«Туда! — говорила она себе». Не в курсе, какое отношение Вы имеете к литературе, поэтому поясню очевидное: там, в литературе, принципиальнейший вопрос – это вопрос психологической достоверности. А человек никогда не говорит себе «туда», «сюда», «налево» и т.д. Если перед нами не патология. Впрочем, с Анной как раз такой случай.

«Найдите отличия от Ваших начётнических экзерсисов с цитатами» (с). Не обижайтесь, но ничего искать я не буду. Я привык отвечать за свои слова. О которых Вы так ничего внятного и не сказали.

«Американец» фигура легендарная - при этом в разных источниках указаны сильно отличающиеся вариации одних и тех же событий и приключений, с ним случавшихся. И нет среди них некоего "истинно-подлинного" (с). Истинного нет, но Вы знаете, что не истинно. Неплохо. В любом случае, персонаж специфический. А почему дался мне этот двоюродный дядя, я объяснил в статье. Или у Вас это практика – переводить разговор на личности? Мой же призыв был простой и ясный: не Антипова обсуждать, а его позицию, изложенную вполне развернуто.

«Фамилии такие есть, но имена-отчества не совпадают. Или Вы засекреченный член?» (с). Нет, самый откровенный. Что у Вас не получается, не знаю, помочь не могу. Но если Вы к СП России имеете какое-либо отношение, могли бы частенько видеть меня на собраниях, я как правило, активен.

«Было бы интересно почитать сочинение (сочинения), за которое Вы удостоились лауреатства на конкурсе к 70-летию ВЛКСМ» (с). Спасибо за неподдельный интерес к моему творчеству. Сейчас точно не помню, но это была, скорее всего, лирика. Впрочем, все опубликовано в трех моих сборниках «Клодия сестра Клодия» (1996), «Эклектика» (2000, «Только рисунок» (2016). Сборники можно найти в Лавке Писателей.

И да: "Лауреат Ленинградского конкурса поэзии, посвящённого 70-летию ВЛКСМ (1987)".
Как известно, такая честь кому попало не выпадала" (с). Спасибо. В советские времена и публикация-то была событием, а про лауреатство и говорить не приходится. Это сейчас каждый сверчок - сирена. Да такая авторитетная сирена, со щеками.

Если вы тот самый Антипов, который написал статью"Глыба", то у меня есть лишь один вопрос: зачем вы спорите с теми положениями, которые поддерживают ваши же доводы? У меня складывается впечатление, что вы не вполне адекватно воспринимаете любой текст, так или иначе откликающийся на вашу статью, априори отрицая всё его содержание.

"Поразительно и показательно вовсе не то, что г-н Антипов издевается над мертвым Львом" (с). Лев для меня и сегодня  живее всех живых.

"А рассматривать г-на Антипова в качестве показателя уровня развития общества, нмв, вряд ли уместно" (с). Согласен. Это было бы слишком самонадеянно.

Извините, что вмешиваюсь в ваш диалог. Вот ответственно дискутируете между собой, а можно со ссылкой на текст оригинала статьи, где автор утверждает, как факт биографии Толстого ("бил жену")?

"Замечательно, как много людей встали на защиту Л.Н. Толстого!" (с). Социопсихрология утверждает, что лишь 10% способны к генерации самостоятельных мыслей. (То есть 90% не способны).

"Поискала по интернету - нет подобной публикации, хорошее такое молчание, и правильно: пиарить подобное - репутационные риски" (с). У Вас действительно ничего не получается,самостоятельно, или Вы умышленно практикуете ложь в отстаивании своей позиции?

