Когда в елабужской глуши,
В ее безмолвии обидном,
На тонком пульсе нитевидном
Повисла пуговка души,
Лишь сучий вой по пустырям
Перемежался плачем птичьим…
А мир кичился безразличьем
И был воинственно упрям…
Господь ладонью по ночам
Вслепую проводил по лицам
И не спускал самоубийцам
То, что прощал их палачам…
Зачтет ли он свечу в горсти,
Молитву с каплей стеарина?
Мой Бог, ее зовут Марина,
Прости, бессмертную, прости.
Человеку написавшему такое вряд ли понравился бы Ваш датский стих.
Не говорите мне: "он умер",- он живет,
Пусть жертвенник разбит,- огонь еще пылает.
Пусть роза сорвана,- она еще цветет,
Путь арфа сломана,- аккорд еще рыдает!..
Живы в Вашей памяти эти сны, и когда они изгладятся - неизвестно... Вероятно, пока жив человек, живо и всё его прошлое. Спасибо за драгоценную подборку, за этого трогательного бурого Медвежона!!!
Юрий, Ваше переложение в высшей степени замечательно. Искренне желаю Вам творческих сил и помощи Божией для продолжения.
Один маленький вопрос: не лучше ли было бы вместо: "Не Ты ли крУгом оградил его",- сказать: "Не Ты ли оградил его кругОм"?
Всё правда - и воздух общий, и общая судьба...
И та нынешняя разобщённость, которую пытаются декларировать независимостью... От кого, от чего?...
Светлые строки... Спасибо, Вячеслав...
"Маленькое черное платье было легким и почти невесомым. Его сшили из юбки большого крепдешинового маминого платья для маленькой девочки. Время было трудное, послевоенное. Люди жили скромно и детям часто перешивали одежду взрослых, выкраивая из крепких, не износившихся кусков. Так было и с этим платьицем. Ничего, что на подоле была небольшая дырочка – мама аккуратно ее заштопала и, купив черной краски для ткани, вернула полинявшему крепдешину глубокий черный цвет."
Как всё это близко и знакомо! Послевоенное время! И в моих стихах отображён этот момент. Много общего у детей того времени, той страны...
Спасибо, Надежда!
С уважением.
К омментарии
Симпатичные стихи!
Ух, какой замечательный финал!
"Будь милосерден, Господи, к пехоте.."
Воистину так!
Спасибо, Юрий!
Как это близко и знакомо!
Спасибо, Валерий!
Поздравляю недавнего земляка и коллегу с ДР! Крепкого здоровья, новых творческих свершений! Ваш Юрий
Какая поэзия!
Да, хреново... но только вот от этого:
>Прячась в тень своих свершений
>Без блатного интереса (как характеристика Игоря?)
>Он записывал за Богом (помедленнее, я записываю..)
Ну а здравица финала вообще спиритуалистическая...
Даже на искренний порыв списать нельзя, настолько с одной стороны - анекдотично, с другой - чудовищно.
Забавно, как первая дама приняла не глядя. У второй со здравым смыслом все в порядке.
Бархатный!
Крым - Украине?
И расплачусь, когда расплачусь...
Когда в елабужской глуши,
В ее безмолвии обидном,
На тонком пульсе нитевидном
Повисла пуговка души,
Лишь сучий вой по пустырям
Перемежался плачем птичьим…
А мир кичился безразличьем
И был воинственно упрям…
Господь ладонью по ночам
Вслепую проводил по лицам
И не спускал самоубийцам
То, что прощал их палачам…
Зачтет ли он свечу в горсти,
Молитву с каплей стеарина?
Мой Бог, ее зовут Марина,
Прости, бессмертную, прости.
Человеку написавшему такое вряд ли понравился бы Ваш датский стих.
Не говорите мне: "он умер",- он живет,
Пусть жертвенник разбит,- огонь еще пылает.
Пусть роза сорвана,- она еще цветет,
Путь арфа сломана,- аккорд еще рыдает!..
Коли "жизнь есть сон", то сон - всего лишь жизнь :)
Хороший стих.
