Читая Кабанова. Фантазии.

Дата: 15-02-2007 | 21:46:59


Между сердцем и задним (простите) лица
непростым выраженьем – такая собака зарыта!
Ни мяукнуть коту, ни состричь наготу до конца.
Ты взгляни, старина, это Пушкин засунул в корыто –
та же трещина, мгла, на колени упавший пацан.

Единичность тебя, как серебряных ложек сближенье,
шевеленье травы и на цыпочки вставший сосок.
Будь не узнан в толпе, будь ты трижды мошенник,
напугавший страну голой ж... оседлав муравейник,
не ступи в переваренный мяса кусок...

2

Кто и сам из многих многоточий,
тот поймет в подстрочнике тебя.
За туманом острый ножик точит
вся твоя недальняя родня.

Что кузнечик? – нож торчит из жопы,
в ссадинах коленки – скрип, да скрип.
Так поэт накапливает опыт,
заполняет жизни манускрипт.

Сколько горя в жизни насекомой!
Кризис вдохновенья и идей.
Всё не так, как у твоих знакомых,
всё не как нормальных у людей.

Вон сосед – с усами таракана,
вот жена его – особо едкий вид.
А поэт – последний могиканин,
заживо отпетый агапит.

Омут одиночества всё глубже,
всё черней провал чертовских глаз.
Хорошо быть мальчиком, но мужем
очень тяжело на этот раз.

Сом сомненья ляжет под корягу,
ляжет под корягу, и – запьёт.
Что ж, перо, переводи бумагу,
мыло, полотенца, жолтый йод...

3

Когда ты вернёшься, всё будет иначе.
Не будет ни мака, ни конопли.
А низкое небо и холод собачий,
и будничный будда отломленный спрячет
фарфоровый пальчик с остатком сопли.

Ничто не любимо – чужбина, что койка
пустая в больничном покое. Займи
вакантное место. Шитьё и закройка,
лекала, знакомые с детства настолько,
что родина пахнет зверьём и костьми.

Твой век-волкодав, переросток-болонка,
которую ты воспитал, приручил –
то выпустит газ, то устами ребенка
расскажет, что счастье – простая заслонка
от нестерпимого жара в печи.

Русь! Ты – горящая бензоколонка,
печень разъяв, не молчи, не молчи...




Теперь все стихи снабжаю голосовыми версиями в мр3

Саша, а что, хорошие реминисценции! Кабанов видится и ощущается без посторонней помощи, но и Ивашнев тут как тут, и вопиет:

Русь! Ты – горящая бензоколонка,
печень разъяв, не молчи, не молчи...


Эти стихи всё-таки скорее посвящение Александру Кабанову ибо

Кто и сам из многих многоточий,
тот поймет в подстрочнике тебя


Я сразу вспомнил фильм про принца Флоризеля: когда он принёс портрет сделанный художником с неординарным мышлением, то все сразу узнали "Клетчатого"
:))

С ув.
Л.М.

Сильные стихи. Многое врезается: и многоточия-подстрочник, и Русь-бензоколонка и:

Так поэт накапливает опыт,
заполняет жизни манускрипт.


(хороша и довольно неожиданна рифма к слову опыт).

СБУ-ДС

Это как от "вашего стола к нашему" и наоборот, еще это как слово Саши Ивашнева по слову Саши Кабанова, но сначала - наоборот, это как стоишь у истока комнаты в комнату как бы вставленную, но не "эффект матрешки" а эффект разворачивающейся анфилады комнат - как в Зимнем дворце... Как ретроспектива задумавшегося историка - от горящей бензоколонки до горящих огнем сообщителей о смерти мужа - разъяренной княгине ...- а ты не просто читатель,ты свидетель, как поэт словом по слову другого поэта - скальпелем -нет, иной инструмент, пусть будет - "свизер" (ну, это такая штука у связиста - ее еще нет как бы в природе, но уж если подразумевается,- обязательно сделают) для эксперимента связывания в момент анализа, когда - развязывание процесса уже идет... "на входе - концентрация -разъятие-сжатие-разъятие - на выходе создание иного". У Александра Ивашнева от стихотворения к стихотворению нахожу умение (и инструментарий!) вести результативный метаразговор... У Александра Кабанава это не так ммм.... органично и результативно. (потому что диалогичен внутри текста, а Ивашнев "внутри себя"- и текст от этого с иной оптикой...).
Сумела ли внятно сказать?

Чувствуя во всем переизбыток
пустоты и хамского житья -
этот мир, распущенный до ниток
требует не кройки, а шитья.
(Кабанов, 2010)