Апология истории евреев

Дата: 21-11-2006 | 12:51:44





Леонид Портер


АПОЛОГИЯ
ИСТОРИИ ЕВРЕЕВ
В ДВУХ ВЕНКАХ СОНЕТОВ
И
ПОЭТИЧЕСКОМ КОНСПЕКТЕ



“Еврейская история слишком увлекательна, слишком
интересна, слишком необыкновенна, чтобы
оставаться достоянием одних евреев и ученых”
М. Даймонт “Евреи, Бог и История”



ЕВРЕИ, БОГ И ИСТОРИЯ
ВЕНОК СОНЕТОВ

МАГИСТРАЛ



Шесть раз в Истории потомкам Авраама
грозил погибелью судьбы суровый ход.
Евреям имя дал Евфрата переход,
когда они пришли на земли Ханаана.

Трагично с той поры разыгрывалась драма.
Возлюблен Яхве был кочующий народ –
и он переходил поток страданий вброд,
изведав плен, погром, и боль, и горечь срама.

Четыре века лишь – свобода в полный рост,
шестнадцать тягостных – разгром, изгнанье, печи
(шесть миллионов сжег в Европе Холокост).

Еще пророчат смерть антисемитов речи,
но возведен уже в Сион обратный мост,
победно в Йом Кипур горят в менорах свечи!

I

Шесть раз в Истории потомкам Авраама
враги в Небытие выстраивали мост,
но не дано стереть проведенных борозд
евреями в умах иных детей Адама.

Элохим изложил для избранных программу:
по жизни будет путь нелегок и непрост,
тела во множестве отправят на погост,
но счастье обретут на землях Ханаана.

На пастбища напал и мор, и недород –
Иосиф племена на Нил увел в поход,
в четыре сотни лет Египетского плена.

Возглавил Моисей через пески Исход.
Там на горе Синай был договор обмена –
погибелью грозил судьбы суровый ход.

II

Грозил погибелью судьбы суровый ход,
от солнца язвами уже вскипали плечи,
но Заповеди дал Господь во время встречи
и умер каждый раб, не ведавший свобод.

Богобоязненный израилевый род,
с хананеянами сразясь в кровавой сече,
потом Судей себе избрал народным вече
и землепашцем стал кочевник - скотовод.

Чтоб избежать в стране безумия бедлама
и чтоб Колена все не повело вразброд,
к владычеству Царей пошла дорога прямо.

Границ Эрец-Израиля расширился обвод
и Соломон возвел высоко зданье Храма.
Евреям имя дал Евфрата переход.

III

Евреям имя дал Евфрата переход.
В Израиле никто Завету не перечил.
Но умер Соломон – в борьбе противоречий
несчастья им принес с оружием развод.

Гражданская война – печальный эпизод!
Обоих государств столетний длился вечер.
Отпором яростным войскам других наречий
двенадцати Колен прославился народ.

Покуда Израиль грозил окрестным странам,
Ассирии полки, как вирусы из штамма,
созрели медленно и встали в полный рост.

К финалу подошла двух царств еврейских драма,
враги за десять лет снесли с Земли форпост,
когда они пришли на земли Ханаана.

IV

Когда они пришли на земли Ханаана,
был изгнан из страны Израиля народ,
и Иудею Вавилон развеял в свой черед,
диаспоры тогда возникла панорама.

Войну вели евреи долго и упрямо,
и голод их сломил лишь на четвертый год.
Был Храм разрушен во второй приход,
а в третий – всё сожгли, до нищенского хлама.

Элиту нации (на восемнадцать тысяч хвост)
угнали в Вавилон до разрушенья Храма,
но иудеи вновь поднялись в полный рост.

Тогда пленили всех, убогих бросив в ямы.
Восстали и они. Их низвели в компост.
Трагично с той поры разыгрывалась драма.

V

Трагично с той поры разыгрывалась драма.
Исчезнуть должен был плененный иудей,
но под защитою божественных идей
он выживал всегда и тёк домой упрямо.

