Марк, спасибо за замечания. Запятую пропустил, это у меня бывает. Ну и "закипает-закипают" - думал об этом. Да, так, видимо, лучше/вернее. Исправил. 

Константин.

Это верно — измельчало. Началось поздно, пыталось восполнить упущенное непомерной жарой, не успело, вот и бушует уже третий день подряд,  по утру сегодня под окном сломанные ветки валяются. Завтра хоммастерам работёночка есть. 

Саш, прочитал в Телеге твои зарисовки про Комарово. Хорошо написано. И Довлатов к месту цитируется. Его «Заповедник» - одно из моих любимых произведений.   Пару раз смотрел  в театральных постановках. В первом случае - ржал на протяжении всего спектакля -  в театре «Моссовета "под крышей, хотя знаю текст оттуда почти наизусть.  А в постановке другого театра  получилась скукотища. Тут все на нюансах и на игре актеров, конечно.  

Еще вспомнил свои ощущения, когда почти 20 лет назад меня приняли в союз писателей России. Регулярно  стал ходить в буфет ЦДЛ, поскольку в то время работал в шаговой доступности от него. Зачем - не знаю, прикасался  к ушедшей эпохе, наверное. В советское время там ни разу ведь и не был. 

И буфет-то по тем временам был уже самым обыкновенным, и главная его привлекательность советской еще эпохи — приобщение к избранным,  когда  абы кого туда  не пускали —  поблекла. Хотя  в буфет  еще заходили по старой памяти престарелые литераторы. Выпивали, как правило. 

Посетил, конечно, и  легендарный ресторан ЦДЛ. Интерьеры там исключительные. И кухня хороша. Приятель предлагал устроить туда карточку члена клуба ЦДЛ, дающую скидки и еще кое-какие привилегии. Стоило это удовольствие уже не помню сколько, но смысл был ее покупать только в случае очень регулярных посещений. 

Еще членство в СП с одновременным членством в Литфонде позволило мне встать на учет в поликлинику, что на ул. Замореного, которая была тогда козырной. Когда-то она  называлась  Второй  поликлиникой 4-го Главного управления при Минздраве СССР. И хотя после 1991 года ее передали Москве, где-то до 2010 или 2011 года - точно не помню - туда с улицы попасть было нельзя. Только спец прикрепление. Какое-то количество мест давали и писателям, но немного. Меня прикрепили…

В целом союз писателей производил грустное впечатление. Умирающего организма.  Таких союзов , как ты знаешь, после развала СССР  стало несколько, но, думается, там все примерно одинаковое.

У многих членов постепенно пропадает желание платить членские взносы.

Но если тебе это даст выход на интересных людей - почему бы и не попробовать…в провинции, может, и поживее будет…

Под "сценическим именем" я имею в виду литературный псевдоним. У меня, например, "Белавин Игорь Песни". Когда меня спрашивают, почему "Песни", я отвечаю "А чтобы непонятно было!".
Теперь насчет литературных людей... Вы же не приходите к комарам в гости затем, чтобы учить их, как правильно себя вести в лесу? Наверное, Вы приходите грибы собирать, а комары - это всего лишь приложение к лесу. Не надо любить комаров! На свете и другой живности тьма-тьмущая.
Ваш И.Б.

Ну видишь, Галя, еще есть над чем подумать в этом тексте.
И я бы все-таки еще раз предложил поразмышлять и примерить это — как лошадей* ведущая рука — 

мол если вдруг сюда  издалека

Игорь , хотелось бы как-то без насилия. Я терпеливая.
Но всякому терпению рано или поздно приходит конец, тем более и здоровье не балует. Оно балует и серьёзно, к сожалению.
Приходится последовать Вашему совету. Насчёт моего "сценического" имени Вам виднее. Называйте как Вам удобнее.Хоть горшком назови, только в печку не ставь.Спасибо Вам за всё.
Ваша В.Т.-П.
.

Комментарий удален

Комментарий удален

Да, и еще.
Править в такой обстановке, какую Вам создают здесь Ваши зоилы, не допустимо. Испортите стихи!
Давайте, забудем о них на время. Зоилы выдохнутся или поговорим на другой площадке.
А пока верните все, что изменили (кроме "нахлынула"), в первоначальное состояние. Это один из законов правки - сохранять первичные, свежие строки, поскольку правка - дело тонкое, что-то вроде музыки. А может зоилов прямо сейчас вычеркнуть из Вашей жизни,а, Вера?
Ваш И.Б.

