Когда остатки ассигнаций гулёна-осень раздаёт...

Дата: 14-10-2012 | 22:53:34




* * *



Где Каин-ветер, слёз сглотнуть не в силе,
шатает над песком осенний дом,
там дробь рябины - егерем по жиле -
гремит. И пахнет дымом и вином.
Пока ещё гепарды листопада
хранят по кругу обморок ветвей.
Но всё мокрей-черней зубцы ограды,
и всё желтей конверты у дверей...

Лишь ты - не осень! Юлианством хмеля
и зеленью полны твои глаза.
И столь точна их оптика в прицеле,
что взвизгивают разом тормоза,
когда, светясь над грубой синью ткани
полоской наготы, соблазном лон,
несёшь ты на предзимнее закланье -
рябиновый огонь в ладони-длани
и над челом - прохладной чёлки лён...





* * *



Когда, засыпана листвою, хандрит под окнами «девятка»,
когда остатки ассигнаций гулёна-осень раздаёт,
я время мелкими глотками прихлёбываю горько-сладко,
пока солёный пёс тревоги улыбкой не смягчит свой рот.
Пойду, сниму аккумулятор, отдам Витьку для подзарядки.
Глядишь, и ржавая телега ещё, пост скриптум, поскрипит.
И для истории болезни замечу коротко в тетрадке,
что я стихами - пьян под вечер, а прозой – спозаранку сыт.

По телевизору грызутся славянофилы, люди-братья,
клеймя друг друга, заклиная – отдать последние долги.
Джон-фермер тыкве полутонной любовные раскрыл объятья,
И под чалмой скрипят зубами чернобородые враги…
Спущусь, проверю всю проводку моей трудяги-колымаги.
Как абсолюто длинноноги в условных юбках визави!
Как разгулялась нынче осень! Какие ценные бумаги
швыряют клёны и каштаны, банкиры капищ на крови!






Романс



Всего лишь натюрморт – из луковки инжира
и книжицы стихов в тисненье золотом:
на столике кафе, посередине мира, -
чета простых вещей. Спасибо и на том!
Спасибо за узор прижмуренного солнца,
за полчаса пешком по склону сентября,
за то, что из окна гитары и червонцы
звенят и ворожат: «Сарэ, сарэ патря…»

Как будто – длится день, когда ты тоже пела
романс «Сарэ патря», и колоколец твой
вплетался в магнетизм сияющего тела…
Был ангел смугло-юн, был Амадей живой.
Лиловой смоквы плод подброшу на ладони,
а книжку дочитать не каждому дано.
По воздуху плывёт, в осеннем камертоне,
кленовый самогон, правдивое вино…

Шикарная образность, такие цвета, краски, звуки!

Геннадий

Щедрый урожай изысканности, Сергей!

Классные стихи. Особенное впечатление от казалось бы несочетаемого: "луковка инжира". А вот выражение "егерем по жиле", если не затруднит, то поясните.

Вот она - осень-волшебница. Прокралась в стихи, наполнила их до краёв светом и любовью. Сергей, спасибо, спасибо, спасибо... И романс замечательный, поётся.

Нина Гаврилина

люблю Вашу щедрость, с которой Вы разворачиваете прекрасный, прекрасный мир...

Вот сколько комментариев,
да, никого не пощадила эта осень...

Ничего не могу поделать, пою, вот первое и последнее... Ну, конечно, романс, городской романс. Да и все стихи Ваши, Сергей, такая яркая иллюстрация того, как о несовершенстве мира можно сказать совершенным языком поэзии. Только язык примиряет нас с миром, дает увидеть связь вещей и явлений, а значит - учит смирению, помогаеть принимать все с только одной златоустовской формулой жизни: "Слава Богу за всё!"

Сергей, по-моему все три стиха
романсы отменные...

:о)bg

PS
A propos, я этакого не напишу
но, право, спел бы...


PPS
надо будет выучиться звуку...
я бы тебя потешил.

:о)bg

В 2007 году я (в соавторстве с Л.Колодяжной) исполнил:

Так легко погубить тишиной
голос осени, вещий и влажный.
Разве меньше ты любишь с женой
развлекаться, чем с девкой продажной?

