Райнер Мария Рильке. Нет, не бедны...

Дата: 12-07-2020 | 22:31:33


*Нет, не бедны. Они лишь небогаты,

те, что без мира, воли  и свобод;
что страхами последними зажаты,
обобраны, бесправны наперёд.

Льнёт городская пыль к ним та и эта,
вся нечисть свой вершит над ними план.
Они как струпья оспы без просвета,
как черепки на свалке, как скелеты,
как календарь, что выброшен в чулан -
но знай: столкнись с нуждой твоя планета,
Земля взяла бы их для амулета
и берегла бы, словно талисман.

Камней всех чище горного порога,
как слепыши зверей в кормленья дни,

они Твои во всём, пусть жизнь убога;
им, скромным, надобно совсем немного:


быть бедными, сколь вправду есть они.

 

Ведь бедность – это свет души великий.**

 

Перевёл с немецкого языка

Вяч. Маринин, 12.07.2020

================

 

*Предыдущее стихотворение Рильке из «Книги о нищете и смерти»  «Дворцы я видел, также...» завершено строками:

 

Но эти дни богатых пролетели,

и мы, как видишь, не осиротели;

ты только бедным бедность вновь верни.

 (перевод и курсив мой, - В.М.)

 

** Первая строка четвёртой строфы этого стихотворения, которую автор взял в публикацию, оставив  четыре последующие строчки строфы в черновике:

 

Ведь бедность – это свет души великий,

И каждый вправе обрести покой,

с которым каждый вечер не безликий  –

не тот, где только дня померкнут блики,

где только время сбора на постой.

 (перевод и курсив мой, - В.М.)

 

 

Denn Armut ist ein großer Glanz aus Innen...

Ein tiefes Ruhigsein, ein starkes Recht,

das Leben jeden Abend zu beginnen –

nicht nur wie Einer, dem die Tage rinnen,

wie eine Zeit, die komm wie ein Geschlecht.

 


Rainer Maria Rilke


Sie sind es nicht. Sie sind nur die Nicht-Reichen,
die ohne Willen sind und ohne Welt;
gezeichnet mit der letzten Ängste Zeichen
und überall entblättert und entstellt.

Zu ihnen drängt sich aller Staub der Städte,
und aller Unrat hängt sich an sie an.
Sie sind verrufen wie ein Blatternbette,
wie Scherben fortgeworfen, wie Skelette,
wie ein Kalender, dessen Jahr verrann, -
und doch: wenn deine Erde Nöte hätte:
sie reihte sie an eine Rosenkette
und trüge sie wie einen Talisman.

Denn sie sind reiner als die reinen Steine
und wie das blinde Tier, das erst beginnt,
und voller Einfalt und unendlich Deine
und wollen nichts und brauchen nur das Eine:

so arm sein dürfen, wie sie wirklich sind.

Denn Armut ist ein großer Glanz aus Innen.


17.04.1903

По-моему, очень хорошо, Вячеслав. При такой проработке материала хоть статью пиши. Только строка "оболганы, без денег каждый год" вызывает сомнение. Возникает дополнительный смысл: "оболганы без денег". Несмотря на запятую, которой при чтении вслух не видно. А "без денег каждый год" может означать, что беднякам не выдают годовое пособие. Между тем, насколько я понимаю, речь о том, что они вечно без гроша в кармане или что у них гроша за душой нет. И в последней строке лучше, на мой взгляд, "свет души великОй". От великой души и свет великий.

Спасибо, Юрий! Четвёртую строчку первой строфы поправил. О заключительной строке. У автора «großer Glanz». Поэтому «великий свет» в переводе.

Мне тоже выражение "без денег каждый год" не кажется удачным, так же как и фраза  "камней всех чище горного порога", смысл которой в сочетании с последующими построениями не однозначно ясно воспринимается. И, боюсь, что одна из финальных строк о том, что им надо "столь бедным" быть в таком виде не может существовать, т.к. им надо быть - какими? - столь бедными.

Спасибо, Ирина!  Согласен.  Строку о «безденежье» поправил.  На другие замечания отвечу позже.


22:20. Продолжу, Ирина. О сравнении c камнями. Это схема оригинала: духовная чистота бедных людей в сравнении с чистыми камнями (предметами природы) и только что народившимися, ещё слепыми, животными, находящимися в согласии с природой.

 

Прошу прощения за цитату из письма Рильке русскому (ирония судьбы, -В.М.) адресату на вопрос, связанный с его Восьмой элегией, но ответ в полной мере относится и к данному стихотворению: «уро­вень сознания зверя встраивает его в мир, но зверь не противостоит миру ... (как это делаем мы, люди);  зверь находится в мире; мы же находимся перед миром,  в силу  специфики нашего возросшего сознания».  И далее Рильке отмечает: «Животное, цветок.., имеют перед собой и над собой ту неописуемо открытую свободу, эквиваленты кото­рой (крайне эфемерные) можно найти у нас, может быть, в первых мгновеньях любви, когда один видит собст­венный горизонт в другом — любимом, да во вздыбленности к Богу».

 

В стихотворении, перевод которого мы сейчас обсуждаем, Рильке придерживается точки зрения, что бедность – это внутреннее состояние чистоты и близости к природе и к богу. Другими словами, бедность – это принцип жизни, а не материальное положение.

 

Не могу не заметить,  что «горный порог» созвучен ещё и  с порогом горним... Не думаю, что здесь надо бы что-то менять.

 

О замечании к заключительной строке: поправил.

Вячеслав Григорьевич, мне в целом Ваши переводы импонируют, и я бы охотно присоединился к предшествующим ораторам.
В целом неплохо, но меня удивили фразы
они  –  для новых страхов адресаты
(если я правильно понимаю, они отмечены знаком новых страхов?);
Пыль городская льнёт к ним та и эта (???)
и, наконец:
любая пакость норовит в карман.
Что норовит сделать с карманом любая пакость? Положить какую-нибудь гадость? Залезть в карман - т.е. что-то украсть? Залезть - т.е. забраться?
Вы как-то уж слишком лаконичны.

Александр Владимирович, спасибо.  Отвечаю на ваши вопросы.  Чтобы их не повторять, воспользуюсь соответствующим  количеством вопросительных знаков (1 +3 +4).

 

(?) Да, так.

(???) В оригинале: вся пыль городов. « Пыль городская... та и эта»  - вся  городская пыль в её многообразии. Материальном и духовном.

(????) Да. Всё, что Вы перечислили.

 

Спасибо ещё раз за ваш интерес к этому переводу и за ваши вопросы.

Да не за что, Вячеслав Григорьевич.
А пошлифовать все же попробуйте.

Всенепременно, Александр Владимирович! Радость от того, что тебя оставили в покое критики, в подавляющем своём большинстве, пуста и обманчива. Вспоминаю по этому поводу, аллюзией к «Sie sind es nicht» Рильке, стихотворение Хайнца Калау «Без никого» (1973) о нашей "любви" к городам и городской жизни,  которое заканчивается такими словами:

 

И средь шумов разных и зловоний

Так надёжно нам. Без никого.