Здравствуйте, Вера! Буду называть вас по «сценическому имени», для меня это нормально.

Ваш пафос обращен в сторону нескольких сторон жизни реальной и литературной, то есть подиумной жизни (а на этом сайте, как мне видится, во многом повторяется жизнь литературных редакций, отчасти что-то от почившего в бозе БЛК). Попробую придать этому всему относительное единство.

Начну с того, что Вам не нужно беседовать с Флорей и его присными. Это очень специфическая фигура, пытающаяся, как я понимаю, подмять под себя некоторых слабонервных авторов этого сайта. Для Вас такое общение попросту вредно. Они, наши высоколобые уникумы, попробуют втянуть вас в круг своих интересов, где Вам, Вера, места нет. Да и идеи их с душком. Вы идете от реальности и от языка реальности, а им, нашим Беликовым, нужны футляры, куда они могут упаковать свои амбиции. Общаться с ними, пытаясь увидеть там что-то живое – дело дохлое.

Теперь о Вашей поэтике. Когда-то в молодости я сидел у одной редакторши, которая часа полтора вдумчиво читала принесенные мною стихи, потом вынесла резюме: «Пишите Вы хорошо, но хуже Блока. Поэтому печатать мы это не будем». Я бы еще понял, если бы она меня раздраконила... Но такова литературная жизнь, там разговор о реальном уровне стихов, особенно в те времена, мог стоять, если автор знаменит. А если пришел с улицы... Стихи Ваши достаточно свежи, а какие-то другие (не буду называть имена) отдают мертвечиной. Именно за свежесть Вас и ругают, ибо видят конкурента, а сами мало что могут предложить. Да, до уровня Блока Вы действительно не дотягиваете, стало быть, надо еще поработать. Но сами посудите, а где нынче эти «Блоки»? Что-то я среди Ваших зоилов не замечаю. А что эти зоилы о себе высокого мнения, так это и есть «литературная жизнь»

Теперь о «школе труда и жизни». У нас на сайте есть реальный столяр (имени называть не буду). Ясно, что не поварившись в литературном котле, попросту нельзя выйти на приличный стиховой уровень, да еще живым! Вот это совмещение «школы» (редакционной, литературно-академической и т.п.) и «школы труда и жизни» - это  самый цимес литературы. Одно должно совпасть с другим, тогда будет успех (правда, что такое успех, сказать не так просто). У авторов советского периода такое совмещение бывало сплошь и рядом, это зачастую была норма. Сейчас куда сложнее, потому что тогда искали таланты, работали с ними, а сейчас зачастую бьют веслом по голове, как Вы выразились недавно. Такова правда сегодняшнего времени.

Помните, Вера, что у Вас есть ощущение поэтического образа, тем более жизненный внелитературный опыт. Ваш сильная сторона – это мышление катахрезами (чего флори не понимают, ибо у них либо школьное понимание языка литературы, либо школа кулуарной борьбы за место под литературным солнцем), отличающееся от простецких ляпов тем, что у Вас почти в каждой словесной конструкции есть «ключи», помогающие расшифровать сказанное. То, что Флоря эти «ключи» не видит, это его проблема. Но править стихи надо бы, тут и спорить не о чем. Но осторожно, а то из живой неправильности получится мертвечина.

Если волынка, как Вы говорите, длится более пяти лет, то почему Вы вообще не отключили своих зоилов, сколько бы их ни было, от своей страницы? Пусть гуляют в чистом поле стилистики! Без нас, многогрешных... Волынка вокруг моего имени, и это при всем том, что у меня множество реальных публикаций, длится лет 50 – и  ничего, жив курилка. Когда начинаешь понимать подоплеку происходящего, жить намного легче. А волынка оттого, что мы с Вами живем «живым», пусть этого живого не так много, как у Блока, а они живые мертвецы, как говаривал мой любимый Гельдерлин.

Ваш И.Б.