Второзаконие нашлось в подвалах Храма.
Завет в нем передал от Бога Моисей.
Пред Книгой набожный благоговел еврей,
В которой корни христианства и ислама.

Закланий жертвенных не ввел Давида род
в служенья Господу сакральный обиход,
наперекор тому, как делали предтечи.

Моленья от души шли прямо в небосвод,
в уединенье жгли молитвенные свечи.
Возлюблен Яхве был кочующий народ.

VI

Возлюблен Яхве был кочующий народ,
который возносил молитвенные речи,
под талесом укрыв измученные плечи
и Тору заучив, как Богоданный Свод.

Молитвой каждый день встречал еврей восход
и, снисхожденье чтоб изгою обеспечить,
слезами воска плакал семисвечник,
когда по вечерам шло солнце на заход.

Непониманием и глупостью злоречий
клеймил его язычник-антипод,
тычками унижал изгнанников при встрече.

В несчастьях приходил в чужбине новый год,
но верил иудей, что он душою вечен
и он переходил поток страданий вброд.

VII

И он переходил поток страданий вброд
в неласковом краю среди чужих наречий
и гибкостью ума и силой красноречий
вновь богател, входил в элитный слой господ.

Пал Вавилон, когда Великий Кукловод
переменил судьбу Империй человечьих.
И воцарился Кир. Клубок противоречий
развязан – разрешен на родину исход.

Из пепла и руин восстали стены Храма.
на свадьбах молодым звучит эпиталама
и бурный начался в Святой земле прирост.

Сбылась мечта предтечи - Авраама!
Но толпы вновь уйдут в отверженный погост,
изведав плен, погром, и боль и горечь срама.

VIII

Изведав плен, погром, и боль и горечь срама,
вернется вновь еврей. Пока же, в свой черед,
Великий Александр повел войска в поход,
культуры эллинской неся с собой рекламу.

Соблазном наготы и наслаждений гаммой
пытаясь в эллинизм склонить еврейский род,
он ждал - еврейки от солдат дадут приплод
и выполнится так коварная программа.

В театр, к философам распахнут настежь вход –
там соблазнительны и зрелища, и речи,
но Торой вырезан язычества нарост.

От Эпикура к Яхве вновь возник отход -
припомнили, как жгли молитвенные свечи,
четыре века лишь– свобода в полный рост.

IX

Четыре века лишь – свобода в полный рост.
Плен Вавилонский дал блестящие итоги.
Поэзия, ученость – вот награда многим,
освобождение от нищенских корост.

Из Вавилона путь был долог и непрост.
Евреи создали в чужбине синагогу -
собраний Дом, ученья и молитвы Богу,
основ религии и права аванпост.

Торжественно в менорах зажигали свечи.
и ревностный раввин вел пламенные речи,
и с Богом говорил сознательно народ.

Хранили бережно наследие Предтечи,
с ним встретили века, когда пришел черед,
шестнадцать тягостных – разгром, изгнанье, печи.

X

Шестнадцать тягостных – разгром, изгнанье, печи.
Неокончателен итог страдальческих веков,
не ведает никто – конец у них каков,
в домах изгнанников тревожащие речи.

Но все надеются, что всё еще не вечер.
Прослеживая путь страданий и оков,
еврейская душа дрожит средь страшных снов,
не в помощь даже Сын им Человечий.

В религиях других – ненужный перехлест,
забыли кто родил Христа и вывел в рост,
откуда корни взял Муххамед для Ислама.

В любой стране фашист, невежда и прохвост
всё валит до сих пор на бедного Абрама
(есть миллионов сжег в Европе Холокост).

XI

Шесть миллионов сжег в Европе Холокост –
ни с чем беда такая в мире не сравнима,
всё прежнее проходит бледной тенью мимо,
хотя длинен в веках страданий жуткий хвост.

Такого разоренья сотен тысяч гнезд
не принесли с собой и легионы Рима.
Такое бедствие в словах не выразимо.
Позорящих не счесть на спинах желтых звезд.

