Ночная песня странника. Иоганн Вольфганг Гёте (Рекомендованное)

Переводчик: Ирина Бараль
Отдел (рубрика, жанр): Переводы
Дата и время публикации: 17.02.2026, 00:18:45
Сертификат Поэзия.ру: серия 1183 № 194422

Тёмен мир молчащий
Горных гряд ночных.
Под листвою в чаще
Птичий щебет стих.
Сквозь дремливый полог
Ветру не вздохнуть.
Потерпи – недолог
До ночлега путь.

***

Johann Wolfgang von Goethe. Wanderers Nachtlied

Uber allen Gipfeln
ist Ruh’,
in allen Wipfeln
spürest du
kaum einen Hauch;
Die Vögelein schweigen im Walde.
Warte nur, balde
ruhest du auch.




Ирина Бараль, поэтический перевод, 2026
Сертификат Поэзия.ру: серия 1183 № 194422 от 17.02.2026
Рекомендованное | 8 | 15 | 314 | 16.03.2026. 13:43:10
Произведение оценили (+): ["Александр Чекалов", "Корди Наталия", "Елена Ханова", "Владимир Мялин", "Барбара Полонская", "Евгений Иванов", "Олег А. Радченко", "Владимир Старшов"]
Произведение оценили (-): []


Здравствуйте, Ирина Ивановна.

Ну, что ж, недостатки те же, что и в остальных вариантах текста, кроме, разумеется, моего.

Это не перевод. Если же говорить о не-переводах, есть свои вершины - М.Ю. Лермонтов, Д.С. Самойлов.

Есть очень слабое переложение К. Тарасова (Чролли):

Птицы замолчали.
Спрятались в кусты...
— Скоро все печали,
Верь, забудешь ты.

Но оно и то лучше, потому что ясное и недвусмысленное, хотя и на другую тему.

Декадентская интерпретация Гете уже была у И. Анненского, но он, по крайней мере, точно передал языковые особенности оригинала, проигнорированные другими.

Повторяю то, что уже говорил: если не переданы эти особенности - перевода нет.

Стихотворение Гете вписано в совершенно определенный и понятный контекст. Поэт устал от суеты веймарского двора, желал душевного равновесия, мудрой сосредоточенности - в соединении с мировой гармонией. Как раз тогда, в 1770е гг., он штудировал Спинозу, и мы не ошибемся, если сочтем это стихотворение пантеистическим.

Поэт мечтает стать таким же спокойным и величавым, как созерцаемая им природа.

Он хочет приобщения к высшей гармонии.

Это всё передается через текстовую фактуру.

Стихотворение начинается предлогом über. Покой над горными вершинами, он нисходит из глубин вселенной.

Он выделен в тексте:

ist Ruh’.

К такому же величественному покою хочет присоединиться и герой - отсюда в конце стихотворения Ruhest du.

Этот повтор образует кольцо - самую гармоничную фигуру. Гармония еще усиливается фонетическим хиазмом:

ist Ruh’ - Ruhest.

Местоимение 2 лица - du, повторяемое дважды, конечно, не случайно. Поэт смотрит на себя со стороны.

И параллелизм с местоимением allen, соединяющим вершины и долины, верх и низ, тоже имеет значение.

Неоднородность ритмов также имеет свой эстетический смысл. В сочетании со строгостью синтаксиса она создает эффект процесса - гармонизации хаоса.

В общем, готовится тот Гете, который создаст "Фауста". Уже начал создавать.

Продолжение следует.



Здравствуйте, Александр Владимирович. Благодарю за развернутый анализ и интересные параллели с оригиналом и работами других переводчиков. Это дает пищу для размышлений о природе поэтического перевода.

Надеюсь быть полезным. Лингвоэстетический анализ - вещь вполне надежная.

Рада, что Вы нашли применение своему надежному инструменту здесь. Надеюсь, он приносит Вам столько же удовлетворения, сколько мне поиск поэтических интонаций )

У меня интонация рождается из лингвистического толкования текста. Вам ли не знать, что она у меня есть.
Я должен хорошо уяснить текст - тогда и возникает интонация.