Александр Владимирович, я Вас, видимо, никогда не удовлетворю. А помнится, года 3 тому назад Вы меня хвалили. Мне как-то один из стихотворцев, безграмотный на всю голову, но чистосердечный,   так прямо и написал: «Вы меня раздражаете уже  самим своим существованием». У Вас, видимо на меня, аналогичная реакция. Надо немного остыть. Отвечу Вам как смогу.

1.С «обрушившейся»  осенью  я как-то  справилась.  Вариант  с метафорой  «нахлынула» осень Вас устраивает?

2. «осенняя воля»  есть осенняя воля. Как и воля судьбы, воля случая, воля жизни.

3. «снопы хризантем» - метафора вполне реальная, но всё это надо видеть и чувствовать. Большая связка высоких цветущих растений пшеничного цвета. Если не надо про «снопы искр»,  снопы лучей, снопы света, тогда про что и как?

4. «спель малинная» такая же, что и чушь болотная.

5. « Оборотиста полная скрина:

то одарит по-бабьи теплом,

то упрётся в небес пуповину

краснопёрым калёным кустом».

 «Скрина»- кринка, сосуд, слово, родственное по этимологии и со словом  «криница». В данном случае метафора – образ осени, полной плодами, цветами и прочими дарами.

Эта строфа настолько ёмкая и  живописная, что  эту картину надо видеть и чувствовать, но «квартирному человеку»  бесполезно об этом говорить. По силе выразительности, нмв, мало уступает  есенинским  природным  образам, но никак не подражательная, а со своим ключом или, как говорят сейчас, кодом.

6 «Немыслимая мзда». Согласна, что слово неблагозвучное. Я опиралась прежде всего на смысл. Первоначальное значение -  плата, вознаграждение, а взятка - это уже второй смысл, нам, конечно, более близкий. Даже читала где-то, что это значение ироническое. Но, следуя Вашему  запросу, заменила это слово другим: страда.  Посмотрите , как выглядит новая строфа:

А пока разгуляться бы вволю

на краю этой вечной страды,

поклониться усталому полю

за труды его, за труды…

Слова  о глумлении над филологией, по-моему ,здесь  лишние,  и могут быть восприняты  по иному адресу.

Засим прощаюсь  с Вами навсегда.

Игорь , поправила последнюю строфу: исключила неблагозвучное , вызывающее ненужные ассоциации слово  «мзду».Общий смысл строфы , нмв, стал более тривиальным, но  правильным(?) в смысле словоупотребления.

Вот Вы говорите, что мне не хватает "школы". Это естественно.  Школа у меня была совсем в другом смысле. Этой школе, детям я отдала всю свою жизнь, так что и своих детей рожать было некогда, тем более  что мы с мужем руководили этой самой школой и были всегда первыми на всяких смотрах и конкурсах. Знаете ли Вы, что значит общеобразовательная школа и ненормированный рабочий день с утра до вечера, порой без выходных и отпусков, т.к. то ремонт, то проверки, то пьяные кочегары… Даже ночью не было покоя. Конечно,  мне было не до стихов и их "огранки". Муж писал замечательные  картины, но и это занятие пришлось бросить, т.к. всё время  съедала бесконечная работа. Кроме того - своё хозяйство (козы, кролики, куры, гуси, иной год телёнок или поросёнок, даже нутрии были); своя земля, которую надо было каждый год обработать: копать, сажать, поливать, убирать урожай. Как-то надо было жить и выживать в тяжелейшие 90- ые и последующие годы. Единственный сын тогда учился в университете - ему тоже нужна была помощь и моральная, и материальная. " А стихи, к сожаленью,  не кормят, только поят и то иногда".

Но всё-таки тянуло к творчеству. Писала очерки -  главным образом о людях труда , проблемах образования и воспитания, о жизни и настроениях глубинки, постоянно печаталась в региональной прессе. Герои моих очерков, их дети  узнавали меня  на улице, в автобусе, кланялись, благодарили. Мои многочисленные ученики работают всюду, в том числе и в московских школах, занимаются научной работой . Меня  неоднократно приглашали работать в редакции, но я как-то уже прикипела к школе, тем более  дети меня любили и сейчас вспоминают с уважением и благодарностью, называют любимой учительницей.  Мы оба с мужем Отличники народного образования, Ветераны труда.

