Эдмунд Спенсер. Сонет 54

В театре мира зритель без страстей -
Моя Любовь глядит без интереса,
Как мучусь я душой на сцене дней
В различных ей давно известных пьесах:

То я ломаю весело комедь,
Пытаясь выжать из нее улыбку...
А то мне впору лечь и умереть -
Жизнь видится трагедией, ошибкой...

Но взор Моей Любви стеклянно зол.
Смешны ей слезы, раздражают шутки.
В насмешнице я так и не нашел
Сочувствия к себе ни на минутку.

Пытаюсь я разжалобить веками
Не женщину, а равнодушный камень


Sonnet 54
by Edmund Spenser (1552 - 1599)

Of this world's theatre in which we stay,
My love, like the spectator, idly sits;
Beholding me, that all the pageants play,
Disguising diversely my troubled wits.
Sometimes I joy when glad occasion fits,
And mask in mirth like to a comedy:
Soon after, when my joy to sorrow flits,
I wail, and make my woes a tragedy.
Yet she, beholding me with constant eye,
Delights not in my mirth, nor rues my smart:
But, when I laugh, she mocks; and, when I cry,
She laughs, and hardens evermore her heart.
What then can move her? if nor mirth nor moan,
She is no woman, but a senseless stone.

Анна, Ваш перевод требует серьезной доработки, если не кардинальной переделки. Остановлюсь пока на самых важных недочетах:
1. Не та смысловая тональность: «ломаю комедь, лечь и умереть, ни на минутку» это всё ничего не имеет общего со стилем Спенсера, тем более с его сонетами. Это было бы уместно, скажем, в переводах из Джона Скельтона и то с оговорками.
2. Вы не соблюли знаменитый «спенсеров сонетный канон», т.е. схему рифмовки сонета АБАБ БВБВ ВГВГ ДД. Рифмовка в Вашем переводе идентична шекспировской. А Спенсер ни в коем случае не Шекспир.
3. Рифмоиды «интереса-пьесах, веками-камень» недопустимы в переводах Спенсера, как и вообще в переводах поэзии до начала 20 века.
4. Неуклюжесть выражений перевода: Спенсер величайший мастер английского стиха и изъясняется он легко, изысканно и красочно. В переводе же создается совершенно обратное впечатление.

Мертвящие переводы Спенсера - это, наверное, у меня. :))

Если бы уважаемая Анна хоть что-нибудь прочла о Спенсере, и просто прочитала бы сонет внимательно, то поняла бы разницу между современным языком английским и языком Спенсера. Спенсер - архаик. Он специально использовал старые английские слова и архаический стиль. Даже для 16 века. Переводы потому делаются тоже с архаизмами, чтобы на русском языке создать такое же восприятие стиха, как его воспринимают англичане.
При переводе надо учитывать эту разницу. А переводить абы как, на потребу севременным недоучкам, разговаривающим на олбанском, или как Эллочка-людоедка, использующие только 33 слова, лучше не надо.

Далее, стиль. При переводе важно соблюсти стилистические особенности оригинала. Переводить Спенсера такими словами, как "комедь" (жаргон бытовой) вместо "комедии", нельзя. Спенсер не пользовался жаргонами, сленгами, просторечьями. Спенсер - это высочайший английский язык даже сейчас, красивейший и чистейший. А все эти просторечья, типа "не на минутку" и т.д. просто искажают Спенсера, превращают его в банального стихоплёта, тусующегося на Стихире.

Александр дал основные правила, которыми пользуются переводчики старой поэзии. Если в оригинале рифмы, а не рифмоиды, то так и надо переводить. Если у сонета определённая форма (у Спенсера своя, собственная форма сонета, отличная от петрарковской или шекспировской), то эту форму надо передать. Если в оригинале 5 стопный ямб, то так и надо переводить. Если в оригинале повторы, аллитерации, анжамбеманы, то так и надо переводить.
В переводе должен быть виден автор оригинала для русского читателя. Со всеми своими особенностями. Образы и метафоры надо сохранять авторские. "Стеклянно зол". Где это у Спенсера. И Спенсер просто не мог так сказать, потому что никто из англичан так не говорит. Нет такой метафоры в английском языке:)
Никогда не надо искажать автора оргинала. Спенсер -великий поэт. Переводчик - за редким исключением, просто ремесленник.И как ремесленник должен делать свою работу на высоком уровне качества. Иначе это будет никчемная грубая поделка, сляпанная от нечего делать.

Вы, как я понял, не воспринимаете полезные советы и считаете свой слог и свой опус замечательным. Ну что ж. Для разлечения так можно переводить. Но лучше не размещать такие переводы в рубрике "Наследники Лозинского". Она создана для тех, кто стремится делать переводы профессионально, грамотно, а не абы как.



