У. Шекспир. Сонет 2

Когда полсотни зим возьмут в осаду,
Траншеями изрыв, чело твое,
Твоей красы наряд — очей усладу —
Все осмеют как жалкое тряпье.

И, спрошенный, что с прежним даром стало,
Где красота, что всем была люба,
Что ты предъявишь? Старых глаз провалы?
Горючий стыд, пустая похвальба!

Куда достойней в пору увяданья
Суметь ответить: «Вот мое дитя —
Мне продолжение и оправданье», —
Свои черты в ребенке находя!

Как будто ты, старик, стал снова молод,
И кровь твоя горит — когда в ней холод.


When forty winters shall besiege thy brow,
And dig deep trenches in thy beauty’s field,
Thy youth’s proud livery so gazed on now
Will be a tottered weed of small worth held:
Then being asked where all thy beauty lies,
Where all the treasure of thy lusty days,
To say within thine own deep-sunken eyes
Were an all-eating shame, and thriftless praise.
How much more praise deserved thy beauty’s use,
If thou couldst answer, ‘This fair child of mine
Shall sum my count, and make my old excuse’,
Proving his beauty by succession thine.
This were to be new made when thou art old,
And see thy blood warm when thou feel’st it cold.

Во 2 катрене рифмы бы поточнее. А здесь: "продолженИЕ И..." - три йотированные гласные подряд. Остальное хорошо.
Успеха, Александр!
С БУ,
СШ