Колы, каменья, топоры, живые свечи –
так было прежде, а теперь дымили печи,
из камер газовых конвейер нес тела.

Всё мало нелюдям! От Запорожской Сечи
до сей поры живут погромные дела.
Еще пророчат смерть антисемитов речи.

XII

Еще пророчат смерть антисемитов речи,
но им не истребить Давида древний род,
как не разъединил в диаспору уход,
хотя и породил немало разноречий.

Завещанный Ковчег не дал опасной течи –
Единство, этику сберег Священный Свод.
И в гетто страшное упрятанный народ
не дал себя духовно искалечить.

Твердит свое, как в клетке певчий дрозд,
и, кто б ни поднимал за гибель жуткий тост,
его переживут евреев поколенья.

Вторично не свершить кровавый Холокост,
хотя у нелюдей живет другое мненье,
но возведен уже в Сион обратный мост.

XIII

Но возведен уже в Сион обратный мост.
В кибуцах коммунизм построили евреи.
Россия до сих пор витает в эмпиреях,
свободно мыслящих выводит на помост.

У нации любой к свободе путь непрост,
когда в политике незрелые идеи.
За них – спартанцы вешали за шеи,
бездарным воинам не раздавали звезд.

Покуда здравый смысл безумию перечит –
от напастей любых страна себя излечит,
нашествие врагов ее не устрашит!

Пусть ненавидящий беснуется и мечет –
израильтянам гибель больше не грозит.
Победно в Йом Кипур горят в менорах свечи.

XIV

Победно в Йом Кипур горят в менорах свечи –
языческий уже не страшен властелин,
ушел в небытие когда-то славный Рим.
Срок жизни у любой империи не вечен.

Погибнет ли Сион – об этом нет и речи!
Ислама грозный меч, соблазн апикорсим,
средневековья мрак, суровый холод зим –
всё вынес иудей, и распрямились плечи.

В диаспоре еврей не каждый выживал.
Ассимиляция – убежище от хама,
в крещении иной спасенье добывал.

Но статистически надежна диаграмма –
наглядно видно, что Элохим помогал
шесть раз в Истории потомкам Авраама.


СТРАНСТВИЯ ЕВРЕЕВ ПО ЕВРОПЕ
ВЕНОК СОНЕТОВ

МАГИСТРАЛ



От Бога Тора у пророка Моисея –
дорогу освещал Божественный фонарь.
Во славу Яхве возведя в душе алтарь,
жила таинственно в миру страна евреев.

Из множества племен семитское отсеяв,
от Сотворенья Мира давший календарь
Единосущий Бог – всеобщий Государь
от смерти уводил остатки иудеев.

Общины выдержали всё, что Рок послал,
в горниле закалясь, духовно монолитны,
блюли заветы, что Господь им даровал.

Лишь те, кто в древней вере не гранитны,
кто свет иной культуры сердцем восприял,
в диаспоре пробились в узкий круг элитный.

I

От Бога Тора у пророка Моисея.
Являя первой демократии пример
и декларируя немало строгих мер,
возникла в древности далекой Иудея.

Синедрион жрецов – и суд, и ассамблея,
гонитель ереси, иноязычных вер,
и око, чтоб любой назначенный премьер
не нарушал права отдельного еврея.

Подобен Президенту по закону Царь,
но он отнюдь не самовластный государь -
Синедрион всегда заботился об этом.

Весьма разумными бывали люди встарь
и правили страной по Десяти Заветам.
Дорогу освещал Божественный фонарь.

II

Дорогу освещал Божественный фонарь.
Сплелись Истории Европы и евреев,
когда на эллинов восстали хасидеи,
разврат и наготу не принявшие встарь.

Отвергли Антиоха - он преступный царь.
Лишенье признаков гневило иудеев.
Под предводительством пятерки Макковеев
развеяли они языческую марь.

Впервые дан урок религиозной битвы.
Пандоры греческой открылся грозный ларь,
короткие мечи наточены, как бритвы.

В ров сбросил статуи разгневанный бунтарь.
В день Хануки всегда с тех пор поют молитвы,
во славу Яхве возведя в душе алтарь.