Этой осенью нет важных тем
кроме курса газпромовских акций.
Что растут, как тревога – затем,
чтобы ворохом стать ассигнаций.

Нож надежней, он – скромен и мудр,
нож не знает унынья, преграды...
Нож-молитва, проклятие кур,
нож-игрушка, нож-папаненадо. Т.д.

Прошу прощения, Сергей, что мой голос выбьется из похвального хора. Второе и третье стихотворения определенно хороши, а вот с первым, определенно, что-то не так:)
Кого убил ветер, прозванный Вами Каином? Брата своего Дождя? То, что он "безостановочен" еще не повод связывать его с библейским персонажем, ассоциируемым прежде всего с кровью...

"Пока ещё гепарды листопада
хранят по кругу обморок ветвей. "
Поклянитесь мне, что Вы сами видите этот образ, что он читаемый, что литературное "косоглазие" случилось в данном случае только у меня. Я поверю:)

"и зеленью полны твои глаза.
И столь точна их оптика в прицеле,"
Девица-снайпер точно рябину на заклание несет? Или по поэту стрелять намерена?

Обидно, что некоторые украшательства делают текст менее естественным именно в те моменты, где ожидается энергетический подъем, так сказать...

Уважаемый Сергей,
цикл - замечательный. Но я о другом. О Блоке.
Во ФТИНТе работает профессор Фёдор Рофе-Бекетов,
потомок архитектора. Возможно, в семье бытует легенда?
В.П.

Мой критический голос тоже выбьется из хвалебного хора, совершенно, на мой взгляд, незаслуженно выпевающему дифирамбы этому циклу.

Здесь я вижу не оригинальную образную систему автора, а его отчаянное желание сказать красиво.

Что такое, к примеру, Каин-ветер? Просто ветер автора не устроил, но в строке в связи с избранным размером имелась двусложная пустота. Чем же ее заполнить? Так и возник Каин. Почему именно он? Кого предал этот ветер? Брата Авеля? А брат Авель здесь кто? Другой ветер? Один ветер предал другого? А может, ветер-Каин предал всех людей, продувая их насквозь? Едва ли, ибо ветер дует не по злой воле, а по своей природе.

Почему Каин-ветер слез сглотнуть не в силе? Ветер плачет? Если бы это был просто ветер, можно было бы предположить, что идет дождь, но и тогда непонятно, почему ветер не в силах сглотнуть слезы и почему вообще он должен их глотать? Ему жалко людей, мокнущих под дождем? Но раз ветер здесь Каин, то, выходит, он плачет, убивая брата Авеля?

Отчего дробь рябины гремит егерем по жиле? И как это — греметь по жиле да к тому же греметь егерем? Абсолютно непонятно. По какой или по чьей жиле гремит дробь? Дробью вообще-то убивают, а егерь охотится на животных и не всегда при этом целит в жилу, а стреляет куда придется, если не говорить о тех легендарных охотниках, попадающих с немыслимого расстояния белке в глаз, да и то не дробью. Образ не выверен, не точен, вставлен в стишок только ради красного словца.

Кто такие гепарды листопада и для чего они помещены в строку? Гепард — животное быстро бегающее, поэтому логично предположить, что таким образом автор пытается поведать о вздымаемой ветром листве. Однако опять попадает впросак, потому что теперь приходится думать, что ветер, побывший какое-то время Каином, теперь становится стаей гепардов. При этом они почему-то не бегут, а хранят по кругу обморок ветвей. А как это понять? Гепарды отдыхают перед забегом? И как они могут хранить что-либо, кроме мяса недоеденной ими антилопы, да и то они не хранят его, а просто оставляют на потом, наевшись до отвала. И вообще — сбиваются ли гепарды в стаи? Или в стихотворении имеет место быть семейная пара гепардов?

Что такое обморок ветвей? Ветви упали в обморок? То есть попадали с деревьев? А если их трясет ветром, то они всякий раз при порыве ветра падают в обморок и тут же выходят из него — и это означает качание ветвей от резких порывов ветра? И здесь я не нахожу ничего иного, кроме страстного желания автора сказать красиво. А на деле выходит — вычурно и нежизнеспособно.

