Уильям Вордсворт. Сонет 67.

Монашке в тесной келье мил покой,

Отшельник рад норе своей убогой,

Студент доволен цитаделью строгой,

Углом - служанка, мастер - мастерской;

Пчела весною лезет день-деньской

На Форнер-Фельс воздушною дорогой,

Чтоб в колокольчик прогудеть тревогой;

Признаться, нам тюрьмой в тюрьме мирской, -

Мы сами... Мной любим не оттого ли

Над пахотным клочком сонетный труд -

И долгих мук, и радостных минут, -

Что души ( в мире нет подобных, что ли ),

Которые гнетёт излишек воли,

В нём утешенье краткое найдут.



Nuns fret not at their convent's narrow room; 

And hermits are contented with their cells; 

And students with their pensive citadels;

 Maids at the wheel, the weaver at his loom,

 Sit blithe and happy; bees that soar for bloom,

 High as the highest Peak of Furness-fells,

 Will murmur by the hour in foxglove bells;

 In truth the prison, unto which we doom

Ourselves, no prison is; and hence for me, 

In sundry moods, 'twas pastime to be bound 

Within the Sonnet's scanty plot of ground: 

Pleased if some Souls (for such there needs must be) 

Who have felt the weight of too much liberty, 

Should find brief solace there, as I have found.

Владислав,


Пчела весною лезет день-деньской

На Форнер-Фельс воздушною дорогой,

Чтоб в колокольчик прогудеть тревогой;


Смысл верен, но всё таки пчела не лезет, а летит, поднимается ввысь (soar) потому лучше будет так


Пчела летит весною день-деньской

На Фёрнесс-Фельс воздушною дорогой,


пчела не просто в колокольчик гудит, здесь foxglove bells - колокольчики наперстянки, т. е. бутончики наперстянки. Потому важен не колокольчик, а цветок. Ибо непонятно, о каком колокольчике речь (о медном?). А цветок наперстянки (посмотрите в сети) состоит из небольших бутончиков в форме колокольчика. Надо грамотно расставить акценты.


Признаться, нам тюрьмой в тюрьме мирской, -

Мы сами.


не совсем правильное выражение . Получаетмя так


Мы сами являемся нам тюрьмой в тюрьме мирской, -


несколько сложно. У Вордсворта проще всё.


In truth the prison, unto which we doom

Ourselves, no prison is;


  По правде говоря, тюрьма, не которую мы обрекаем себя, не есть (настояшая) тюрьма;


Что души ( в мире нет подобных что ли ),

Которые гнетёт излишек воли,

В нём утешенье краткое найдут.


здесь надо  Которых гнетёт излишек воли,  или которые подвергаются гнёту. 

Я, конечно, дико извиняюсь, но ничего здесь не надо. Это факультативный оборот, если и встречающийся, то крайне редко, по-видимому, в старых текстах. Не всё живое является грамматически одушевленным и наоборот. Мы не говорим: Я встречал юных прекрасных душ, которые жаждали знаний, но говорим: Я встречал юные прекрасные души, которые жаждали знаний. 

А вот перед "что ли" надо поставить запятую - это в самом деле надо.

Мне не надо  постировать Ваши дикие извинения:)  Я сделал замечание не Вам. А Владислав пусть сам решает. 


Ваш пример не подходит. Есть страдательный оборот, а есть действительный. Души, которые жаждали знаний - это действительный оборот. Души сами действуют. А души, которых гнётёт излишек воли - страдательный. Над душами производится действиеПотому и разница. Вы же доктор филологии, должны знать.

Вот именно.

Не потрудитесь ли развить свою мысль, а то я не понимаю слишком лаконичного оборота "Потому и разница". Каким образом категория залога влияет на категорию одушевленности существительных?

А Владислав пусть выбирает то, что правильно.

Разница в этом и есть,


Люди, которыЕ учат  -  люди осуществляют действие


Люди, которыХ учат  - над людьми осуществляется действие



Да, в самом деле?

Хорошо, разъясняю как можно доходчивее.

Владислав пишет: Души, которые гнетет излишек воли, - т.е. души - существительное неодушевленное (дико извиняюсь за тавтологию), должно отвечать на вопрос "что?"