III

Во славу Яхве возведя в душе алтарь,
на царство возвели Шимона Хасмонея,
витали радостно в победных эмпиреях -
рассеялась войны языческая гарь.

Но новая напасть – в умах, как в небе, хмарь,
в три русла растеклось единство хасидеев.
От плевел смуты – урожай у иудеев,
он зло в себе таит ползучее как тварь.

Возникло мессианство в секте у ессеев,
желали жертвенности в Храме седдукеи -
стремились возродить забытый ритуал.

Клонились к гибкости Закона фарисеи.
Противоречие идей - губительный развал.
Жила таинственно в миру страна евреев.

IV

Жила таинственно в миру страна евреев.
За опустевший трон сразился с братом брат.
Раздался звон мечей, бряцанье римских лат,
когда воззвал народ к могуществу Помпея.

Он Палестине вновь дал имя – Иудея,
в захватах разрослась она во много крат.
От Ирода потом не счесть за то утрат –
из Идумеи он, Христос – из Галилеи.

Кровавых жертв опять потребовал Ваал
и иудей, своей судьбою не владея,
в молитвенной надежде к Господу припал.

Страдая за людей и избранных жалея,
Бог Сына своего на Землю ниспослал,
из множества племен семитское отсеяв.

V

Из множества племен семитское отсеяв,
Господь еврейку в Богоматери избрал.
Божественного Сына мало кто признал,
за исключением Апостолов-евреев.

Религий рознь и распри не унять елеем.
Иуда Сына Господня за серебро продал,
а Понтий Прокурат, умыв ладони, сдал
на суд неправедный Посланца к иудеям.

Церковным колоколом в Рождество звонарь
разносит благовест, а не слепую ярь,
и в Вечном Риме Папа совершает действо.

Но так же славится доныне, как и встарь
Единосущий Бог всемирного еврейства,
от Сотворенья Мира давший календарь.

VI

От Сотворенья Мира давший календарь,
Бог не давал смести с лица Земли евреев,
и римлянам не всласть кровавая затея.
Всё выжжено вокруг и всюду трупов гарь.

Четыре века бушевала битвы ярь.
Распятые висят, и нет конца аллеям.
Сошлась с Империей малютка Иудея.
Вся книга Флавия – Истории янтарь!

Когда Веспасиан сломил отпор зелотов,
их задавив числом, как ассирийцы встарь,
пророк Иоханан в гробу прошел ворота.

Веспасиан за весть, что въедет в Рим как Царь,
йешиву обещал. Так проявил заботу
Единосущий Бог – всеобщий Государь.

VII

Единосущий Бог – всеобщий Государь
на горе римлянам дал Пиррову победу.
Пал гордый Рим, навек крушение изведав,
войдя названием в Истории словарь.

А Тора все жива. И видит Петр-ключарь:
священник и раввин впивают Божье кредо,
с Иеговой ведя интимную беседу,
в местечке сапоги тачает чеботарь.

Когда разгромленной осталась Иудея,
в йешиве собрались ученые евреи
и веру возвели опять на пьедестал.

Они трудились, сна и силы не жалея.
В законотворчестве Господь им помогал –
от смерти уводил остатки иудеев.

VIII

От смерти уводил остатки иудеев
Всевидящий Господь. Войне – четвертый год:
параду римскому из двадцати когорт
насмешничали вслед, как жалким лицедеям.

Тогда в бессилии, от бешенства зверея,
вокруг стены сплошной насыпали обвод,
во рву ловили тех. кто знал потайный ход,
на насыпи распяли тысячи евреев.

Мост навесной, тараны - город гордый пал,
в пробоины у стен ворвался дикий вал,
повальную резню затеяли солдаты.

Боец поверженный в руинах вновь восстал
и Рим державный сам не избежал расплаты.
Общины выдержали всё, что Рок послал.

IX

Общины выдержали всё, что Рок послал.
Дух мятежа горел в сердцах людей Востока,
три года подавлялся Римом он жестоко.
Бар-Кохбы, полководца, всё же день настал!

