Болеслав Лесьмян. Лунное упоение-1.Ночь.

 

Болеслав Лесьмян.

Лунное упоение -1. Ночь.

 

 

 Огнем мерцает ночь, а сумрак, звёзд поклонник,

 едва колышется  в потоке тишины,

 и мраморный луной обрызган подоконник,

 где тени наших рук лежат, удлинены.

 

Теперь уж виден сон, теперь уже не страшно.

Мир полуосвещен, грядёт рассветный час,

и тени наших рук как будто бы не наши,

как будто у окна есть кто-то кроме нас.

 

Как будто кроме нас, бессонный и влюблённый,

в мечтаниях течёт молчащих жизней сход,

и с небом связанный, и с тьмой потусторонней

дрожащий тайный  быт, заоблачный народ.

 

Ему своей косой  из серебристых прядей

льёт полночь свой поток, искрящийся   во мгле.

В виденья погружён, до дна   себя утратив,

в краю русалий он уже не на земле.

 

 В лёт вольный облаков блеск жизни проникает,

 бутоны их растут и набирают цвет...

 И чуткая душа,  дрожа, в себя вбирает

 улётный миг чудес,    восторгов полный свет.

 

Теперь уж виден сон, теперь уже не страшно.

Мир полуосвещен, грядёт рассветный час,

и тени наших рук как будто бы не наши,

как будто у окна есть кто-то кроме нас.

 

Leśmian Bolesław - KSIĘŻYCOWE UPOJENIE - I. NOC

 

 

 

 Ogniem pulsuje noc, a mrok, ów gwiazd wielbiciel,

 Ledwie kołysze się pod szumnej ciszy prąd;

 Na marmur okna padł księżyca bryzg obficie,

 Gdzie wydłużone drżą dwa cienie naszych rąk.

 

 Teraz już widny sen, teraz troska nie straszna

 I na wpół świeci świat, co już z półmroku wstał,

I cienie naszych rąk nam zdają się nie nasze,

 Jakby przy oknie tym prócz nas ktoś schadzkę miał.

 

Jakby tu oprócz nas, bezsenny i miłosny,

 Pośród marzenia trwał milczących istnień lud;

 Wspólna ich z niebem więź i zaświatowe losy,

 I tajnią drżący byt, i ponadchmurny ród.

 

 Dla nich warkoczem swym snutych w srebrze zakrętów,

 Pod północą co w skrach, strumień we mgle się ćmi,

 Pogrążony w swych snach, w marzeniach swych do szczętu,

 Widzi rusalny kraj, jak półsnem mu się śni.

 

 Wolny obłoków lot, życie ich blask przenika,

 Rozwija się ich pąk słyszalniej niźli kwiat...

 A dusza czujna wciąż i drżąca jak osika

 Chłonie ulotny dziw, pełen zachwytów świat.

 

 Teraz już widny sen, teraz troska nie straszna,

 I na wpół świeci świat, co już z półmroku wstał,

I cienie naszych rąk nam zdają się nie nasze,

 Jakby przy oknie tym prócz nas ktoś schadzkę miał.

 

 

Лев! Поздравляю с удачей! Просто великолепный перевод!

Только одно "но". В словаре Лесьмяна не было слова "улётный".

А точнее, слова "улётный" не было в русском языке во времена Лесьмяна.

Ulotny у Лесьмяна - это "воздушный", "эфирный", "лёгкий", а в данном случае, скорее, "мимолётный".

А наше "улётный" равнозначно словам "прикольный", "кайфовый", "клёвый", "отпадный", "чумовой".

Поэтому, я не могу о Вашем чудесном переводе сказать, что он улётный.

И ещё, посмотрите, пожалуйста, у вас вкралась лишняя "не" перед словом "кажутся" в предпоследней строке.

С уважением,

Валентин


Тогда введём в русский словарь и это значение, от Лесьмяна! )))

Ваше решение достойно уважения!

Это насчет нового слова в русском языке.

А лишняя частица "не" в предпоследней строке, во-первых, меняет смысл, заложенный в эту строку автором оригинала, а во-вторых, приводит к сбою ритма. Обратите на неё внимание. У Лесьмяна эта строка одинакова и во второй строфе, и в последней.

I cienie naszych rąk nam zdają się nie nasze 

А у Вас:

И тени наших рук нам не кажутся не наши


Впрочем, не смею настаивать.

С уважением,

Валентин

Лев Владимирович, русский язык выдержит.

А лишнее НЕ в предпоследней строке Вы все-таки пропустили.

Что это со мной? Уже отреагировал на замечание Литвинова. Буду внимательней. Спасибо.

Лев Владимирович, с "лётом" никакой двусмысленности нет. Наречие "влет" фразеологически связано с глаголом "бить". Оборот "бить влет" у Вас не употребляется.

А во фразе "В лёт вольный облаков блеск жизни проникает" всё понятно даже на слух: проникает- куда? - в лёт, в лёт - какой? - вольный. Синтаксический контекст абсолютно ясно показывает, что "лёт" - существительное.

Конечно, я опечатался, но уже исправился. Спасибо.

Лев Владимирович, по-моему, прекрасно. Только внесите два исправления - уберите лишние Н (удлинены) и НЕ в предпоследней строке. И дрожа выделите запятыми.

Вроде, больше ничего не вижу.

Лесьмяна многие переводили. Отменный поэт. Вы передали его стиль, его настроение, фантастическое, многообразное, проникающее в суть каждой вещи, каждого явления. Сделали небольшие корректорские правки. Мелочи, но приятно, что поправлены. 

У Лесьмяна нет очень точных рифм, иногда он рифмоиды использует. Но построенные на ассонансах.  

 straszna - nasze. Но вот Ваши прядей-утратив несколько выбиваются из общего рисунка рифм. Хотя не так критично. 


и ещё

в краю русалий  - 


русалии - это праздник воды и огня. Или здесь имеется в виду край русалок?. Но тогда  в краю русалок, или в русалочьем краю. Или край празднеств русалий? Но тогда по смыслу речь идёт о крае русалок


до дна  себя утратив,

в краю русалий он уже не на земле.


Далее


В лёт вольный 


здесь есть двойной смысл.  Например, влёт бить птицу. Хотя и раздельно у Вас пишутся слова В  и ЛЁТ, но произносятся как влёт. Лучше бы избавиться от таких шероховатостей.


Успеха,

Спасибо за отзыв. Насчёт "прядей"- увы. ничего не пришло в голову. "В полёт", конечно, надо бы. но не влазит. А вот что имел в виду автор под русальным краем - русалок ли, или поминовение мёртвых - увы, не знаю.

Motyw „rusalny“ w poezyi polskiej.
(Balladyna, Beniowski, Dziady, Wesele).
Wyraz, który w nagłówku ujęliśmy w cudzysłów, pochodzi
od grecko-rzymskiego święta umarłych ‘Ρονσάλια Rosalia, Rosaria,
znanego z wczesno-chrześcijańskich napisów greckich...
 

Благодарю за пояснение. Значит, русалки тут не при чём.

Темна вода во облацех...

Пока Александр Флоря спит.

 

 "ни при чём". )

И русалки, видимо, ни при чем, и "в лёт" можно оставить.

Только что узнал, что переводил я перевод Мариана Панковского русских стихов самого Лесьмяна. Получился обратный перевод. В сети текст гуляет без указания, что это перевод с русского.