Санна !   Если Вы пишете по делу, всерьёз и честно, то зачем уснащаете свои письма новыми грубостями и оскорблениями ?   Я свои аргументы

уже исчерпал. Мне разумно советуют не продолжать далее эту полемику.

ВК

Cанне !

Ради бога. Мне, конечно, приятны и дороги голоса в мою поддержку.

Самое неприятное в том, что меня расстраивает в Ваших наездах, - это

кляуза в адрес поверившего Вам иноземного автора и его жены. Всё

прочее, в моих глазах, не столь уж важно. Ещё раз повторю уже высказанную мной просьбу:  относитесь, пожалуйста, когда захотите

что-то подвергнуть критике к этому делу более творчески:  создавайте

свои варианты перевода. По результатам будет видна Ваша   правота или неправота.  Либо критикуйте конкретно с разъяснением сути дела.

ВК

Спасибо, Слава!
Иногда я ловлю себя на мысли, что застрял на дороге, ведущей в Изумрудный город.

Забыл как писать стихи для детей, но не научился писать для взрослых.

С ув.

Вир

Брав-ВО!!!

Замечательный стиш, Вир!  Спасибо!

У меня есть подобная кошка. Портретное сходство поразительное!-:)))

Архитектоника текста тоже восхищает!

ЛАЙК!!!

Очень изысканное обращение к любимой, Хосейн!

Я выставил Вам like.

Только я бы назвал его: Твоё отсутствие

Александр, спасибо ! Если бы я мог представить идеальный коммент к этому  стихотворению, то  Ваш  текст  - это он ))

 И Вам удачи! 

Замечательно!..

Я уж думал, что романсы больше не пишут.

Спасибо, что напомнили первое значение слова "планшет"

Анненского читал (в т.ч. гениальное "Среди миров...", наизусть), Сельвинского - только в Антологиях...

Мне не даёт покоя "Пренебрежение". А может так?

Пренебреженье, страсть губя,

  Измучит дев; но есть

Для них спасенье: из тебя

  Венок плакучий плесть.

В 3-4 стопах тоже особо не разбежишься!:)

Спасибо, Владислав. К сожалению, стихотворение, которое я хотел проиллюстрировать, к Детской Комнате никакого отношения не имеет...

Всего доброго,

Яков.

Комментарий удален

Мария, Вы пишете:  "Я увидела тех, кто вступил в "четвертый возраст", то есть, неожиданно (и поздно) получивших допуск к чему-то, обычным листьям неведомому, растерянными перед их новым знанием". Да, приблизительно это я и хотел сказать.

Спасибо, Яков.

Ко всему, сказанному Вами о Марии, я с удовольствием присоединяюсь.

Картинка, к сожалению, не мой маленький секрет, и она, коллективными усилиями, пока на полулегальном положении в Детской Комнате.

Могу твёрдо заверить: если Вы предложите в Детскую стих с картинкой или картинку без стиха - будет стоять на самом видном месте.

С уважением, В.К.

СпасиБо, Александр!

Да, лента Наследников движется медленно. У меня уже скопилось 37 переводов для размещения. Некоторые, конечно, по 2-4 строки. Но не хочется публиковать их кучей, нарушая установленный на страничке порядок. Поэтому приходится ждать. Или пробовать другие пути...:)

Насчёт «стал прах». Я частенько встречал в литературе (и не только) подобную конструкцию. Вот, например:

Ардашев Иван Кирович (†1845, 21 года), канцелярский чиновник Вятского губернского правления. Каменный памятник. «Товарищи! Цвет юности для нас / Не право жить до старости согбенной, / Я так же цвел в средине вас, / Теперь стал прах уничтоженный».

Граф Ф.В.Ростопчин оставил стихотворную автобиографию:

Ростом велик,

Лицом калмык,

Плешив,

Не спесив,

Сердцем прям,

Умом упрям,

На деле молодец.

Но смерть – мах!

