Вплетаясь в бесконечный смыслоряд…

Дата: 18-06-2012 | 15:42:08

1. Храм под Воронежем



Иверской Матери Божьей
церковь стоит над прудом.
Кем я, проезжий, прохожий,
по бездорожью ведом?
Путники не доезжают,
не добредают сюда,
но голубень отражают
серые воды пруда.

Но над крутым косогором, -
по-над страной ширины, -
к полновоздушным просторам
маковки вознесены.
Словно бы в хвори-заботе
травы находит зверьё,
так я в поспешном пролёте
с трассы увидел её –

церковь вдали.. И «восьмёрку»
поворотил по буграм,
и отыскал на пригорке
белый, средь зелени, храм.
К тёплым суглинкам уклонов
лепится троица ив.
Тих, словно инок Платонов,
светится белый налив.

И над пустым котлованом –
ныне лишь хлопоты кур,
там, где за бурым бурьяном
рай багрянел - Чевенгур...
Сонно июльское лоно.
От буерака взойду
к церкви лебяжьей, исконно
моющей крылья в пруду.

И у сосновых дверей я
в Иверские образа
гляну – и встречу Андрея
скорбно-земные глаза.
Тихо. Лишь вечный ребёнок –
кроткого гения бронь…
Бродят, поодаль иконок,
рыжий, с репьями, телёнок,
серый, в антоновках, конь.



2.


Того ж, кто боли боль, исполнясь песни песней,
доверясь книге книг, в слога запеленал,
того в убитый лоб я целовал: "Воскресни!
Зане велик твой вдох, а выдох мира мал..."
Того, кто травостой всерусского погоста,
весь клевер и осот, сметал в один омёт,
того спросил бы я, до основанья просто:
"Когда-то же придёт? Неужто не придёт?"

В сих топях на крови, в беспутице бескрайней,
коль и не сгинет град, не опустясь на дно, -
лишь оттого, что в нём был смертник, равный тайне,
кому весь котлован собой закрыть дано...
Я знаю, что Господь не ради гиблых стонов,
не ради казней всех простит срамную Русь,
но ради трёх святых... Из них Андрей Платонов -
суть первый.
Вслед за ним - считать я не берусь.




3.


Аз ведал будни. Но, похоже, звуки
рождались не из вязкости труда
и даже не из ловкости науки –
из вечного тревожного: «Когда?..»
Из догмы смерти, - вопреки всем связкам
кривых времён, прямых координат, -
Дух прорастал. И звук был рад подсказкам,
вплетаясь в бесконечный смыслоряд…

Когда б я к Иисусу Назарею
апостольские души мог созвать,
в которых дорогая мне идея
пульсирует, живя их суть и стать,
я Джотто бы позвал. И Питер Бройгель
на тайную бы вечерю пришёл,
назвавшись так, как отчей птицей-фогель
во Фландрии он вписан в протокол.

И Моцарт вместе с пахарем Винцентом
внесли б одну охапку на двоих
подсолнухов. И Осип, - сто процентов! –
пропел бы вслух щегла и неба стих.
И бездной глаз, беззвучием иконным
о жизни бы мне молча всё сказал
до донышка родной Андрей Платонов -
о коде первородном и исконном:
«Аз ведал ад… Но Бог – не умирал!»

Церква святої Ірини
криком кричить із імли,
мабуть, тобі вже, мій сину,
зашпори в душу зайшли.

...

Сергей, извините, но вынужден сказать пару слов. Андрей Платонов никак не может быть суть первый, поскольку "суть" употребляется только со множественным числом. Аз есмь, ты еси, он (она, оно) есть, мы есмы, вы есте, они суть. А. П. Чехов: "И дальние родственники суть наши ближние".

Ну и заодно. Уже не в первом Вашем стихотворении вижу "сложносочиненные" определения. "скорбно-земные", "упорно-твердый" и пр. Это оставляет впечатление неряшливости слога, что ли, и некоторой вычурности. Как если бы автор, не найдя нужного слова, вставляет в строку первое попавшееся. Ладно, один раз, другой, но у Вас этот "прием" повторяется из одного стихотворения в другое.

Стихи неплохие, хотя мне совсем не близок любимый мною Платонов в образе инока. Как сказал Бродский, сравнивая Набокова с Платоновым, первый - канатоходец, второй - покоритель Эвереста. Какое уж тут иночество.

С уважением,
Юрий.

В ответ на реплику Юрия скажу, пренебрегая всеми правилами:
крупно-полно-масштабные стихи. :))) Преклоняюсь перед литературным талантом Платонова, перед трагизмом его судьбы. И особо уважаю за подлинный эпизод из его жизни, потом воспетый Межировым.
Как-то раз собрались преуспевающие русские писатели за роскошным столом и пригласили нищего, голодного дворника выпить и закусить. Платонову очень было хорошо, но когда один из этих бабаевских-бубенновых сказал примерно так: "Славно, что за этим столом нет ни одного еврея!", Платонов, не успевший ни к чему прикоснуться, встал и МЕДЛЕННО пошел к выходу и уже в дверях тихо сказал:"Извините, я еврей". Может, и есть Царствие Небесное для таких праведников.

ВсЁ! После этого более не стану ждать! Открыл в себе Ваш фан-клуб, Сергей :)))