
Ночью стылой на чужбине
Колет сердце, ноги - гири,
Вдруг с небес шлёт благостыню
Месяц ясный, рожки ширя.
Месяц ясный серебрится,
Страх исчез, светла тропинка,
Я, смахнув слезу с зеницы,
смыл зудливую соринку.
Heinrich Heyne
Nacht liegt auf den fremden Wegen, –
Krankes Herz und müde Glieder; –
Ach, da fließt, wie stiller Segen,
Süßer Mond, dein Licht hernieder.
Süßer Mond, mit deinen Strahlen
Scheuchest du das nächt’ge Grauen;
Es zerrinnen meine Qualen,
Und die Augen überthauen.
Алёна, с небес ниспослано избавление, а "соринки" такие бывают, что впору повеситься
возможно, Александр, но не с эпитетом "зудливая", к тому же смытая (одной) слезой, да? и время здесь просится явно несовершенное, имхо, конечно.
Алёна, стишок висел месяц в примечаниях, я к нему раз пять возвращался, но ничего не поменял, так что добавить к сказанному мне нечего.
Спасибо!
Александр, все прекрасно, но у Вас получается, что благостыня дается лг только, чтобы смыть соринку?
на мой взгляд, тут не хватает немного банальностей, типа:
Ночью стылой на чужбине
Тяжкий груз на сердце явней,
Вдруг с небес шлёт благостыню
Месяц ясный, воссияв мне.
Месяц ясный серебрится,
Страх исчез, светла тропинка,
И роса поит зеницы,
И на сердце тает льдинка.