Перед ним не простая птица –

Перед ним голубая кровь.

Чуть подкрашенные ресницы,

Вот и образ Её готов.

Подал руку.

О неприступность

Лишь скала может камнем бить,

Её гордость – большая глупость,

Он не станет огонь тушить.

Утонченная.

Танго?

Танго!

Наступление и изгиб.

Он, конечно, по жизни педант, но

Лишь прижал Её – и погиб.

Платье красное не атласное

И волос отлив «базилик».

Он над ней наклонился страстно,

Вел легко, на какой-то миг

Он вернул своё превосходство:

Птицелова изображал.

Пел Кобзон «Утомлённое солнце»,

И завидовал паре зал.

Буря?

Буря!

И скалы рушились,

Побеждая поочерёдно,

Под ногами качалась суша,

Море в море не знало броду.

В лёгкой впадине жгло распятье, –

С ними третьим был Иисус

В золочённом вензеле, – кстати,

Чтоб партнёр не впадал в искус.

Гром и молния.

Танго?

Танго!

Шаткий мостик. Маяк продрог.

Аромат духов от лаванды,

И последний совместный вдох…

Сколько страсти в любимой паре!

 

Напоследок Она язвит:

-Ты сегодня не в форме, парень.

-Знаешь, что, а иди-ка ты…