Сергей, при всей моей уверенности, Вы заставили меня сомневаться, поэтому я уточнила у мужа, немецкий язык его родной, он саксонец.
Муж сказал, что всё правильно, в разговорной речи вообще редуцированное произношение: "wiedersehn", я же произношу длинное немецкое "е", а не "еjе. Вообще соблюдение силлабо-тоники в немецких словах вопрос очень непростой и интересный, потому как и двойные ударения во многих словах, и гласные длинные-короткие :)

Ицхак, Вы абсолютно правы, без первой строфы стишок смотрится лутше...)) Я написал сперва 6 строф, и что-то мне было не очень... потом через пару недель взглянул, и пару строф с удовольствием вырезал, но до самого главного, до ампутации первой строфы,  не додумался. Спасибо огромное!

Мне кажется (наверное, только мои личные ощущения), что, например, написанное кирилицей "Ауф видерзейн" выглядит слегка комично, к тому же читается-то совсем иначе, "р" там почти нет, "й" нет совсем, точнее бы (но всё равно звучит ужасно) "ауф видэзеен", но в русском так не пишут. Поэтому, Сергей, оставлю так, как есть. Спасибо Вам огромное за внимание!

Спасибо, Ирина! Исправлю!

Чтобы ударение прочитывалось как полагается, надо бы поставить диакритический знак (rosé) или написать кириллицей. Потому что иначе читается как "роз" (роза).

Спасибо Вам большое, Вячеслав! 

Сергей! Спасибо! Я 13 лет живу в Германии, здесь говорят только розЕ, по крайней мере у нас в винном регионе - Бадене. Я  иного никогда не слышала

Слава, это праздник для моего с кулачёк!
Таинственной - не из этого стихотворения, слишком просто. Тут хорошо было бы, чтоб всё, до запятой - в новьё.
Извините, если что не так.

.

ведь благодатная тема, Борис, верно? с какой стороны ни повернется, а интересно, like,

монументально, и в то же время от души, редкостное сочетание, Евгений, like,

главное, Натали, чтобы Ваше мироощущение не пошатнулось!

Успейте, Ицхак!
И еще одна цитата оттуда же, откуда и самая первая (на самом деле - это письма): "Когда человек слышит романс "Я помню чудное мгновенье" - в человеке открывается что-то самое его драгоценное, какое-то его "чудное мгновенье". Каждый человек есть несвершенное чудо, и у каждого человека есть минуты, когда он плачет об этом чуде, о том, "что могло бы быть, да не вышло". Вот искусство - от Бетховена до "Дунайских волн" - и способно приводить к человеку эти минуты, открывать среди его ночи золотые звезды. У Фета есть где-то такие строчки о звездах:

 Мы здесь горим, чтоб в сумрак непроглядный

К тебе просился беззакатный день...

 Ужасно, когда искусство начинает стыдиться этой величайшей и единственной своей цели...."

Смотря куда вектор направлен....)))

Да, Ицхак!

Вот таким же надмирным для меня стал тот, слова которого я привела в самом начале. Не литератор - свидетель.  Нет оценки, обвинения, есть только жуткая хроника событий. Они обязаны были за (о-) свидетельствовать это время, диагностировать, чтобы у потомков душевного некроза не возникло. Именно в книгах - о лагере они действительно говорили скупо. Арцыбушев Алексей Петрович (недавно умер - под 100 лет ему было). Почитайте его "Милосердия двери" - это не литература, это победа! Эти книги - мои костылики, моя подушка безопасности… Чтобы не разрыдаться.

 Или "небесный интеллигент" Козырев (у меня сейчас статья о нем выходит в одном журнале). Сын его, Федор, вспоминал о встрече бывших лагерников в их доме, среди которых были проведшие в лагере более четверти века: "У меня осталось ощущение, что я был на пиру олимпийцев, каких-то небожителей, которые спускались в ад, вышли оттуда и которых после этого уже ничем нельзя напугать…" Вот это - выйти не мертвым из ада и освещать собой пространство.

 И Шаламов в этом ряду, и Гинзбург, и Лихачев. Я с Соловков приехала другим человеком - вот здесь отец Флоренский выпаривал йод из агар-агара, там будущий академик Лихачев за коровами ходил… Тут вот Горький слезоньку смахивал, когда с мальчишкой поговорил о пытках в бараках... А был ли мальчик? (дожил ли до утра?) А здесь - расстрельный камень в потёках и отметинах. Земля, пропитанная кровью, шепчет.  И солнце не заходит. В гневе.