https://history.wikireading.ru/401725

https://libcat.ru/knigi/nauka-i-obrazovanie/kulturologiya/89527-evgenij-antipov-glyba-o-grafe-tolstom.html

https://www.rulit.me/books/glyba-o-grafe-tolstom-read-422937-1.html

https://knigism.online/view/53423

https://avidreaders.ru/book/glyba.html

https://moreknig.org/gumanitarnye-nauki/kulturologiya/36264-glyba-o-grafe-tolstom.html

https://stepan.in-book.co/book-online/22417257/

https://fb2.top/glyba-o-grafe-tolstom-433699

https://litresp.ru/kniga/ru/А/antipov-evgenij/gliba-o-grafe-tolstom

https://rulib.pro/book/335684-glyiba-o-grafe-tolstom

https://book.ebooker.online/book_glyba_21757926

https://flibusta.club/b/433699

https://lib-king.ru/279922-glyba.html

https://litmir.org/tags/Евгений+Антипов/

https://bookplaneta.ru/tags/Евгений+Антипов/

https://flibusta.biz/kniga-glyba-185690

https://libmir.com/book/250010/readf

https://knigger.com/kniga-glyba-185690

https://vse-knigi.com/tags/Евгений+Антипов/

https://flibusta.org.ua/b/433699

https://siteknig.com/tags/Евгений+Антипов/

https://rb.rbook.club/book/20768958/

https://bookshaker.net/b/glyba-evgeniy-igorevich-antipov

https://flibusta.org.ua/b/433699

https://pda.coollib.xyz/a/44643-evgeniy-antipov

https://bookshaker.net/b/glyba-evgeniy-igorevich-antipov

https://www.knigago.com/avtor/44643-avtor-knig-evgeniy-antipov

http://дружбанародов.com/magazines/belskie-prostory/2011/1

https://knigogid.club/tags/Евгений+Антипов

https://realtam.ru/spravochnik/glyba-antipov-evgenij-skachat-knigu.html

https://knigogid.club/tags/Евгений+Антипов

https://thebooks.su/authors/121854-antipov-evgenij.html

https://bookstock.e-libra.ru/author/27797-antipov-evgenij.html

https://litfond.net/a/40839

И Вам спасибо. За достойную реакцию на достойный ответ.

Опять восхищен Вашей способностью излагать чужие мысли.

А впрочем, бесконечны наветы и враньё,
И те, кому не выдал Бог таланта,
Лишь в этом утверждают присутствие своё,
Пытаясь обкусать ступни гигантам...

Не обижайтесь, но это актуально и всегда, и сейчас.

"Мне, напротив, кажется, что это вполне осознанная акция, и даже предполагаю, что послужило импульсом к ее появлению здесь" (с). И я готов поддержать Ваше праведное негодование, если бы Вы пояснили хотя бы причину огорчения.

«Учительница математики, ставшая любовницей своего ученика» (с) ссылается на Толстого. Отличный пример идеологической деструкции, принимаемой под нравственно правильным соусом. Именно по этой причине некоторые произведения Толстого и не публиковались за границей. Одни публиковались (где обличалась Россия), другие ни в коем случае. Ах, Николенька Иртеньев был влюблен в Сережу Ивина, красивого, эгоистичного мальчика. Какая прелесть, ми-ми-ми. Под такими соусами и впрыскиваются доктрины ЛГБТ, педофилии, скотоложества.

«У Толстого были многочисленные внебрачные дети от крестьянок его имения и у него нет права осуждать любовь, пусть даже не освящённую браком» (с). Рекомендую, кому не лень, почитать дневники Толстого – чтобы к теме любовь-не-любовь в обозначенном контексте больше не возвращаться. Особо чувствительных предупреждаю, что реакция на чтение может быть любая, включая брезгливость и отвращение.

«Ну да бог с ним, со стилем! Есть вещи более важные! – например, историческая правда» (с). Но что есть мастерство писателя, если не стиль? Разумеется, блохи можно обнаружить у любого. И все же есть ошибки (ошибочки), девальвирующие все произведение. Когда идет фильм про Великую Отечественную, а там 1942 год, но Красная армия в погонах и генералы в папахах, звучит сленг, типа «клево», «во, блин», даже не самый искушенный зритель переключает на другой канал.

«Наполеона он изобразил злобным и надменным карликом» (с). Рост Наполеона был 172 см. А всего исторических ошибок в «Войне и мире» было три сотни.

