Первый звонок (Вордсворт) (Рекомендованное)

%d1%8f%d0%bf 051

The French army in Russia

William Wordsworth

1812-13

 

HUMANITY, delighting to behold
A fond reflection of her own decay,
Hath painted Winter like a traveller old,
Propped on a staff, and, through the sullen day,
In hooded mantle, limping o'er the plain,
As though his weakness were disturbed by pain:
Or, if a juster fancy should allow
An undisputed symbol of command,
The chosen sceptre is a withered bough,
Infirmly grasped within a palsied hand.
These emblems suit the helpless and forlorn;
But mighty Winter the device shall scorn.

For he it was--dread Winter! who beset,
Flinging round van and rear his ghastly net,
That host, when from the regions of the Pole
They shrunk, insane ambition's barren goal--
That host, as huge and strong as e'er defied
Their God, and placed their trust in human pride!
As fathers persecute rebellious sons,
He smote the blossoms of their warrior youth;
He called on Frost's inexorable tooth
Life to consume in Manhood's firmest hold;
Nor spared the reverend blood that feebly runs;
For why--unless for liberty enrolled
And sacred home--ah! why should hoary Age be bold?

Fleet the Tartar's reinless steed,
But fleeter far the pinions of the Wind,
Which from Siberian caves the Monarch freed,
And sent him forth, with squadrons of his kind,
And bade the Snow their ample backs bestride,
And to the battle ride.
No pitying voice commands a halt,
No courage can repel the dire assault;
Distracted spiritless, benumbed, and blind,
Whole legions sink--and, in one instant, find
Burial and death: look for them--and descry,
When morn returns, beneath the clear blue sky,
A soundless waste, a trackless vacancy!

 

Первый звонок.


Фантазия людская так бедна́,

Народ убог и столь самодоволен,

Что в образе седого горбуна

Он видит Зи́му. В бледной маске боли,

Сжимая посох из кривой осины

Сухой парализованной рукой,

Он тащится заснеженной равниной,

Поникнув долу белой головой.

 

Зима не внемлет домыслам досужим,

Она являет свой суровый норов,

И горе тем, кто в холод, снег и стужу

Капканы ставит ей. Она позором

Клеймит того, кто в северных краях

С мечом возник у мирного порога,

Гордыню вознося превыше Бога!

Он смят, разбит, сметён – повержен в прах.

 

Так мать карает блудных сыновей -

В расцвете сил и воинской браваде,

На свете нет безжалостней зверей,

Чем зверь-Мороз, таящийся в засаде.

Оскалом стылым он ощерит пасть,

И в ней, рождённый жить, обязан пасть!

Пощады нет ни молодым, ни старым,

За что же старцам посланы кошмары

Кровавых битв? Ах! Слишком дорога́

Цена Свободы, Веры, Очага…

 

Неудержимый Та́ртар - дикий конь.

Ещё неудержимее Ветра́,

Что брошены карающей рукой

Всевышнего из мрачного нутра

Пещер сибирских. Дикий эскадрон,

Верхом на снежных гривах, исступленно

Несётся в бой сквозь вой, сквозь свист и стон.

И сеет смерть. Так пали легионы.

А снег их укрывает белой сенью,

И поле превращает в погребенье…

 

Рассвет грядёт. Всё вовремя. О, Боже!

Безмолвие… Забвенье… Бездорожье…




Трояновский Игорь Дмитриевич, поэтический перевод, 2022

Сертификат Поэзия.ру: серия 64 № 169625 от 28.08.2022

Рекомендованное | 6 | 10 | 244 | 02.10.2022. 16:52:33

Приветствую, Игорь Дмитриевич!
Блестящий перевод!
👍👍👍
Сомнение вызывает только "погребенье" в строке:
И поле превращает в погребенье.
Здоровья и Творчества!
С бу,
СШ


Серёжа, благодарю за отзыв. Честно говоря, в смутившем вас слове, я не увидел ничего криминального. Хотя словари предполагают, что это предание тела земле, ну вот тут случилось предание снегу. Тут уж судьба...
Т.И.

Уважаемые коллеги, не надо интуитивно дискутировать насчет того, что слово может означать или не может.
Есть сайт Грамота.ру и там словарь Кузнецова.
Погребеньем может называться и место захоронения, т. е. слово употреблено правильно.
А вот фамилию автора следует исправить на ВоРдсворта.

Александр, премного благодарен Вам за разъяснение. Вам я верю. Придётся делать много исправлений на своей странице. Хотя, по большому счёту, дело, ведь, не в букве, а в духе.
Т.И.

Игорь, спасибо, что Вы мне верите. Это приятно.
Дело, конечно, не в букве. Просто есть такой принцип: если написание фамилии устоялось, надо передавать ее в этом устойчивом виде. Хотя бы для того, чтобы у читателей не оставалось сомнения, что это тот самый автор.
А то Вознесенский его превращал в Вордсворса - ну, и зачем?
Кстати, исправьте: домыслам досужим.
Плюсую.
А.Ф.

Ха-ха... "Алеко никогда не учился в школе, поэтому в его песнях столько грусти." Ваша педагогическая миссия на сайте заслуживает отдельной благодарности.
Спасибо.
Т.И.

Здравствуйте, Игорь Дмитриевич!
Блестящий перевод мастера! Яркие, сочные, узнаваемые образы... чёткий, понятный и хорошо читаемый слог. Спасибо!

с уважением

Спасибо, Галина. Доброе слово и кошке приятно. Заходите. Буду рад.
Т.И.

Согласна с предыдущими комментаторами, но хочу спросить, Игорь Дмитриевич, что Вас побудило переформатировать текст, т.е. сделать четыре строфы вместо трех, сохранив при этом общее кол-во строк? Перевод название тоже вызвал вопрос. И, по-моему, речь не о Тартаре, диком коне, а о татарском скакуне. И, наконец, понятно, что зима женского рода, но какая же "мать карает блудных сыновей"? Мороз мог бы убедительно выполнить эту задачу, тем более, что подлинник прямо говорит: As fathers persecute rebellious sons.

Так-с, раз уж мы меняем стиль общения, тогда я отвечу.

Начну, если не возражаете, с «вешалки». Название. Это у меня фишка такая. Знак того, что это не рифмованный подстрочник, а МОЁ стихотворение. Если Вы, по обязанности, смотрели мои переводы, то заметили, что это не первый случай. Вордсворт дал англосаксам первый звонок. Второй, как известно, прозвучал в декабре 41-го под Москвой, третий в январе 43-го под Сталинградом, спектакль начнётся, к сожалению, зимой 2023-го под Киевом.

Честно скажу, строки я не считал, на строфы стихотворение не делил, тем более, что формат не жёсткий, рифмовка строк вольная. Просто разделил интервалом смысловые отрезки.

Тартаром европейцы называли то, что у нас принято было веками называть «дикое поле». Ну, посудите сами, о каких татарских конях можно было рассуждать во время Отечественной войны 1812 года? А вот Тартар – это образ России, необузданного коня.

Насчёт гендерной принадлежности родителей блудных сыновей, тут вопрос в свете последних веяний очень запутанный. И вообще, Вам, как профессиональному переводчику, конечно же известно, как много английских слов женского рода в русском употребляются, как ни странно, в мужском. Да и непринципиально это. Ну пусть будет «родитель номер икс»

Т.И.