Я стал прах,

Вот и конец!

«Пренебрежение, губя,» – я видел этот момент, но ничего не смог сделать. Увы, без длинного «пренебрежения» никак не обойтись… Был такой вариант:

Пренебреженье, дев губя,

  Измучит их…

Но в этом случае можно прочитать «Пренебреженье дев, губя…». Даже не знаю…

С БУ,

СШ

Яков, на мой взгляд, цель всегда индивидуальна - ей может быть и дельфийское "познание самого себя", и желание выйти из круга взаимного пожирания, и стремление к единению с чем-то надчеловеческим, и что-то иное.

Допускаю, что я трактую неправильно смыслы, вложенные Вами в эти стихи.. Я увидела тех, кто вступил в "четвертый возраст", то есть, неожиданно (и поздно) получивших допуск к чему-то, обычным листьям неведомому, растерянными перед их новым знанием.

Возможно, это лишь первое впечатление, и оно изменится про прочтении еще раз попозже.

Владислав, я хорошо знаком с творчеством Марии и с большим удовольствием прочитал Ваше замечательное стихотворение. Его ритмика и образность - попадание в десятку. Хотя Вы опубликовали его в "Детской комнате", взрослые, на мой взгляд, смогут увидеть и оценить в нём много того, что не дано заметить детям...

У меня к Вам просьба. Расскажите, пожалуйста, каким образом перед текстом можно вставить картинку?

Видите, Владимир, сколько народу подтянулось. И не только из повизгивающих  или плюющихся обитателей клуба обиженных (иначе - здешней богадельни). Наверняка еще подтянутся. Но кто же будет разбирать мегапорции плохо понятого текста, кто найдет на это время? Похоже, никто. Как и я не нашла. Но, надеюсь, Вы будете довольны вниманием, а оно стоит некоторых неприятных воспоминаний и впечатлений.

И еще раз всех благ.

Завидую. Надо же - даже выборы не помешали...

:-)

Мария, что Вы понимаете под целью, когда говорите: "сначала появляется цель, а потом к ней сознательно продвигаются"? Разве может быть целью "четвёртый возраст", о существовании которого мы генетически ничего не знаем, пока он внезапно нас не настигает. Да и приходит этот возраст к очень и очень немногим... Впрочем, возможно, есть Листья (Люди), которые интуитивно подозревают о его существовании, но необходимо, чтобы именно им был дан шанс проникнуть в него... Короче говоря, мне сейчас почему-то кажется, что на этот вопрос не существует всего лишь одного "правильного" ответа...

Комментарий удален

Комментарий удален

А пленный, которого обменяли на днях, рассказал о полковнике СБУ, который спросил, есть ли у задержанного семья. Ему доложили, что есть жена и сын 6-и лет.   Этот идейный сказал приведите сюда сына, я порву его на глазах отца. Это было, когда из пленного выбиали нужные им показания...

С праздником тебя, Вера! С Днём наших Выборов!!!-:)))

Уважаемый Владимир!

Мне сразу понравились стихи Вашей поэтессы, и я Вам выставил like ещё до всей дискуссии, всего этого much ado about nothing, как где-то кто-то удачно выразился.

            Опять Санна старается изо всех сил как можно дороже продать то немногое, чем располагает – своё сносное знание английского языка. И лишь после бесконечных подходцев, намёков и оскорблений наша дива наконец-таки снизошла до конкретики и то процедила её эдак сквозь губу – мол, разбирайтесь сами.

            Я просмотрел оригинал первого наиболее мне понравившегося стихотворения – этой таинственной сюрреалистической сценки из сна, которую Вы прекрасно гармонизовали в своём верлибре.

            Что ж, я бы в ней кое-что сделал чуть-чуть иначе, но не стал бы по этому поводу поднимать такой шум, как будто где-то кого-то душат.

Ага, автора… точнее – современную авторшу!