Мессию в нем пророк неистовый признал –
Акива стал его апостолом высоким.
Бог на восставших благосклонным глянул оком –
Север жестокий с ними долго воевал.

Он принял тактику тотальной грязной битвы
и тут не помогли евреям их молитвы.
Деревни, города, посевы жгли дотла.

Ерушалем закрыт Коленам самобытным,
но выжили опять, как ни мела метла,
в горниле закалясь, духовно монолитны.

X

В горниле закалясь, духовно монолитны,
толпой повязанной евреи в плен брели.
Их размело потом во все края Земли,
где выжили они, умны и любопытны.

С тех пор они всегда во всем космополитны,
чужие правила и опыты учли,
немало умных книг в изгнанье перечли,
в науке мировой божественно элитны.

Европу покорил духовный идеал.
тот самый, что Элохим Моисею дал.
и к христианам перешли Его советы.

Единобожие Пророк ислама возглашал,
но иудеи раньше веровали в это,
блюдя Заветы, что Господь им даровал.

XI

Блюдя заветы, что Господь им даровал,
евреи принесли понятие морали
и множество идей великих Миру дали,
наукам положив начало их начал.

Но мало кто из них взошел на пьедестал.
Им почести при жизни редко воздавали,
со злобной завистью их чаще прогоняли,
жидом на улице подонок обзывал.

И как бы ни были умны и эрудитны,
желал антисемит погром кровопролитный
иноплеменникам с размахом учинить.

К властям несчастные ходили с челобитной,
но жизнь, и дом, и честь сумели сохранить
лишь те, кто в древней вере не гранитны.

XII

Лишь те, кто в древней вере не гранитны,
кто исповедовал привычную в стране –
не гибли от наветов, в яростном огне,
а остальные были всюду беззащитны.

В желаньях золота и крови ненасытны,
завистливые – те, кто обитал на дне,
громили их, свой разум утопив в вине.
От ужаса глаза еврейские графитны.

Жидов Богдан Хмельницкий зверски истязал.
Размах резни тогда Европу поражал.
Не сладко в гетто жить и в Польше, и в России.

Портной несчастный ночью слёзы источал.
И даже те тайком молились о Мессии,
кто свет иной культуры сердцем восприял.

XIII

Кто свет иной культуры сердцем восприял,
тот почитаем был и в мусульманском мире.
Еврей в Мадриде, и в Багдаде, и в Измире
для перевода книг весьма полезен стал.

Араб ученых безусловно уважал,
внимал поэзии и музыкальной лире.
В столицах Запада и в Северной Пальмире
изгнанник избранный порою проживал.

В злобе антисемит с толпой повсюду слитны
и в кровожадности идей своих не скрытны.
Апофеоз для них – Европе Холокост.

В Сион не весь народ вернулся самобытный,
но те, кто не взошел на возвращенья мост,
в диаспоре проникли в узкий круг элитный.

XIV

В диаспоре проникли в узкий круг элитный
поэты, скрипачи, ученые, певцы
и теоретики – идейные отцы,
которые всегда редки и дефицитны.

Печальны их глаза и угольно-графитны,
забыт порою вкус спасительной мацы.
На пальцах след от золотой пыльцы
был в жизни иногда им компасом магнитным.

Но выше золота всегда духовный мир,
ученья свет, Единосущего идея.
Свободомыслие – единственный кумир!

Нет в жизни ничего дороже для еврея –
вином познания наполненный потир.
От Бога Тора у пророка Моисея.