Или сегодняшний Сандармох…

Алена, же лишь кровь вновь. Простите. Ни в какие ворота. Или это шутка такая извращенная? И здание философии рухнуло.

Ну да, так хорошо. Все просто и понятно )). 

а что сложного? 

Зимою мы зовем весну,

Весной же лето мы зовем;

У летней зелени в плену

Мечтаем о зиме потом;

Зимой живем мы как-нибудь:

Весна к нам не вернется вновь, —

Откуда знать, что к смерти путь

Нам лишь и будоражит кровь.

что б я понимала ))
наверное, менталитет не меняется? взять хотя бы нас, как было все на авось, так и осталось, да?

Ой, нет, тогда я сдаюсь. Нет ни времени, ни желания углубляться в эту философию Йейтса...

Елена, я не думаю, что стишок сводится к банальной мысли: мы все торопимся к старости, а в старости ждет могила.
я понимаю так, что заключительные строчки содержат некое объяснение всего сказанного выше: именно смертность (тела, стремящегося к могиле), в конечном счете, (хоть мы этого и не осознаем) заставляет нас (наши души) чего-то искать и добиваться в жизни ("беспокоит кровь"). были бы мы бессмертны, мы бы не спешили пройти основные фазы человеч. жизни: детство, молодость, зрелость, старость. имхо, конечно.
в любом случае, стишок не так прост, Йейтс верил в реинкарнацию души, что в каждой жизни человек имеет определенные кармические задачи, и что все циклично: В системе Йейтса Великое Колесо, разделенное на двадцать восемь секторов, или фаз (лунное число), изображает и эволюцию человеческой жизни, и путь души в ее перевоплощениях, и ход мировой истории. Движение по кругу ведет от первой фазы, полной объективности, к пятнадцатой фазе, полной субъективности, и затем вновь возвращается к своему началу, к доминации объективного (природного) начала. Йейтс верит в пифагорейское учение о странствиях души и ее инкарнациях и строит классификацию людей по типам, в зависимости от фазы на Великом Колесе. Человек оказывается вовлеченным в два разных цикла: один связан с возрастом, другой с перерождениями его бессмертной души, проходящей двадцать восемь кругов таких же фаз. На самом деле он участвует даже в трех циклах, ибо проходит вместе с человечеством по кругу земной истории: ее период, по Йейтсу, равен примерно двум тысячам лет и тоже связан с борьбой объективного и субъективного начал... 

Возвращаясь к нашим устремлениям .Русский вариант цикла - Моя не любимая был написан очень давно и с моим вторжением в Рунет стал самым для меня значимым. Размещён и на нашем сайте. 
Сейчас, я заканчиваю украинский вариант, осталось написать два текста. Полностью мечтаю впечатать на Поэзия орг.  Наверное, успею...
Да...
Чтоб хоть на улице...
Не разрыдаться.

Я не знаю, что на это отвечать. Только бабушкиным.
Бог простит.
Не берите на себя лишнего... Тяжело потом нести.

Ольга, я, конечно, был неправ. Но, именно  Шаламов для меня априори абсолютен, это было явление, его даже гением не могу назвать, это кто-то над мировой для меня.  
Когда эти люди возвращались, я был в совершенно юном возрасте, но уже основательно потрёпан окружающими меня людьми. Потому что, с их точки зрения, именно я был чудовищем, чужим из недавнего фильма ужасов. По факту рождения.
 В нашей коммуналке появился сосед оттуда. К нему приходили такие же, как он. И, почему-то, именно мне они очень много рассказывали. О хорроре Ленинграда я узнал от них. О настоящей войне я узнал от них. Такое! Они никогда не говорили о лагерях.  Потом всё исчезло, сосед уехал. Почему именно мне, я не знаю.
И вдруг я открываю для себя Шаламова. Поймите, я знал гораздо больше, чем другие.  От людей, которые не из литературы.  И Шаламов не литератор, он неизмеримо выше.
А потом пошло, поехало... 

Вот и еще одного сожрали - в Великий пост под благую проповедь (