«Пройдут века, и с портретов художников из близких к нам времён сотрутся грязные и позорные факты, как стёрлись они с портретов Да Винчи, Микельанджело, Данте, Боккаччо и прочих...» (с). А какие позорные пятна на да Винчи и Данте?

«Она хотела упасть под проезжающий вагон, когда напротив оказалась середина этого вагона. Не понять, что здесь сказано, нмв, может только на редкость тупой начётчик.» (с). Вот у Вас же все с вагоном получилось. Снимаю шляпу. И, как тупой начетчик, сообщаю Вам, глубокому литературоведу, что задача писателя состоит не только в (понятном) изложении событий. Такие же неожиданные вещи могу сказать и по поводу абсолютного слуха у музыкантов. Впрочем, уже сказал.

«Болтовня о похождениях двоюродного дяди, составленная из пересказов не самых достоверных сплетен, наводит на мысль о нечистоплотности автора статьи…» (с). А процитированная болтовня наводит на мысль о глубоком невежестве глубокого литературоведа. «Американец» фигура легендарная.

«Однако среди членов СПР персонаж с такими ФИО не найден» (с). Не найден? О, ужас. Опять Вован и Лексус. Кстати, а кем не найден? Почему не найден? Где и как осуществлялись поисковые работы? И вообще, дался Вам этот Антипов, вроде, обсуждалось эссе про Толстого? Неужели в Вашем сознании эти фигуры сопоставимы? В любом случае, попытка вывести начетчика на чистую воду интересна, так держать.

«Эссе господина Антипова лежит целиком в русле постмодернизма. Ждать от этого литературного подхода каких-либо серьезных умозаключений – несерьезно» (с). Эссе господина Антипова там не лежит. Да и постмодернизм Антипову антипатичен. Просто господин Антипов задается естественными для него вопросами и честно недоумевает. Относительно «насмешливости и явного неуважения в отношении изображаемого предмета», то как без веселья читать про горничных с загнутыми головами? Или вот: «...Князь Андрей подошел и поцеловал отца в указанное им место...» Забавно же, согласитесь. Что касается умозаключений, то их, разумеется, надлежит ждать лишь от тысячекратно переписанных-перецитированных статей подобострастных толстоведов. Нашему И.Б. за предложение (по м. де Саду) спасибо, но это фигура гротесковая и, главное, никто из здоровых людей ей не поклоняется. Зато по другим (неоднозначным) историческим персонам у меня написано не мало.

«Акции винокуренного завода (с точки зрения г-н Антипова) Толстому покупать западло» (с). Нет у Антипова такой точки, пусть покупает, что хочет. Но, купив винокуренный заводик, пусть не обличает балет за безнравственность. Чтоб не смотрелось парадоксально: судья рассматривает дело о взятках, а частенько брал сам.

Очень огорчен, что Вы намерены дистанцироваться от этой публикации. Буду отвечать огорченным.

Итак, «сам текст неряшлив и нелогичен, оценочен и написан в духе расцветшего самодеятельного блогерства» (с). Но о каком духе какого блогерства речь, если «Глыба» написана в ХХ веке? Восхитительным образом свой разоблачительный текст Вы начинаете с нелогичности. Ваш текст и оценочен. Например, Вы утверждаете: «Самая главная подмена в статье – это цитаты героев произведений, которые проецируются на автора произведения» (с). То есть, требуете аккуратности, но сами свои требования не соблюдаете. Проиллюстрируйте, по возможности, свой тезис, что приведенные перлы – «не перлы самого писателя» (с). Давайте помогу: «Поступая в монахи, он показывал, что презирает все то, что казалось столь важным другим и ему самому в то время, как он служил, и становился на новую высоту, с которой он мог сверху вниз смотреть на тех людей, которым он прежде завидовал»; «Он вскочил и бледный, как смерть, с трясущимися скулами, стоял перед нею». «Нас, женщин, не обманешь, – подумала она»; «Она понимала, что он стал монахом, чтобы стать выше тех, которые хотели показать ему, что они стоят выше его»; «Пробежал начальник станции в своей необыкновенного цвета фуражке. Очевидно, что-то случилось необыкновенное»; «Туда!» – говорила она себе, глядя в тень вагона»; «Две горничные, ходившие по платформе, загнули назад головы (…)». И где подмена? Вы постукиваете авторитетным пальчиком по столу, но почему не укажете тем же пальчиком на самую главную подмену? Вместо доводов звучат оценки. Отсутствие очевидных аргументов объясняется неряшливостью. А вот «косноязычие мыслей героев» заинтриговало. Такую идиому не встречал, надо запомнить.