ФРАГМЕНТ ИСТОРИИ ЕВРЕЕВ
ПОЭТИЧЕСКИЙ КОНСПЕКТ
КНИГИ ДАЙМОНТА “ЕВРЕИ, БОГ И ИСТОРИЯ”



Лежит Империй след в чреде тысячелетий
великолепьем статуй, храмов и дорог,
но есть иной, в камнях невидимый, итог,
в веках доживший до двадцатого столетья.
Для нас всего сильней Всевышнего Заветы.
что на горе Синай воспринял Моисей.
Всегда вино кружащих головы Идей
на Вызовы Судьбы давало нам ответы!...
Был тяжек шаг и лязг когорт неустрашимых.
Ерушалем осадой взял Веспасиан.
Тогда еврейство спас пророк Иеханан,
ученейших собрав в обещанной йешиве.
Разрушен Храм. Вокруг всё выжгли легионы.
Евреям нет возврата в земли праотцов.
В провинциальном Явне группой мудрецов
для всей диаспоры написаны Законы.
Предвидели они возможные угрозы
и перебрали все в тиши наперечет:
сначала рабство униженьем припечет,
забвенье языка даст горестные слёзы.
Затем забудутся Скрижали Моисея,
ассимиляция поглотит древний род,
избраннический долг не выполнит народ.
религию свою оставят иудеи.
Шли долгие века. Реальные угрозы
всё ярче выявляли свой опасный лик,
но тем народ еврейский и велик,
что встал и не ушел в стенания и слёзы.
В трудах преемников и Рабби Йоханана
Раввинов кодекс на века ответы дал.
Отныне каждый из евреев поступал,
как Раввинат велел потомкам Авраама.
Чтоб не могли они навек исчезнуть в рабстве.
был сформулирован незыблемый закон –
из рабства выкупали каждого! И он
не погибал в грязи и грубом святотатстве.
Чтоб сохранить и смысл, и знание иврита
средь сыновей своих в пределах разных стран,
свод многих словарей с грамматикой был дан
и знатоки иврита были знамениты.
Дабы не допустить забвенья ритуалов,
непониманья литургии синагог –
канонизировали их и каждый мог
отрывок Торы вслух читать в любом из залов.
Чтоб сохранилась средь евреев дисциплина,
структурно был продуман хитрый институт.
Два разных уровня предполагалось тут –
религиозная и крупная община.
Религиозную должны создать мужчины,
когда их десять и вблизи живут они.
Сто двадцать, если рядом коротают дни –
тогда сбивают социальную общину.
При соблюдении довольно жестких правил
среди чужой страны общины жить должны.
нигде и никогда нарушить невольны
законы те, что Раввинат для них составил.
Сверх доли для Казны, изъятой силой Власти,
налогом облагать себя они должны.
Налоги им самим для многого нужны –
для хедера, беды и помощи в несчастьях.
Образование для каждого – бесплатно,
голодных – все обязаны кормить,
учителям – труды достойно оплатить,
ученые – всегда в почете многократном.
Благотворительность – любому, кто попросит!
Достоинство его ничем не унижай.
Общину же проси, когда приходит край,
у не своей страны евреи льгот не просят!
Безбрачье и аборт подвергнуты запрету,
чтоб численность свою от краха уберечь.
Еврейкам с гоями нельзя в постель возлечь
и блудодействовать в кварталах за монеты!
Чтоб оградить права свои самоправлений
и чтоб чужой страны закон не нарушать,
еврей любой общины должен соблюдать
четыре правила, без всяких исключений!
Одно из правил говорит, что для евреев
общинный подзакон быть должен выполним
и, если с жизнью он сейчас несовместим,
то изменить его должны, не сожалея.
Суды страны и суд общины равноправны –
второе правило гласит. И надлежит,
когда любой судья решенье огласит,
покорным быть и неизменно благонравным.
По третьему – тогда закон несовершенен,
когда религии ложится поперек.
На неприятие он сам себя обрек.
Недопустим позор и стыд кровосмешений.
Недопустимы зло и проповедь убийства,
обожествленье мощей, идолов и тел.
В-четвертых, чтоб страну, в которой он осел,
оберегал еврей оружьем и витийством.
И в завершение – еще одно решенье:
оставить мысль отвоевать Сион назад
и обращать туда лишь для молитвы взгляд,
ждать Палестины самовозрожденья.
Сменили острый меч на мирные объятья,
как прежде – опыт кочевой на грозный меч,
и тем себя в веках сумели уберечь,
по облику страны меняя и занятья.
Когда стана была ареной философий,
тогда философом становится еврей.
Когда поэт и математик правит в ней.
еврей – и астроном, и мастер строфий.
Везде, где в тайны вещества ушла наука,
в анализ, в физику – он тоже правит бал,
а там. где властен и всесилен капитал –
он исторически и сам банкир сторукий.
Храня монотеизм, свою Идею Бога,
он мимикрировал, вживаясь в быт чужой.
под яркий цвет Цивилизации любой.
куда скитальческая привела дорога.
Местечко для себя отвоевал под Небом
и конкурентов всех опередил в борьбе
еврей наперекор изменчивой судьбе
и потому, что дорожил насущным хлебом.
Всегда приверженный раздумью и работе,
он с детства сам себя прилежно развивал,
учителей ценил, любил высокий балл
и время проводил в учености заботах.
Бездарные, за ум не любят конкуренты,
за деловитость ненавидит разгильдяй,
а генетическим подонкам волю дай –
погромы, грабежи и горечь инцидентов.
Погибнуть навсегда с не суждено случиться,
как угрожал в XX-м веке Холокост.
Евреи возвели в Сион обратный мост –
не чтобы умереть, а чтобы возродиться.