            И позвольте, Владимир, восхититься скромной сдержанностью Вашей интеллигентности, достоинству, проявленному Вами в изнурительной дискуссии  с нашей цеплючей дамой, у которой – вот тут уж точно! – очевидные проблемы с психикой.

Я бы так не смог. Хотя последняя моя догадка заставляет быть с нею поснисходительнее.

Ладно, Санна, сочтите, что к Вам просто рикошетом возвращается Ваша же инвектива в адрес Владимира, который, Вы уж поверьте, Вам не по зубам. Слишком неравны силы по масштабам ваших творческих и человеческих потенциалов.

Владимир, Вы не отвечайте этому критику.

А ещё лучше - занесите в чёрный список.

В конце, концов, у Вас есть Никита Винокуров и есть редколлегия, они несут ответственность за качество представляемой продукции.

Я всегда поражаюсь тем, кто старается самоутвердиться за счёт других и берёт на себя миссию безапеляционно судить других, считая своё мнение абсолютной истиной.

Даже если этот критик ратует за результат, не вредно задуматься, а стоит ли результат такой цены - такой беспощадной расправы с человеком?

Стараюсь. Но пока ничего не выходит.

Спасибо. Переправила. Подчистите Ваш "Этюд" - напишу про Вашего Шекспира (почти шутка, и так нужно написать, но смогу попозже).

Владимир, 

Ваши ворота никому не нужны. Лавры побивателя  авторов-любителей тоже никому не нужны. 

 У Вас в голове каша, сваренная уязвленным самолюбием и приправленная горечью поражения. Что же, в таких случаях действительно полезно выговориться, что Вы и сделали. 

Но вот этот пассаж

"На учёте у психиатра я не состою, к

психоаналитикам не обращаюсь. Вы, однако, не первый раз стараетесь направить меня по этим адресам."

меня изумил.

Не нужно совсем уж запутываться и увязать  в собственной каше, которая сама по себе есть состояние вполне нормальное для занятого человека. Никогда в жизни я не упоминала Вашего якобы психического нездоровья, что за чепуха? По адресам клиник я Вас не посылала (это Вы меня посылали, кажется, к прокурору, не желая выслушивать мою филологическую нудятину) и вообще не грубила, милейший.

 О психиатрии: слова "чокнутый" (NUTS),"безумный" (INSANE) в адрес Вашего "ПЕРЕВОДА" (а не в Ваш личный)  употребила НЕ Я, А ПАТЕРСОН, который и попросил меня опубликовать его письмо (со всеми биографическими подробностями), и сердечно поблагодарил за участие.

Далее Вы были вынуждены снабдить Ваше безграмотное "прочтение" ремаркой НЕ ПЕРЕВОД,  а потом и вовсе убрать. 

Ну не писать же мне всем авторам, которых Вы так лихо обрабатываете.

 И не возиться же мне с Вами здесь, растолковывая условные предложения, согласования времен, идиомы  и проч. 

Вы ведь взрослый человек, должны понимать, что такое есть уважение переводчика к чужому замыслу, чужому творчеству,  и понимать то, что чужое творчество защищается в т.ч. авторским правом. 

На всю остальную  белиберду и путаницу Вашего поста, с льстивыми репликами "в зал"отвечать по пунктам тоже недосуг. Замечу лишь, что Никиты Винокурова на моем "Пороге" вообще не стояло, и что "Качели" - не инструкция по установке качелей. Но повеселили, спасибо! 

А вообще по поводу других переводов лучше не здесь,  хотя не скрою, что Ваше мнение мне безразлично. Как, наверное, и Вам моё. Но за моим, в предыдущем случае, и, как я уверена, и в этом нынешнем -  мнение автора оригинала.

Понимаю трудности людей, которым неймется писать  торопливо и плохо, и тут же вывешивать. С одной стороны им говорят "не трожь  Шекспира". С другой им говорят "не трожь новейшие вещи, автор оригинала жив и будет буйствовать во словесах, если узнает".  