Вы категорически заявляете, что "надо" говорить: Души, которых гнетет излишек воли, т.е. души - существительное одушевленное, должно отвечать на вопрос "кто?".

Но оставим в стороне местоимение и подставим вместо него существительное, а придаточное предложение сделаем самостоятельным.

После этого преобразования получается, что у Владислава:

Излишек воли гнетет (что?) души - неодушевленное

а Вы требуете, чтобы он заменил на:

Излишек воли гнетет (кого?) душ - одушевленное.

потому что так "надо"

Я говорю о том, что это существительное является неодушевленным, иллюстрируя это примером:
Я встречал прекрасные юные души...,
а не
Я встречал прекрасных юных душ...
моем примере следующее за этим придаточное роли не играет, оно ни при чем, потому что там  которые = души является подлежащим, а не дополнением).
Теперь отвечаю на поставленный мною вопрос: категория залога никак не влияет на категорию одушевленности/неодушевленности. Последняя только проявляется в составе конструкции страдательного залога, и в данном случае проявляется неодушевленность.

Доброе утро, Александр Владимирович.

Потрясающе красив и строен наш великий и могучий.

В Вашем образцовом изложении.

Это я абсолютно серьёзно.

Я был когда-то начитанным пацаном с хорошей памятью.

Поэтому наштампован теперь, и пользуюсь тем ,что стихийно воспроизводится. И только.

И ссылаюсь на великих, и тырю всё, что нравится.

И говорю - это просто поэтический текст.

Я так сюда заходил - со спора с Никитой Николаевичем.

Про "ОНЕ" мужского рода.

Я неделю соображал - откуда сдёрнул.

Мальчик Лермонтов - "Кавказский пленник"... Поэтический эндемик.

Отличная компания.

Посмеялись - подурачились. Жестоко всё проходит.

Всё-всё-всё... Всё.

Спасибо Вам - за Ваши знания и терпение, и упорство..

Завидую Вашим студеамусам.

Благодарно, В.К.


Спасибо, Владислав, я польщен.

Доброе утро, Александр Викторович.

Посмотрю - как быть с непонятками.

С пчелой там всё плотно. По сути так...

Сонет почти не читаемый теперь. Но абсолютно современный.

Уильямовски вечный.

Была попытка примирения человек с природой бытия.

Цепочка монахинь-отшельников-студентов... (на служанках затрещала)... на ремесленниках оборвалась. Автор сообразил - портят жизнь, ещё как портят. 

И лучшего примера, чем пчела (пусть в наперстянке) -не нашёл.

По сути - образ Пчеловека, смыслом жизни которого - высокая звонница. Отсюда - лезет. Можно убрать название пика и втиснуть наперстянку. Акцент изменится. Соображу.

Тюрьму я прорисовал. Это не сложно, но досказано.

Можно - ... Которых тяготит излишек воли... но всё-таки не то же.

Соображу.

Неизменно благодарно, В.К.

Кстати, Владислав, я ведь 33 года назад пытался переводить сонеты Вордсворта. Вот, набравшись наглости, решась показать свой старый вариант того же сонета. Не шедевр, конечно, и нуждается в хорошей переделке, но что-то, возможно, в нем есть.
Монашка в келье счастлива укромной.
Пещерный грот избрал анахорет.
К станку прикован ткач. Школяр, поэт
Благословляют уголок свой скромный.
В цветке замкнуться, бросив мир огромный,
На Фернс тяжелый шмель летит чуть свет.
В темнице, коль иного крова нет,
Себя как дома чувствует бездомный.
Так и сонет не тесен мне совсем.
Его — мгновенье, вспышку — больше чту я,
Чем тяжкое величие поэм.
В катрены обрамлю полет, мечту я.
Ирония судьбы — поддержка он
Тем, кто избытком воли угнетен.

Добрый вечер, Александр Владимирович.
Извиняюсь за задержку с ответом.
Очень даже свободно изложено.
И поэт - поближе к анахорету, и шмель тяжёлый...
Маленькие пространства - большие возможности.
Великий слоган советской коммуналки.
Можно не переделывать.
Благодарно, В.К.
Интересный автор. 



Спасибо, Владислав.
Это всего лишь старая попытка перевода, безо всяких претензий.
Очень точно: малое пространство - большие возможности.