Пусть повторюсь, но - не могу сдержать эмоций... Что может быть выше простоты и правдивости? Спасибо, Надя!
Живы в Вашей памяти эти сны, и когда они изгладятся - неизвестно... Вероятно, пока жив человек, живо и всё его прошлое. Спасибо за драгоценную подборку, за этого трогательного бурого Медвежона!!!
Изумительная вещица - эти Ваши тени. Немножко Метерлинка навеяло, очень люблю такое!
И Украина, и Россия - мы все помним Игоря, отдавая должное его благородной, чистой поэзии. Светлый человек и память о нём светлая...
"Вздрогнем, Игорь, т.е. Будьмо!"
Да, будьмо!
"И вослед бродяге старухи крестятся:
Ты гляди, он пола-то не касается!"
Игорь Царёв «Бродяга и Бродский»
Год прошёл, как нет Царёва.
Смерть незряча и сурова.
Без Царёва мне хреново.
Всем хреново без Царёва.
Жил, во многом «не от мира»,
Прячась в тень своих свершений,
Со своей царицей Ирой,
Царь пера, российский гений.
Жил он просто, тих и скромен,
Без блатного интереса.
Но талант его огромен,
И громадна суть процесса
При котором дивным слогом,
Сердце вывернув наружу,
Он записывал за Богом,
То, что вкладывал нам в душу.
Без надрывного напряга,
Шёл по жизни шагом верным,
Как в стихе его, Бродяга,
Не топчась в житейской скверне.
Друг мой, брат, тебя не стало…
Украина не забудет!
Так нальём же, как бывало -
Вздрогнем, Игорь, т.е. Будьмо!
Что-то, Саша, ты темнишь, хитрый автор!
В переходе возрастном у метро
трости-посохи несут хрононавты,
и цугцвангами – до Эро-портов.
Юрий, Ваше переложение в высшей степени замечательно. Искренне желаю Вам творческих сил и помощи Божией для продолжения.
Один маленький вопрос: не лучше ли было бы вместо: "Не Ты ли крУгом оградил его",- сказать: "Не Ты ли оградил его кругОм"?
У меня - переходный возраст.
Это я со Вчерашнего дня,
С бодуна обнимаю свой образ
И несу его в Завтра, обняв.
И несу я… ТАКУЮ ересь,
Улетая в иные миры,
В горячительном кайфе измерив
Многомерно-хмельные пары!..
;-)
Всё правда - и воздух общий, и общая судьба...
И та нынешняя разобщённость, которую пытаются декларировать независимостью... От кого, от чего?...
Светлые строки... Спасибо, Вячеслав...
Очень органично, искренне...
С уважением, Ольга.
Спасибо, Аркадий!
Получился немного Есенин, как мне кажется.
:)
Очень яркие и знакомые картины далеких лет нарисованы в вашем цикле стихов, Вячеслав. И такой трогательный Медвежон... Спасибо!
Удивляюсь, Владислав, твоему таланту выдыхать игровые считалочки-читалочки!!!
Вкусно!
+10!
Замечательно, Ира...
...кромка водорослей... разве поменял бы местами, и то - дело вкуса...
Очень трогательно и нежно. Спасибо, Надя, замечательные у Вас получаются миниатюры.
Нина
Нина, здравствуйте! Рад вас узреть на этом сайте, все стихи прочёл с интересом. Обживайтесь, с искренней симпатией - Олег.
"Маленькое черное платье было легким и почти невесомым. Его сшили из юбки большого крепдешинового маминого платья для маленькой девочки. Время было трудное, послевоенное. Люди жили скромно и детям часто перешивали одежду взрослых, выкраивая из крепких, не износившихся кусков. Так было и с этим платьицем. Ничего, что на подоле была небольшая дырочка – мама аккуратно ее заштопала и, купив черной краски для ткани, вернула полинявшему крепдешину глубокий черный цвет."
Как всё это близко и знакомо! Послевоенное время! И в моих стихах отображён этот момент. Много общего у детей того времени, той страны...
Спасибо, Надежда!
С уважением.