Некто странным был субъектом, фотосъёмку не любил,
на секретные объекты никогда не заходил,
ни к чему не привлекался в исполнительных листах,
не нырял и не купался в неположенных местах,

шило не менял на мыло, не сдавался без борьбы,
не влезал, чтоб не убило, на опоры и столбы,
с горки не спускал вагоны, не курил и не сорил,
с неизвестными на Бронной ни о чём не говорил,

никогда не огорчался наступавшим февралям
и нигде не прислонялся к подозрительным дверям,
не испытывал пределов, не играл в лесу с огнём,
и красавица не пела песен Грузии при нём,

не жалел, не звал, не плакал, не тудым и не сюдым,
ни Казань не брал, ни Шпака, ни, как с белых яблонь дым.
Некто множество запретов недостатком не считал
и советские газеты до обеда не читал.