
Вот он лежит суровый, бездыханный.
Ей вспоминались ночи рядом с ним
В кровати этой ледяной - как странно -
Их не вернёшь, всё будет не таким.
Остыло тело, распустился ком
Сплетённых нервов. И рельеф простынный,
Ей, словно дверь в их спальню, был знаком
По всей длине то ямкой, то горбиной.
Казалось, вновь вошла украдкой в зал
И с тайной гордостью внимала вчуже
Публичной речи собственного мужа,
Но человек, что хлеб с ней преломлял,
На этот раз был не её совсем -
Нелепый, маленький, он стал ничьим, никем.
Sonnet XVII by
Edna St.Vincent Millay
"Sonnets from an Ungrafted Tree"
Gazing upon him now, severe and dead,
It seemed a curious thing that she had lain
Beside him many a night in that cold bed,
And that had been which would not be again.
From his desirous body the great heat
Was gone at last, it seemed, and the taut nerves
Loosened forever. Formally the sheet
Set forth for her to-day those heavy curves
And lengths familiar as the bedroom door.
She was as one that enters, sly, and proud,
To where her husband speaks before a crowd,
And sees a man she never saw before —
The man who eats his victuals at her side,
Small, and absurd, and hers: for once, not hers, unclassified.
Selected poems of Edna St. Vincent Millay, 2016, Yale University Press. Edited by Timothy F.Jackson, page 91.
Не так ужасно, как было, но всё же очень плохо.
___
Вспомнила один свой комментарий и реакцию переводчика на комментарий. Тогда обратила внимание на такое "решение":
Доброе утро, Барбара! Спасибо Вам за поддержку.
Пой, ласточка, пой))
Субъект, демонстрируя уважаемым читателям гипертрофированное чувство собственной важности, называемое синдромом гуру, не в силах остановить табун воинственных слов в адрес переводчика, который, по его собственным словам, для него (субъекта) не существует. Есть, правда слабая, надежда на то, что ему удастся указанный табун отчасти остановить, если не самостоятельно, то с помощью ямщика на облучке.
Наташа, тебе хорошо удался отчужденный взгляд, на котором построен сонет: у Миллей смерть обнажает иллюзию, которую создавала совместная жизнь, а смерть не утрата, а внезапное, запоздалое зрение.
Одной из самых сильных находок перевода я считаю "рельеф простынный", в котором телесность и геометричность, одновременно связанные памятью, работают на образ холода, который в оригинале задается словом "formally".
Ира, спасибо.
Твой острый глаз помог мне исправить преступную грамматическую ошибку с единственным числом указательного местоимения в творительном падеже. Ты очень точно подмечаешь семантические ошибки, помогаешь исправить синтаксис.
Недавно прочитала книгу Эндрю Берга о редакторе Максе Перкинсе (полное имя Максвелл Эвартс), который открыл миру Хэмингуэя, Фицджеральда, Вулфа. Вот цитата из книги:
"Первое, что вам нужно запомнить, – сказал он (Перкинс), ...., – это то, что редактор не должен дописывать книгу за автора. Лучшее, что он может сделать, – это быть ему хорошим помощником. Не поддавайтесь чувству собственной важности, потому что главная задача редактора – высвобождать энергию, а не создавать".
Возвращаясь к образу "кома сплетенных нервов" по заявке Алены Алексеевой.
Возможен ли выход за рамки фразеологизма "комок нервов"? "Комок" - это сжатость, хрупкость, что-то маленькое, но плотное."Ком" - грубая масса, передающая чувство давящей материальности по ассоциации с комом глины, земли (могильной), что в контексте стихотворения выполняет роль смысловой нюансировки. Добавление слова "сплетенных" подчеркивает хаотичность, запутанность состояния внутреннего истощения. Образ расслабления "тугих нервов" (taut nerves loosened forever) переданный через "распустился ком сплетенных нервов" визуализирует напряжение, которое отпускает смерть.
О "Рельефе простынном" говорилось раньше: в стихотворении речь о простыне, которой накрывают покойника и на которой видны неровности человеческого силуэта, ставшие за период совместной жизни героини с мужем такими же знакомыми ей как дверь в их спальню.
Перевод демонострирует стилистическую цельность, сохраняя строгую форму классического сонета и выдерживая баланс между буквальной точностью и передачей настроения. Он сохраняет такое же напряженное и холодное звучание, как и оригинал. Этому способствуют интонационно сложные предложения, имитирующие живое размышление внутреннего монолога Миллей. Синтаксис в них развернутый, с обособлениями и сравнениями, использованием тире и инверсий для передачи эффекта остранения, характерного для ее сонетов.
"Комок" - это сжатость, хрупкость, что-то маленькое, но плотное.(с)
Я извиняюсь, пивной животик? ("Москва слезам не верит"
кстати, о фразеологизмах: не Вы ли, уважаемая Ирина, намедни убеждали меня, что их (фразеологизмы) никоим образом нельзя менять, переставлять в них слова и вообще трансформировать (вспомним о пресловутом "молоке с кровью"), что чревато ошибками буквального восприятия. и Вы прекрасно это проиллюстрировали, спасибо! комок нервов -- это фразеологизм, описывающий нервного человека, либо, шутливо, большой (пивной) живот. Натали вышла за рамки, и лг у нее получился буквально комом сплетенных (кем?) нервов. сплетенные -- плохая замена напряженным, а тут еще и ком, и не просто ком, а распущенный. в принципе, как метафора, это вполне понятно, например, у Экзюпери в "Планете людей": Не человек - ком глины. Так по ночам на скамьях рынка грудами тряпья валяются бездомные бродяги... и далее: Непостижимо, как же они оба превратились в комья грязи? (конец цитаты)
вот только дело в том, что ничего подобного у Миллей нет, и как можно увидеть в крайнем переводе Натали (хороший перевод, не сравнить с этим, и дело не в трагичности), ее метафоры просты и изящны! так и тут, все просто: напряженные нервы расслабились навсегда. и никаких комов и рельефов. у Натали здесь вообще пропущен ключевой смысл: посмертная простыня расправила перед ней (знакомые ей) тяжелые извивы его тела. об этом весь сонет и концовка в частности.
а тут что: знаком то ямкой, то горбиной (по очереди?) -- представьте, встречаются две дамы, одна другой говорит: нет ну ты подумай, мой-то вчера ушел от меня: распущенный ком сплетенных нервов, а был знаком по всей длине: то ямкой, то горбиной.
представили? эффект тот же. а Вы говорите цельность.
Да, именно как метафора, отталкивающаяся от формы идиомы, а не трансформация идиомы до бессмыслицы или буквализации, как, например, "повесить ухо" вместо носа или то же "молоко с кровью". Здесь нет попытки употребить фразеологизм в его словарном значении, а выражение, которое только внешне напоминает идиому.
Теперь о простыне: в каком смысле "расправила перед ней (знакомые ей) тяжелые извивы его тела"? Я понимаю Ваше "расправила" как "разгладила", в то время как простыня облегает тело, сделав зримыми его очертания - чередование впадин и выпуклостей. У Миллей тело после смерти не эстетизировано и "горбина" хорошо передает и тяжесть и некрасивость смерти. "Ямка и горбина" в описании тела умершего мужа не смешны - они страшны в своей конкретности.
Комментарий удален