У.Х.Оден Дитя Пятницы

Нас долго проповедь Его учила,
а мы раздумывали в тайности :
«Отцовская любовь применит силу
лишь только в самой лютой крайности -

да к слишком дерзким, слишком смелым ».
В нас, в детях, был религиозный страх.
Не слишком понимали в общем целом,
каков был смысл в Его речах.

И был Он хмур, возможно заскорбев,
но было не до лишних разговоров.
Он сострадал, порой впадая в гнев,
но и не веря в пользу долгих споров.

И неизвестно, нужно ли Творцу,
чтоб мелюзга, наследники Адама,
хотя им, сирым, это не к лицу,
судя Зиждителя, устраивали драмы ?

Было бы верно, если б без лени,
как встарину пред князьком деревенским,
стали совместно мы все на колени
в трепете пред Человеком Вселенским !

Посредственный обычный мозг
порой не блещет и банален.
Он замечает внешний лоск,
когда глубокий смысл печален.

В распоряжении любые инструменты,
да и глаза порой пронзают непроглядь,
но мы не знаем в трудные моменты,
что нужно срочно предпринять.

Во многом разбираемся нескоро,
Нас путают нетождества сравнений
да ощущения и чувства без опоры.
Способен ошибаться даже гений.

Есть доказательства, и есть опроверженья,
Привыкли соглашаться с тем, что в книгах,
поскольку нет ответов на сомненья,
и мы в своих гаданьях - как в веригах.

Действительно ль проснулся ОН в пещере ?
Покинул ли заваленную сень ?
Потрафил ли народной вере ?
Взаправду ль был тот Судный День ?

А между тем, в страданье на кресте
и нам придётся быть в иные годы.
Какой тогда послужим мы мечте ?
Какой дождёмся, Вы и я, свободы ?

Поймём ли мы по скорбному лицу,
кого спасать он был тогда готов
на предназначенном для назидания плацу
ценою гибели, привычной для рабов ?
1958 г.

    W.H.Auden Friday's Child

(In memory of Dietrich Bonhoeffer, martyred at Flossenburg,
April 9th, 1945)

    He told us we were free to choose
    But, children as we were, we thought-
    "Paternal Love will only use
    Force in the last resort

    On those too bumptious to repent."
    Accustomed to religious dread,
    It never crossed our minds He meant
    Exactly what He said.

    Perhaps He frowns, perhaps He grieves,
    But it seems idle to discuss
    If anger or compassion leaves
    The bigger bangs to us.

    What reverence is rightly paid
    To a Divinity so odd
    He lets the Adam whom He made
    Perform the Acts of God?

    It might be jolly if we felt
    Awe at this Universal Man
    (When kings were local, people knelt);
    Some try to, but who can?

    The self-observed observing Mind
    We meet when we observe at all
    Is not alariming or unkind
    But utterly banal.

    Though instruments at Its command
    Make wish and counterwish come true,
    It clearly cannot understand
    What It can clearly do.

    Since the analogies are rot
    Our senses based belief upon,
    We have no means of learning what
    Is really going on,

    And must put up with having learned
    All proofs or disproofs that we tender
    Of His existence are returned
    Unopened to the sender.

    Now, did He really break the seal
    And rise again? We dare not say;
    But conscious unbelievers feel
    Quite sure of Judgement Day.

    Meanwhile, a silence on the cross,
    As dead as we shall ever be,
    Speaks of some total gain or loss,
    And you and I are free

    To guess from the insulted face
    Just what Appearances He saves
    By suffering in a public place
    A death reserved for slaves.
    1958
Примечания
1."Дитя Пятицы" и или "Сын Пятницы" - речь идёт о человеке, перенёсшем скорбный
день. Пятница - это день распятия Иисуса Христа.
2.Стихотворение посвящено памяти лютеранского пастора, активно боровшегося против
нацистского режима и казнённого гитлеровцами.
Dietrich Bonhoeffer (1906–1945) was a German Lutheran pastor, theologian, and anti-Nazi dissident who became a key figure in the Confessing Church, which opposed the nazification of the German Evangelical Church. He is renowned for his writings on Christian ethics, "costly grace," and his active, dangerous resistance against the Hitler regime.