Райнер Мария Рильке. Пантера (Рекомендованное)

Ее глаза, устав впиваться в прутья,

давно пусты. Ей мнится: все мертво

за тысячами прутьев и, не будь их,

вокруг и не было бы ничего.

 

Переступая мягко и упруго,

кружась, как в танце, в ворожбе глубин,

льнет Сила к центру замкнутого круга,

где вязнет Воля, грозный исполин.

 

Лишь иногда, когда зрачок раздвинет

свой занавес и впустит мир опять,

в ней напряженно тишина застынет,

чтоб в сердце снова пеплом стать.

 

Der Panther
Im Jardin des Plantes, Paris

Sein Blick ist vom Vorübergehn der Stäbe
so müd geworden, dass er nichts mehr hält.
Ihm ist, als ob es tausend Stäbe gäbe
und hinter tausend Stäben keine Welt.

Der weiche Gang geschmeidig starker Schritte,
der sich im allerkleinsten Kreise dreht,
ist wie ein Tanz von Kraft um eine Mitte,
in der betäubt ein großer Wille steht.

Nur manchmal schiebt der Vorhang der Pupille
sich lautlos auf -. Dann geht ein Bild hinein,
geht durch der Glieder angespannte Stille –
und hört im Herzen auf zu sein.

Aus: Neue Gedichte (1907)




Игорь Белавин Песни, поэтический перевод, 2023

Сертификат Поэзия.ру: серия 3879 № 174495 от 17.04.2023

Рекомендованное | 1 | 6 | 577 | 17.07.2024. 20:35:29

Произведение оценили (+): ["Ирина Бараль"]

Произведение оценили (-): []


 Добрый вечер, Игорь!

 

Ваш перевод рильковской «Пантеры» с его лица «необщим выраженьем»   не спутаешь ни с каким другим переводом среди сотни с лишним «Пантер» на русском языке. И «спокойная простота» повествования (скажем, «не будь их (прутьев,- В.М.) / вокруг и не было бы ничего»)  только кажется простой. Единственное, что «цепляет», так это первая строка («...глаза, навек увязнув в прутьях»).  У Бурича это («В дебрях славянской вязи прочно глаза увязли») воспринимается органично, потому что автор «ищет иных аллегорий». А  для Рильке в этом стихотворении (после роденовских уроков) такой оборот смотрится, на мой взгляд, несколько чужеродным.

 

Спасибо!

Вячеслав

Спасибо, Вячеслав!
обязательно приму к сведению Ваше замечание
относительно первой строки
другое дело, удастся ли что-то поправить
мне нужна рифма "в прутьях" и тут вариантов немного. Но подумать стоит!

доброго дня, Игорь,
с Вашего позволения выскажу пару мыслей:
Пантера -- первое стихотворение из "Новых", которые относят к жанру стихи-вещи, где каждое слово, каждый эпитет работает на образ, и нет ничего лишнего.
"глаза... пусты" -- хорошо передает "усталость", но "вязнут" или "витают" (витающие глаза?).. витать имеет коннотации мечтательности, что здесь лишнее.
"в ворожбе глубин" -- слишком витиевато, кмк. у Витковского "воля заворожена" -- вполне реалистичный эпитет.
"к центру замкнутого круга" -- прекрасно.  но "грозный исполин" как определение для воли -- тоже не слишком удачно для пантеры, имхо.
но основной мой вопрос к третьей строфе: исчезает ключевой образ "Образ" (извините за тавтологию), у Вас "впустит мир" и "тишина застынет" (и у Витковского, кстати "тишина пронзает").
"в ней напряженно тишина застынет" -- в ней -- в пантере? (ее глаза остались далеко в первой строфе, поэтому непонятно: кто она? м.б. Сила, м.б. Воля? но это мелочь).
пантера видит некий Образ, видение, которых проходит "через напряженное затишье ее лап". жаль этого образа.
успехов!

Рад, что читаете, Алена!