Если говорить о  вкладе нашей работы в общий труд страны , то он намного превысит "заслуги"  этих " ревнителей пера и молота", которыми они гвоздят сейчас истинно заслуженных граждан этой страны. И не надо  господину Флоре говорить, что мне  стоит ещё что-то там заслужить - я давно всё заслужила и трудом своим, и отношением к детям, и талантом бескорыстно служить людям. А в великие поэты я никогда не стремилась попасть. И не стоит тому же Флоре говорить, что я в объективном  и доказательном  ответе на его " замечания" открыла своё истинное лицо - оно у меня никогда не было закрытым ни в стихах, где моя  реальная  жизнь, ни в отношении к людям.

Мои предки воевали, работали, строили, верой, честью и правдой служили своему Отечеству: и в Преображенском полку, и на фронтах Великой Отечественной, и в тяжелейшие послевоенные годы. Они не шлялись по заграницам  в поисках лучшей жизни, вещая оттуда о якобы своей особой любви к русскому языку, " страданиях" , что его кто-то калечит и оглупляет. Моя семья, мои предки были и будут истинными ревнителями и продолжателями этого великого языка, нашей русской  истории и  культуры.

Мы и наши родители действительно находились в самой гуще этой народной жизни, знаем её до самой косточки. И не вам, господа, тыкать мне в лицо фальшивыми амфиболиями и зевгмами, прочим "научным мусором", не имея при этом ни души, ни сердца, ни Отечества, лицемерно  и безбожно  прикрываясь  заботой о " великом и могучем"; устраивать позорные судилища людям, которые всегда находились в первых рядах носителей и хранителей  этого языка на деле, а не в кулуарах и междусобойчиках. 

 Игорь, извините за высокий слог, но, как говорится, накипело. Ведь  это волынка вокруг моего имени тянется уже более пяти лет и,  кажется, конца ей не будет.

К Вам, Игорь, всё сказанное мной выше никоим образом не относится, разве только в том, что Вы вспомнили о школе ремесла поэтического, а я о другой школе -  труда и жизни. Вам я  только благодарна.

С уважением. Вера.

Сказать хочется так много, что лучше  молчать... и читать, и читать... Спасибо.

Комментарий удален

Комментарий удален

Комментарий удален

Галь, а если вот такую связку сделать, тогда все логично получается:

Картину зодчий  сдал по договору.

О том, чей был заказ, никто  не знал.

На ней  Спаситель  не являлся взору,

возможно, что ещё заметить впору,

совсем не так  епископ освящал,

как на картине той благословлял

с благоговейным рукоположеньем,

чтобы сердца сдержать под напряженьем,

как лошадей* ведущая рука — 

мол если вдруг сюда  издалека

(не сказано, не вписано в скрижали)

грядёт неимоверная беда,

мы веру не теряли бы и знали,

что ближе к нам Божественные дали,

что вся напасть в самой себе всегда.

Тогда получается цельное описание картины, которой и посвящено все стихотворение…

Комментарий удален

Комментарий удален

Меня в твоем переводе немного смущает это:

«А если вдруг и к нам издалека…

грядёт неимоверная беда»

То есть, в первой части стиха должна была  бы содержаться информация/ рассказ о некой неимоверной беде. Или хотя бы  сделан намек.

Комментарий удален

Комментарий удален

Комментарий удален

Наконец-то заменил первые две строки. Было:

Комментарий удален

Галь, я имел в виду, что у Богатырева и Микушевича нет художника в качестве действующего лица вообще. Понятно, что кто-то все равно должен был нарисовать картину. Но это у них - за скобками стиха. А у тебя и у Летучего этот художник/богомаз получается главным героем. Тогда и «основатель» — это он?  Ребус.

Да, и сюжет картины у всех троих переводчиков вообще не описывается, а идет рассказ о самом  герое - художнике/нехудожнике.

При этом, если исходить из подстрочника, у тебя ближе  всего текст перевода к оригиналу, но зато и вопросов к сюжету больше. По моему, они сознательно отошли от текста оригинала дальше, чтобы сюжет стал хоть чуть более логичным и понятным. Впрочем, как я уже упомянул, у всех  канва стиха  остается в туманной дымке…

Комментарий удален

Принимаю замечание с благодарностью, Валентин!

Комментарий удален