Успеха

Если пришить чистокровному скакуну ослиные уши, то он будет выглядеть ослом. Увы. :)
Модернизм с его рифмоидами не имеет никакого отношения к европейской поэзии 13-19 веков. Возможно, он ценен сам по себе, но мешать два эти ремесла бесполезно.
Обратите внимание, что Вы противоречите сама себе. Если читателю интересен Спенсер, то он ему интересен как цельность - с его уникальным формами,
уникальной поэтикой и маньеристской метафорой. Заметили ли Вы, что каждый сонет Спенсера имеет не менее трех разных прочтений, заложенных в тексте?
Такова эстетика позднего Ренессанса, а Спенсер - непревзойденный мастер этой эстетики.

Это ещё что...
видели бы вы как я
самого Шекспира преложил...
впрочем, при желании это нетрудно сделать...
в смысле – мои переклады
посмотреть ...

:о))bg

PS
A propos,
не соблаговолите ли скинуть мне подстрочник,
а то я, знаете, не силён в языках-то,
а прелагать страсть как
хочется...

Вот, (вы)родилось, когда прочитал Ваш подстрочник :)


Мы медлим здесь, в театре мировом, –
Любовь моя сидит как зритель праздный,
Смотря, как я скрываю чувства в нем,
Играя перед ней в пиесах разных.

Подчас я нахожу, – они прекрасны,
Когда дадут в Комедии мне роль,
Но миг – и вижу: радости напрасны,
И жизнь моя – Трагедия и боль.

Она следит: правдивым быть изволь, –
Бесстрастна, будь то счастье или горе;
Смеюсь – меня высмеивает столь,
Что плачу я – она смеется вскоре.

Что тронуло б ее? ни лед, ни пламень, –
Не женщина она – бездушный камень.

Здравствуйте, уважаемая Анна.
Я со студенческих лет неравнодушен к “Amoretti”, потому с интересом прочитал сначала Ваш сонет, а потом и его бурное обсуждение. Позвольте и мне высказаться.
Есть в Вашем переводе удачные строки, но есть и недостатки, порою существенные.
Концептуально я разделяю Вашу позицию полностью или почти полностью.
Передавать или не передавать особенности строфики – зависит от произведения. В некоторых случаях это обязательно. По крайней мере, там, где строфика принципиальна. Данте нельзя переводить, пренебрегая терцинами, «Царицу фей» того же Спенсера – не воссоздавая спенсеровой строфы и т.д. Так что для сонетов Спенсера нужно сохранять изобретенную поэтом форму.
Не нравятся Вам рифмы «любовь – кровь – вновь» – так ведь Вы и не обязаны их употреблять. Можно поискать небанальные тройные и четверные рифмы. Вот прекрасный повод проявить изобретательность. Это же праздник для переводчика.
Моя позиция такова: принципы у него могут быть какие угодно. Если перевод неточен, но хорош, это идет на пользу автору оригинала.
Вы считаете, что перевод должен быть живым и что только в этом случае он привлекает читателей к автору – прекрасно.
Эксперимент, свежесть слов и образов – это замечательно, и, по-моему, нет преступления в оборотах типа «взор Моей Любви стеклянно зол». Конечно, это не в стиле Спенсера и вообще той эпохи, но экспрессивно (плюс еще звукопись). Претензия у меня в другом: стеклянный взор, означающий равнодушие, входит в противоречие со злостью – чувством довольно сильным. Впрочем, мне трудно судить: возможно, есть и такие эмоциональные оттенки.

Просторечие «ломаю комедь», конечно, стилистически неуместно, да еще подчеркивается, что «весело». (В принципе, можно это делать и не-весело, через силу, вымученно – тем более что у Вас говорится: «Как мучусь я душой на сцене дней».)
Можно спорить по поводу стилистических деталей, но существуют недостатки бесспорные – речевые, смысловые и грамматические.
То я ломаю весело комедь,
Пытаясь выжать из нее улыбку...
Выжать – из комеди? Судя по контексту, все-таки из своей Любви (Возлюбленной).
Далее:
«Пытаюсь я разжалобить веками
Не женщину, а равнодушный камень»
О неточной рифме не говорю, но почему «веками»?
Кроме того, в сочетании с глаголом творительный падеж приобретает значение средства, способа: разжалобить с помощью веков (срав.: разжалобить слезами, разжалобить сетованиями и т.п.).
Я ни в коем случае не хочу сказать, что Вы пишете плохо. Напротив, собственные Ваши стихи, по-моему, хороши, а нередко и виртуозны, но в этом тексте есть над чем работать.
Надеюсь, я не сказал Вам ничего обидного. По крайней мере, извините.
Желаю Вам удачи.