Я обычно легко и благодарно принимаю замечания и люблю всякие текстовые подсказки. Столько наработался с разными редакторами, что научился отличать зерна от плевел. Часто автор не видит свой текст чужими глазами, и тут вмешательство и помощь редактора просто неоценимы. Но с «Пантерой» дело намного заковыристее. У меня за примерно 35 лет обработки этого стихотворения накопилось до 5 разных прекрасных вариантов, кое-какие глупости молодости даже опубликованы. Жил такой Р. Чайковский, собиратель переводов и доктор наук. У него в институтских сборниках набрано только опубликованных профессионалами «Пантер» более 30 вариантов, а по Интернету гуляет еще штук 70 и даже больше. Но обратите внимание, что реальных успехов нет или, как мне сдается, крайне мало. Вяч. Маринин первым обратил мое внимание на усложненность первой строки, чего даже А. Карельский мне в упрек не ставил. В том то и штука, что Рильке ставит простые слова в простую схему, а при попытке перевести слова на русский ломается вся схема целиком. Даже у Богатырева, даже у Летучего, которых, как мне точно известно, трудно обвинить в неуважении к авторскому тексту. Я за последние 2-3 дня накопал штук 50 вариантов первой-второй строк и расставил их в тексте (я так обычно делаю в трудных случаях, затем надо поспать и тогда уж вернуться к взвешенной оценке). Ни один не подошел точно! Пожалуй, только «ее глаза, весь день витая в прутьях», и то с оговорками, как вы правильно заметили. Сейчас вот думаю, вернуться к «навек увязнув» или рискнуть на витание в облаках (то бишь в прутьях). Что касается второй и третьей строфы, то это, увы, окончательные варианты, которые пришли мне на ум после бесчисленных и долгих поисков. Может, кому-то удастся новый перевод, лучше, чем у меня и даже у таких мэтров, как Витковский и Микушевич. Весьма благодарен вам за внимательное чтение и добрый совет. Всех благ!

Больше сотни, наверное. есть переводов Пантеры Рильке, как больше сотни переводов сонетов Шекспира. И что за удовольствие  переводить в стодвадцатый раз. И смотришь на эти переводы, и думаешь, что это просто вариации, образы поэта переделаны, не те тропы, много отсебятин. И потом предлагается кому-то перевести лучше Витковского или Микушевича. Лучше, с точки зрения поэзии, вряд ли  получится. Ибо их коснулась рука Бога. Это не многочисленные переводчики из Сети, это Мастера. 

Мне, честно говоря, не вполне понятен посыл вашего комментария. Если Вы имеете в виду меня лично, то я был близко знаком с Витковским и Летучим, в некоторой степени знаком даже с Микушевичем. Их переводы "Пантеры" замечательные, но они сделаны примерно в то же время, что и мой вариант. Мой вариант впервые возник примерно в 78-м, когда я, что естественно, мог знать лишь перевод К. Богатырева, ну и тогдашние варианты старших мастеров. Правда, я многажды потом свою "Пантеру" переделывал, но это в деталях, а концепция именно конца семидесятых.
Я вообще сторонник множественных интерпретаций, если речь идет о таких величинах, как Бодлер или Рильке. На каждый шедевр Рильке, возможно, существует 5-6 конгениальных вариаций. И все, как я считаю, надо публиковать в академических изданиях. Тем более, что время от времени появляются переводчики, например, Б. Марковский, которые переводят порой лучше, чем предшественники. Те же и Витковский, и Микушевич, и Сильман имеют и удачи, и неудачи. Себя и свои переводы, если речь не о деталях или интерпретациях, я обычно не обсуждаю. Зачем? Надо опубликовать сперва книгу "моего"Рильке, что я обязательно сделаю в относительно ближайшее время. 
 Вряд ли можно остановить поток желающих делать переводы. Ясно, что желающих перевести Рильке или Оскара Уальда больше, чем претендентов на имена, которые никто  и знать не знает. А времена, когда поэты-переводчики были на вес золота, давно прошли. Увы, но такова реальность, Александр. Рад, что Вы зашли на страницу моего перевода. Успехов и Вам в переводах!
Ваш И.Б.
 

Добавлю, что любой литературный труд - это езда в незнаемое. Ни по одному автору, самого простого пошиба, никогда не знаешь, что получится в результате. Поэтому я перевожу поэзию теперь крайне редко, может, даже по вдохновению, что в переводческом деле опасно. Но ведь и стихи дело опасное. Кто знает, чем все может обернуться? Удачи Вам, Александр.