Что такое юлианство хмеля, да еще и отраженное в глазах? Непонятно. Хмель, растущий на полях, придерживается каких-то религиозных доктрин? Что такое оптика в прицеле — имеется в виду женских глаз. Вообще возможно ли существование такого словосочетание, как оптика в прицеле? На это могут дать ответ только профессиональные стрелки. И возможно ли выражение оптика глаз? А здесь надо обращаться за разъяснением к окулисту.

Точна оптика (их — глаз) в прицеле — что это такое? В прицеле чего точна оптика глаз? Глаза как снайперские винтовки? Дама, обладающая такой чисто снайперской оптикой глаз целит по машинам, раз уж взвизгивают разом тормоза? То есть все водители, едущие по городским дорогам, при виде этих глаз разом жмут на тормоза? Только и дела водителям глазеть по сторонам на дамочек с глазами — снайперскими винтовками!

И последнее замечание по этому произведению: лоно — не имеет множественного числа.

В двух других стихотворениях цикла тоже имеются вычурные образы (солёный пёс тревоги, имеющий рот, а не пасть, что было бы логичней, и др.). Цветаева в одной из статей рассказывает о своем четверостишии, безжалостно изгнанной ею из стихотворения только на том основании, что делии там веяли, но «делии не пахнут, потому и не веют». И это для нас образец того, как следует выверять каждое слово, а не ставить в строку едва ли не первые попавшиеся.

Я уже отмечал однажды, что автор сплошь и рядом употребляет разъяснительные словосочетания, сконструированные с помощью дефиса. Каин-ветер, мокрей-черней, ладони-длани (масло масляное), гулена-осень, горько-сладко, трудяги-колымаги, смугло-юн. Сам по себе этот «троп» не хуже прочих, если бы давно уже не превратился у автора в систему, работающую на затыкание словесных прогалов в строках. Словно автору лень заниматься «добычей радия» и он загружает в свои строки не самые лучшие образцы «словесной руды».

Уважаемый Сергей! Я уже откликнулся на Ваше стихотворение и высоко оценил его, как и все Ваше замечательное творчество в целом. Простая справедливость просто вынуждает меня подтвердить эти высокие оценки. Таю надежду, что мое мнение Вам не безразлично.
И если это так, Вы поймете, что мне больно видеть Вас в таком состоянии. Послушайте моего совета — надо этими наездами пренебречь. Именно потому, что Вы должны знать себе цену.
Немного выше мы говорили с Вами о Блоке и Буренине. Можно вспомнить и Писарева с его плебейской критикой.
Но зачем Вам нервничать и злобиться, хотя Ваша обида мне понятна.
Поверьте, что разбирающиеся в поэзии понимают, кто есть кто.
И еще почему я все же решил обратиться к Вам без приглашения. Вспомнилось, как у нас порой кончаются такие наезды. В смысле: кто-то покидает ресурс, а кто-то потирает ручки.
PS. При этом я приветствую даже суровую критику, невзирая на лица.
Но себя профаном в русской словесности не считаю (говорю о себе, разумеется, как о читателе стихов с огромным стажем).
Ваш Юрий

Сергею Шелковому

* * *

Над простором, бескрайне-отчаянным,
Над осеннею стынью осин
Ветер свищет разбойником-Каином,
Выбираясь, кряхтя, из трясин.

Что же мы не подумали ранее
О поре, что не помнит родства?..
Листопады своё отбуянили,
И своё откружила листва.

Дождь ведёт неустанное ткачество,
Сыплет нитями над пустырём...
Наши беды - осеннего качества,
Но они не уйдут с ноябрём.

31.10.2012

Щедро, образно и ясно
И понятно в этот миг,
Что Поэзия - прекрасна
и Её прекрасен лик!

Спасибо, Серёжа!

Здравствуйте, Сергей! Я хотела ограничиться молчаливой "десяткой", но, дочитав, не могу. И дольше века длятся день и свет в Ваших стихах. Спасибо Вам огромное, я ещё вернусь перечитывать.