У меня интонация рождается из эмоционально-эстетического переживания текста. Лингвистическое толкование присоединяется.
И если Вы внимательнее приглядитесь к  тексту перевода, то заметите и кольцо: ночной мир в начале стихотворения и ночлег в финале - метафорический покой, достижимый через погружение в ночной мир. Здесь также имеется интертекстуальная отсылка к Фросту.


А, вот в чем дело. Теперь заметил. Это называется формализмом в переводе. Прием сохранен, а его функция - нет. Важен смысл, передаваемый повтором. Ночь и ночлег - далеко не то же, что покой и успокоение.

Это называется образным эквивалентом в переводе. Ночь - это универсальный образ покоя и тишины, а не просто время суток.

Это называется у Я. Рецкера "адекватными заменами" - самым неточным видом переводческих соответствий (после эквивалентов и аналогов).

С трудами Я.Рецкера, каюсь, незнакома, но вот что нашлось в широком доступе:
Важно отметить, что сам Я.И. Рецкер в более поздних работах уточнил свою классификацию. Термин «адекватные замены» он перестал использовать как отдельную категорию соответствий. Описанные выше приемы стали рассматриваться им и его последователями как «переводческие трансформации» — межъязыковые преобразования, необходимые для перестройки текста на лексическом, грамматическом или стилистическом уровнях .

Таким образом, вклад Рецкера заключается в систематизации творческих приемов переводчика, которые позволяют добиться полноценной передачи смысла, отходя от формального подобия.

Ирина Ивановна, пожалуйста, не надо меня хватать за язык, тем более имея представление о материале в чужом пересказе. Я более 20 лет читал лекции по теории перевода.
Вы сказали, что у Вас - "поэтический эквивалент" оригинала. Я ответил, что у Вас - не эквивалент, т.е. самое точное, по Рецкеру, закономерное соответствие (разве что если он "поэтический", под которым можно подразумевать что угодно, но тогда это не эквивалент), а самое неточное соответствие - адекватная замена.
Адекватная замена, будь она хоть сто раз "творчеством", не перестает относиться к закономерным соответствиям, п.ч. она все-таки задаётся системой языка. Чем угодно единицу оригинала Вы не замените.
По-моему, Вы еще и смешиваете буквализм и формализм, а это вещи разные, порою противоположные.
Буквализм (калькирование) - это дословный, иногда даже поморфемный перевод, но форма при этом может не сохраняться. Например, стихи переводятся прозой.
При формализме передается сам прием как таковой, но не всегда с тем же смыслом: аллитерация, но с другими звуками, производящая другое впечатление, или инверсия, но других слов, или повтор, но других слов (или корней), что у Вас и наблюдается.

Спасибо за уточнение, Александр Владимировч. Именно такие беседы и напоминают, почему теория перевода стоит того, чтобы читать о ней лекции два десятилетия.

Продолжаю.

Итак, я вижу, Вы избрали стилистику декаданса и начинаете зловещей интонацией:

Тёмен мир молчащий
Горных гряд ночных.

Какое нагнетание тьмы! Еще подчеркнутое рычащей аллитерацией.

Путаный синтаксис, полностью не соответствующий простому построению фраз у Гете, усугубляет впечатление затемненного смысла.

Под листвою в чаще
Птичий щебет стих.

Вот где появился предлог под, но явно не на месте. Вообще-то непонятно: птицы укрылись под листвой, и теперь их не слышно? А вообще-то они щебечут?

Сквозь дремливый полог
Ветру не вздохнуть.

Дремливый — значит: склонный к дреме, а также погруженный в дремоту.

Этот полог богини Нюкты действительно любит спать?

Стоило мне напомнить Вам про Тютчева («День — сей таинственный покров») — появился этот полог, хотя и с обратным смыслом. Но это, конечно, чистая случайность.

Потерпи – недолог
До ночлега путь —

т. е. речь всего лишь о ночлеге, а не о духовном преображении. Такой скромный итог.

В общем, от Гете ничего не осталось. Стоило трудиться ради этого.

Я предвижу, что сейчас начнется поток славословий, который меня перекроет.


О духовном преображении я поясню. Здесь вместо лексического повтора - корневой повтор с развитием смысла: ночь как свойство окружающего мира и ночь как  внутренний покой, предназначенный человеку. Природа и человек соединяются через общий корень.

Совершенно верно, Ирина Ивановна, природа и человек соединяются через общий корень - именно это я и говорю.