Вам «неприятно, что здесь идет попытка говорить от лица Церкви, но совсем не ее языком» (с). Но ведь и мне, хоть от лица Церкви говорить не пытаюсь, многое не приятно. Например, то, что люди в массе своей говорят не своим языком и, что особо не приятно, и думают не своими мыслями (зачастую косноязычными). Вы даже мысли Басинского приплели (2010) вместо собственных, чтобы сообщить простенькое: мальчишки курили и воровали яблоки, но это не помешало им стать героями на войне. (Добавлю – Вам, или Басинскому, – что и мизантропия Гитлера не мешала ему гладить с умилением свою собаку). И да, можете не отвечать, но спрошу: как полагаете, на сильно церковном языке разговаривал Иисус с апостолами?

Как видим, нелогичными, оценочными, неряшливыми бывают и строгие читатели.

Судя по коннотациям, Вас возмущает и «тенденция ревизии авторитетов, признанных на мировом уровне». Вас раздражает, что «делается ставка на невежество читателя, который хватается за напичканную всяким сетевым хламом голову» (с). Признаюсь, и меня раздражает, что ставка, сделанная на невежество читателя и его слабую голову, работает давно и безотказно. К числу признанных – на мировом уровне – авторитетов причислены малевичи с квадратами, пикассы с каракулями, ворхолы с коробками от стирального порошка и мадзони с баночками, полными фекалий. Обращаюсь к Вам с онтологическим вопросом: если одним (с головами, напичканными всяким хламом) позволительно обожать все эти квадраты и фекалии, почему остальным непозволительно этого не обожать? Или позволительно, но молча?

Кстати, раз уж «великое наследие Толстого неуязвимо» (с), что ж Вы так разволновались? Понимаю, неуютно без собственных-то мыслей.

Спасибо за толковый разбор статьи. И, все же, несмотря на и развернутую аргументацию, вопросы остались. Вот Вы заявляете: Смердяковщина! (Причем, в чистом виде). В этой связи стесняюсь спросить, вот Вы, такой строгий, с наследием Толстого знакомы? Так сказать, ориентируетесь в предмете дискуссии? «Противна Россия, просто не люблю ее». Не узнаете? Это дневник писателя от 6.08.1857. «Приехав в Россию, я долго боролся с чувством отвращения к родине» (8.08.1857). Вам бы, голубчик, с Вашей принципиальностью не библиотеку поощрять, а прямо в ООН, или ЕСПЧ возглавлять.

Ах, опишу ли я посредством бедных строф,
Чтоб сохранились в них события и даты,
Визит в сию страну, где Лев, как Саваоф,
Над всеми вознесён, босой и бородатый?

Хоть он преклонных лет, но духом не угас! –
Наставник и кумир премногих поколений.
Три ипостаси в нём: а) граф и ловелас,
б) офицер-бретёр и в) писатель-гений.

Толстовский край суров: морозы, ветер, снег,
Сугробы до колен, а многим и по пояс,
И всякий в том краю обязан человек
Душою просветлеть и броситься под поезд!

А можно и не под, а в праведном бою
Погибнуть в нужный час и при любой погоде,
Со знаменем в руках жизнь оглядев свою –
И чтоб очами ввысь и с думой о народе!

