев -- цвет радости, торжества, долголетия, красоты, благополучия.. :)

Пообщались с Рильке

Владимир, спасибо.

Здравствуйте, Ольга!
Тут мы вступаем в зону очень тонких отношений писателя с темой, которая его волнует.
Читателю неважно, верно ли описана картинка (в поэзии средства описания пейзажно-ландшафтной среды крайне скупы, детали мизерны), читатель доверяет.
Критик обязан проверять. Но на странице автора, талантливого, это очевидно, проверять опасно, публика не поймет. нужна статья о книге, не меньше того. Поэтому я и привел для сравнение имя поэта, много колесившего по миру (Перелешин). А есть, скажем, Несмелов, Марков и другие. По их стихам видно, как выглядит картинка, которую писатель видел воочью.
А стихи Екатерины хорошие, построенные на эмоциональности, этого не отнять
Ваш И.Б. 

Алёна, понравилось колыхание стиха, как вина в чарке.

точнее не сказать...

Как Регионально!..
как красиво...

Особую прелесть этому визуально насыщенному, как выставка передвижников в чеховском захолустье, стихотворению придают имена собственные…

Замечательно, как много людей встали на защиту Л.Н. Толстого!

"ПО СГУСТКАМ" это ну никак

 Игорь, а Вы когда-нибудь видели траву после сошедшего селя? А еще на седловинах бывают такие пробки из игл, листвы, песка и прочего, которые накапливают влагу, а потом все это сносит дождем, и тогда уже не только сгустки возможны, а и колтуны.
 Поэт как увидел, так и написал. ) 
 Я верю. 

Ранее это замечательное стихотворение перевели Т.Гутина, А.Лукьянов и Ю.Ерусалимский. Их переводы можно найти в сети.