У.Х.Оден Что Нам Важней ?

Проснувшись, я ещё лежал тепло укрытый, слушал,
как - в зимней тьме - своей порывистости рада буря;
пока мой слух - и в полусне, и будто полутрезвый -
не взялся расшифровывать сумбурные раскаты:
всю протяжённость гласных и разнобой согласных,
сводя всё к речи о Любви, и даже называя Имя.

Едва ли верным был мой перевод суровых рыков.
Я неуклюже толковал, зато Тебе во славу.
В Тебе увидел Дочь Луны и Западного Ветра.
Решил: Ты в силах властно укротить любых чудовищ,
и воплощаешь дух воителей из горных графств,
которых вдохновляют лазурь небес да зелень нив.

Звучанье было громким. Я ж вновь был очень одинок.
И создалось вдруг впечатленье возникшей тишины. -
Как в давности когда-то, летел за мили всякий чих.
Мы шли с Тобой по каменному мысу. Почувствовал,
что будто Роза рядом расцвела.- И век не позабыть.
То чувство прежнее теперь ещё важнее стало.

И это, сверх того, теперь. Когда меня всё чаще,
с ухмылкой дразнит дьявол - при этом на английском.
Предсказывает мир, где каждое святое место
песком засыплют, как привыкли уже техасцы,
которых околпачили свои же вожаки,
да продолжателей у Гегеля не станет...

И вот мне удалось проспать спокойно до рассвета.
Тому, что буря напела ночью, никто не верит.
Но мне пришлось внимательно взгянуть, что получилось:
чем больше в кубометрах объём моей цистерны,
тем больше бурным летом налилось туда воды.
Рассмотрим ! - Без Любви - живём ! А без воды - никак !

W.H.Auden  First Things First
 
Woken, I lay in the arms of my own warmth and listened
To a storm enjoying its storminess in the winter dark
Till my ear, as it can when half-asleep or half-sober,
Set to work to unscramble that interjectory uproar,
Construing its airy vowels and watery consonants
Into a love-speech indicative of a Proper Name.

Scarcely the tongue I should have chosen, yet, as well
As harshness and clumsiness would allow, it spoke in your praise,
Kenning you a god-child of the Moon and the West Wind
With power to tame both real and imaginary monsters,
Likening your poise of being to an upland county,
Here green on purpose, there pure blue for luck.

Loud though it was, alone as it certainly found me,
It reconstructed a day of peculiar silence
When a sneeze could be heard a mile off, and had me walking
On a headland of lava beside you, the occasion as ageless
As the stare of any rose, your presence exactly
So once, so valuable, so very now.

This, moreover, at an hour when only to often
A smirking devil annoys me in beautiful English,
Predicting a world where every sacred location
Is a sand-buried site all cultured Texans do,
Misinformed and thoroughly fleeced by their guides,
And gentle hearts are extinct like Hegelian Bishops.

Grateful, I slept till a morning that would not say
How much it believed of what I said the storm had said
But quetly drew my attention to what had been done
—So many cubic metres the more in my cistern
Against a leonine summer—, putting first things first:
Thousands have lived without love, not one without water.