А Сам глядит насквозь, сурово щуря глаз,
А мяса он не ест (пьёт, значит, без закуски),
И если что не так, пошлёт по-русски вас,
И дворню материт совсем не по-французски.

Герои книг его не сахар, как ни глядь:
Кто трус, а кто гордец, кто жаден, кто ревнивец,
Но безнадёжных два: Элен – поскольку блядь,
И Бонапарт – он гад, антихрист и убивец.

Обоих видел я: Элен – да, хороша!
Красива, как модель, – по высшему масштабу!
А что гуляет... Ну, сие не мне решать.
Мы все не без греха, и я простил бы бабу.

А Бонапарт скрестил ладони на груди,
Молчит, и вдаль глядит, и щурится по-волчьи;
С Кутузовым возок завидит впереди –
И треуголку прочь, и кланяется молча.

Да, вышло так, что Русь – не соболь и кавьяр.
Примчался на коне, сбежал с набитой рожей.
Вчера нам гид сказал: к цыганам едем в «Яр»,

Но, честно говоря, уже не по лета՛м.
Вернусь – утопят ведь в насмешках и подначках.
Всё, в следующий раз лишь Чехов! Но и там
Есть юг, и променад, и дамы при собачках.

Толстой, ты доказал с терпеньем и талантом,
Что женщине не следует «гулять»
Ни с камер-юнкером, ни с флигель-адъютантом,
Когда она жена и мать.

Картина в хрестоматии: босой
старик. Я поворачивал страницу,
мое воображенье оставалось
холодным. То ли дело — Пушкин: плащ,
скала, морская пена… Слово «Пушкин»
стихами обрастает, как плющом,
и муза повторяет имена,
вокруг него бряцающие: Дельвиг,
Данзас, Дантес,— и сладостно-звучна
вся жизнь его,— от Делии лицейской
до выстрела в морозный день дуэли.
К Толстому лучезарная легенда
еще не прикоснулась. Жизнь его
нас не волнует. Имена людей,
с ним связанных, звучат еще незрело:
им время даст таинственную знатность,
то время не пришло; назвав Черткова,
я только б сузил горизонт стиха.
И то сказать: должна людская память
утратить связь вещественную с прошлым,
чтобы создать из сплетни эпопею
и в музыку молчанье претворить.
А мы еще не можем отказаться
от слишком лестной близости к нему
во времени. Пожалуй, внуки наши
завидовать нам будут неразумно.
Коварная механика порой
искусственно поддерживает память.
Еще хранит на граммофонном диске
звук голоса его: он вслух читает,
однообразно, торопливо, глухо,
и запинается на слове «Бог»,
и повторяет: «Бог», и продолжает
чуть хриплым говорком,— как человек,
что кашляет в соседнем отделенье,
когда вагон на станции ночной,
бывало, остановится со вздохом.
Есть, говорят, в архиве фильмов ветхих,
теперь мигающих подслеповато,
яснополянский движущийся снимок:
старик невзрачный, роста небольшого,
с растрепанною ветром бородой,
проходит мимо скорыми шажками,
сердясь на оператора. И мы
довольны. Он нам близок и понятен.
Мы у него бывали, с ним сидели.
Совсем не страшен гений, говорящий
о браке или о крестьянских школах…
И, чувствуя в нем равного, с которым
поспорить можно, и зовя его
по имени и отчеству, с улыбкой
почтительной, мы вместе обсуждаем,
как смотрит он на то, на се… Шумят
витии за вечерним самоваром;
по чистой скатерти мелькают тени
религий, философий, государств,—
отрада малых сих… Но есть одно,
что мы никак вообразить не можем,
хоть рыщем мы с блокнотами, подобно
корреспондентам на пожаре, вкруг
его души. До некой тайной дрожи,
до главного добраться нам нельзя.
Почти нечеловеческая тайна!
Я говорю о тех ночах, когда
Толстой творил, я говорю о чуде,
об урагане образов, летящих
по черным небесам в час созиданья,
в час воплощенья… Ведь живые люди
родились в эти ночи… Так Господь
избраннику передает свое
старинное и благостное право
творить миры и в созданную плоть
вдыхать мгновенно дух неповторимый.
И вот они живут; все в них живет —
привычки, поговорки и повадка;
их родина — такая вот Россия,
какую носим мы в той глубине,
где смутный сон примет невыразимых,—
Россия запахов, оттенков, звуков,
огромных облаков над сенокосом,
Россия обольстительных болот,
богатых дичью… Это все мы любим.
Его созданья, тысячи людей,
сквозь нашу жизнь просвечивают чудно,
окрашивают даль воспоминаний,—
как будто впрямь мы жили с ними рядом.
Среди толпы Каренину не раз
по черным завиткам мы узнавали;
мы с маленькой Щербацкой танцевали
заветную мазурку на балу…
Я чувствую, что рифмой расцветаю,
я предаюсь незримому крылу…
Я знаю, смерть лишь некая граница:
мне зрима смерть лишь в образе одном,
последняя дописана страница,
и свет погас над письменным столом.
Еще виденье, отблеском продлившись,
дрожит, и вдруг — немыслимый конец…
И он ушел, разборчивый творец,
на голоса прозрачные деливший
гул бытия, ему понятный гул…
Однажды он со станции случайной
в неведомую сторону свернул,
и дальше — ночь, безмолвие и тайна…