Но, повторяюсь, хорошо, что Вы высказались, пускай и не по делу. 

В данных Ваших "переводах" Вы напортачили меньше, чем тогда, хотя примерно половина понята неправильно. Что было между этими двумя событиями -  не знаю, не читала. 

Здесь же у нас верлибр, "за базар" приходится отвечать, как и при переводах прозы.

Я Вам тут просто набросаю то, что Вы не смогли или не захотели понять, без сахара. Объяснять, почему написанное Вами недопустимо - увольте, это целый трактат. 

A dog implausibly large,
with fur the color of rose-quartz, slipped through my sleep

I have never seen roses that color,
or a vein of quartz move through its fissure on soft-padded feet.
This was sure, though: what she wanted was for me to follow.

She did not look back.
A shadow opened then folded behind her.
I followed as if past a gate latch
sliding closed on its own silent weight.

It was not so very different, really
More as if the narrator had turned and departed,
abandoned the story,
and each tree, each stone, stood clear in its own full fate.


The dream, like the dog, went on, travelled elsewhere.
Passed by the moment when everything might have been changed.
Passed by the moment of knowing I wanted everything changed.

Jane Hirshfield Shadow: An Assay.

Mostly we do not think of, even see you,
shadow,
for your powers at first seem few.

Why command "Heel", ask "Sit",
when before the thought is conceived,
you are already there ?

True that sometimes you run ahead, sometimes behind,
that early and late,
to you, must be words of the deepest poignance:
while inside them, you are larger than you were.

Middday drives you to reticence, sulking,
a silence
I've felt many times inside me as well.

You came with me to Krakow, Glasgow? Corfu.
Did you enjoy them ?
                I never asked.
Though however close my hand came to the table,
you were closer, touching before my tongue
the herring and cheeses, the turpentine-scented retsina.

Many times I have seen you sacrifice yourself
without hesitation,

disentangling yourself like Anna Karenina from her purse
before passing under the train wheels of her own thoughts.
Like art, though, you are resilient: you rose again.

Are you then afterlife, clutterless premonition ?
You shake your head as soon as I do -
no, we think not.

Whatever earth I will vanish silently into, you also will join.

You carry, I have read,
my rages, fears, and self-regard.
You carry, I have read, my unrevealed longings,
and the monster dreamed as a child, tongueless and armless.
Your ordinary loneliness I recognize too as my own.

When you do not exist,
I have gone with you into darkness,

as the self of a former life
goes into the self that was tortured and beaten 

and does not emerge again as it was,
though given a clean shirt to leave in, given pants and new shoes.

For this too is shadow, and mine,
However unspoken:
Tough you are tongueless, and armless, you harm.
Your inaction my own deepest failure, close by my side.

You who take nothing, give nothing, give nothing, instruct me,
that my fate may weigh more than yours -

The hour is furious, late.
Your reach, horizontal, distant, leans almost forgiving,
almost indistinguishable from what it crosses.
2011

Jane Hirshfield  Thing seem strong

Thing seem strong.
Houses, trees, trucks - a chair, even.
A table.

You don't expect one to break.
No, it takes a hammer to break one,
a war, a saw, an earthquake.

Troy after Troy after Troy seemed strong
to those living around and in them.
Nine Troys were strong,
each trembling under the other.

When the ground floods
and the fire ants leave their strong city,
they link legs and form a raft, and float, and live,
and begin again elsewhere.

Strong, your life's wish
to continue linking arms with life's eye blink, life's tear well,
life's hammering of copper sheets and planning of Port Oxford cedar,
life's joke of the knock-knock.

KNOCK-KNOCK. Who's there ?
I AM.
I am who ?

That first and last question.

Who once dressed in footed pajamas,
who once was smothered in kisses.
Who seemed so strong
I could not imagine your mouth would ever come to stop asking. 

Ок.

На обоих языках.

По-моему, стало лучше, Санна. Во всех отношениях.

Она пишет на русском или болгарском?