Леонид, благодарю Вас за публикацию. Я только что начал читать, и понял, что получу огромное удовольствие от прочтения Вашей поэмы (апологии). Могу сразу сказать, что порождает некоторое сомнение в беспрекословном следованию форме. Леонид, Вы не находите, что слова "ход", "переход", "поход", "исход" имеют общий корень - "ход"? А ведь некоторые поэты считают рифмовку однокоренных слов чуть ли не моветоном. И даже если не быть столь уж категоричным и учесть то, что подбор рифм (обязанных, по закону жанра, быть точными), и принять во внимание то, что плетение венка требует от поэта "исключительного мастерства (особенно в подборе выразительных рифм)" (Квятковский), то оспорить "запрет" на рифмовку однокоренных слов всё равно сложно. Есенин в одном из писем Иванову-Разумнику писал, помнится, что "пошла-нашла" и "достать-стать" - это не рифмы. "Это грубейшая неграмотность, по которой сами же поэты не рифмуют «улетела — отлетела»" (Есенин). А у Вас ко всем прочим подобным рифмам есть ещё и "восход-заход" - в одном катрене.
Ещё наводит на мысль о погрешности - повтор рифмующихся слов в не стыковых стихах сонетов. Например, слово "непрост" в рифмах повторяется трижды. Слово "народ", стоящее в рифме магистрала, и на законном основании повторяющееся ещё дважды, приведено и ещё пару раз в не магистральных рифмах. Повторяется "мост" - в магистрале и во втором стихе первого сонета, т.е. буквально через 4 строки, поскольку магистрал Вы располагаете выше первого сонета, а не 15 номером.
Всё тут мною написанное не следует считать рецензией на Ваш труд, ни в коем случае. Рецензию я непременно дам, и она будет весьма и весьма положительной, ибо я нисколько не покривил душой, говоря о том, что прочесть сей труд для меня будет настоящим удовольствием, хоть я "не еврей и не учёный". Полагаю, что моя рецензия будет выглядеть дилетантской на фоне даже небольшого комментария О.И. Федотова. Если Вы можете привести здесь, что сказал Олег Иванович по поводу Ваших венков, то сделайте это, пожалуйста.
И не обижайтесь за "камни в огород". Сам разбросал, сам и соберу.
С уважением!
Саша

Поражён снисходительность Ваших комментаторов Питиримова и
Ситницкого. Вместо поэтических венков, у Вас исторические
трактаты, которых хватает в прозе. Хуже того. Не соблюдаются те
формальные требования, которые Вы правильно утверждаете в
своих теоретических разработках и методиках по "плетению" венков.
Ещё раз хочу повторить, что в методике написания венков должны быть указаны настоящие образцовые работы, на которые можно
равняться новичкам (венки И.Лиснянской, Виталия Волкова. Кого ещё ?).