1928

Сергею Шестакову
Сердечео благодарю за Вашу внимательность, зоркость и дружескую помощь.   ВК

Согласен, Валентин.
Детская поэзия показана не всем.
Можно освободить от неё того, кто никогда не был ребёнком. И тех, которые не были мамами и папами.
И - дедушками с бабушками - тоже можно.
А вот остальные могут и постараться.

спасибо, Мария!
а у меня как-то не связались эти стишки
да, если посмотреть как на продолжение, то все выглядит не столь печально, как в стишке про срубленное дерево)

Спасибо, Владислав, за комментарий! Вы правы, для детей писать страшновато. Глубокомыслие не прокатит, а поверхностный взгляд не пройдёт. И как за него взяться? Слишком тонкая грань.
Кстати, про "худо тут" и "буду тут" - это и в самом деле, народная примета.

Вчера испек яквенный пирог. Пальчики оближешь. Тает во рту.

кажется, я игнорамус. Кудряшева кто? каждый мастодонт её обязан знать?

Спасибо, Наташа! 
Рад, что Вам по душе!

 Да вы не планктон, вы мастодонт! Ведь давно под Кудряшеву не модно лабать.

Гул затих.
Я вышел на подмостки...

Горькое и честное, как водка

доброго дня всем участникам "Круглого стола"!
с огромным интересом познакомилась с мнениями и представлениями уважаемых переводчиков и нашла в них ответы на многие интересовавшие меня вопросы по творчеству Рильке и переводческому искусству в целом. особенно впечатлил, конечно, тщательнейший подход к переводу Вячеслава Маринина. и в общем, вижу в этом обмене мнениями -- настоящий мастер-класс для переводчиков самых разных уровней, ни больше ни меньше.
и, мне кажется, теперь я понимаю, почему со временем появляется такое количество новых переводов, и все больше людей обращаются к поэзии Рильке: думаю, не стоит расценивать это множество любительских переводов как попытки с кем-то соревноваться, скорее как попытки прочтения поэзии в оригинале, попытки проникнуться этим необычайным отражением мира окружающего и мира внутреннего в поэтическом слове. разве это не замечательно?

но один вопрос у меня все-таки остался: хочу попросить уважаемых коллег и всех интересующихся поэзией Рильке здесь поделиться своим самым-самым... (любимым, значительным, незабываемым и т.д.) его стихотворением, в чьем-либо или в своем переводе, или, м.б. в оригинале.
Александр Владимирович уже написал, и я присоединюсь к его мнению: "Созерцание" в переводе Пастернака. но еще осталось во мне неразгаданной тайной Liebeslied: Wie soll ich meine Seele halten...
спасибо!