История жанра "цы": от увеселительных песенок до высокой поэзии

Дата: 10-03-2022 | 21:32:10

Китайская поэтическая традиция уходит вглубь веков. В самом древнем памятнике китайской поэзии, дошедшем до наших времен, антологии «Шицзин» – «Книге песен», содержатся 305 произведений, созданных в период с XI по VII в. до н.э. В те далекие времена песни, исполняемые в народе, собирались специальными чиновниками для того, чтобы император мог по ним судить о настроениях своих подданных. В них пелось о зарождающихся чувствах, об ожидании любимого, о чаяниях простого народа. Звучащие с разной интонацией: торжественной, шутливой, веселой или печальной, они часто включали в себя образы из мира природы:

 

То гуси летят, то летят журавли

И свищут, и свищут крылами вдали…

То люди далеким походом идут,

И тяжек и труден в пустыне поход.

Достойные жалости люди идут,

 О, горе вам, сирый и вдовый народ!

                      (перевод А. А. Штукина)

 

Эти песни написаны в основном четырехсложным размером. Ритмическая организация дополнена рифмой. В IV в. до н.э. в поэзии происходит переход от фольклорной направленности к индивидуальному творчеству.

     Первый поэт, имя которого сохранила история, Цюй Юань (340–278 до н.э.), использовал мотивы «Шицзина», но привнес в них стиль исторических и философских сочинений, принятый в те времена в словесном искусстве. Строки в его стихах чаще всего пяти-, шести- и семисловные. Поэзия Цюй Юаня и его последователей составила свод так называемых «чуских строф» (чу цы), которые существенно повлияли на все дальнейшее развитие поэзии.

Во времена династии Хань (206 г. до н.э. — 220 г. н.э.) была учреждена Музыкальная палата (Юэфу), задачей которой был сбор по всей стране народных песен. От наименования палаты записанные песни получили название юэфу. Позднее так называли и сочинения поэтов, созданные в подражание фольклорным песням. Юэфу отличал простой язык и незамысловатые сюжеты. Строки имели разную длину – от двух до десяти слов, их порядок соответствовал развитию лирической темы и характеру музыкального сопровождения. В конце эпохи Хань под влиянием народных песен появились «Девятнадцать древних стихотворений», имена их авторов история не сохранила. Основными темами в них были: тоска по возлюбленному, скорбь разлуки с родными краям, грусть расставания с друзьями, мысли о бренности жизни.

     Начиная примерно с III в. зарождается новый жанр: стихи-ши, который в последующую тысячу лет становится ведущим поэтическим жанром. Ши присущи следующие особенности: строки равные, регулярные, содержащие по пять или семь иероглифов; обязательными были смысловые или грамматические параллелизмы в соседних строках; соблюдение правил чередования музыкальных тонов и рифмовка, в небольших текстах, как правило, монорим – единая (сквозная) рифма. Наибольшего расцвета жанр ши достиг в эпоху Тан (618—907), которую по праву называют «золотым веком» китайской поэзии. Время сохранило имена свыше 2200 танских авторов – императоров, чиновников, отшельников, монахов, певичек. Сохранилось около 49 тыс. стихотворений. Самыми распространенными стали формы: люйши или «уставные стихи», восьмистишия; пайлюй, длинные стихи, содержащие более 8 строк; и цзюэцзюй, «оборванные строки», четверостишия.

Существовали строгие правила, устанавливающие для ши определенное количество строк, порядок рифмовки, распределение тонов. Еще одна особенность китайской классической поэзии – тема любовной страсти в ней практически отсутствовала, было возможно лишь воспевание супружеских чувств, в крайнем случае, признание в любви к некоей мифической деве, фее или небожительнице. Чувства находили выход в «лирике разлуки» в самых разнообразных ее проявлениях: страдающая от измены супруга, оставшаяся одна жена чиновника, уехавшего к новому месту службы или воина, отправившегося в поход, брошенная императором наложница... Используя эти ситуации, поэты-мужчины создавали прекрасные произведения, написанные от лица лирической героини. «Воспевание мук любви, ее торжества и особенно финальных ее аккордов считалось попросту неприличными, развратными мотивами (инь цы), которые изгонялись из настоящей литературы не только пуристами, но и общим мнением воспитанных людей всех времен и поколений» [1]. Непосредственно любовная эмоция, страстное чувство считались низменными, пагубными для конфуцианского идеала «благородного мужа», тогда как поэзия-ши предназначалась для упрочения государственных устоев и социального порядка. Вероятно, потребность в выражении чувства любви у поэтов все же сохранялась. Тогда-то и оказался востребованным новый жанр лирических стихов-песен, так называемых цы, изначально посвященный именно любовным переживаниям.

 

     О неизбежности изменения поэтического строя и смены различных жанров высказался один из крупнейших ученых-филологов ХХ века Ван Го-вэй (1877—1927): «Четырехсловные стихи зачахли, и появились чуские строфы; чуские строфы зачахли, и появились пятисловные стихи; пятисловные стихи зачахли, и появились семисловные; древние стихи зачахли, и появились регулярные строки; регулярные строки зачахли, и появились цы» [2]. Цы, принято называть их романсами, имели своим истоком всю обширную совокупность песенного народного и авторского фольклора от Шицзина и Юэфу до этнических напевов и музыки дворцовых постановок, устраиваемых при дворе по случаю всевозможных торжеств, аудиенций и пиров. Зародившиеся в дотанскую эпоху, они получили распространение в середине династии Тан в среде, связанной с городскими, в первую очередь столичными, увеселительными заведениями. В то время стали появляться целые кварталы, где жили присланные в дар императорскому двору или выкупленные из обедневших семей искусные певицы, танцовщицы, исполнительницы, играющие на различных инструментах, владеющие искусством каллиграфии и талантом к сочинению стихов, которые развлекали разного ранга сановных гостей, чиновников, торговцев. Тогда-то и стали популярны стихи, написанные на музыку, исполняемые под музыкальный аккомпанемент, чаще всего китайской лютни пипа.

Тексты цы были неразрывно связаны с мелодической основой. Название мелодии переносилось в название поэтического текста, мелодия определяла структуру строфы: количество строк, их длину, особенности рифмовки, наличие параллелизмов и повторов. Длина строки составляла от трех до девяти иероглифов. Из-за чередования длинных и коротких строк цы так и называли чандуаньцзюй (буквально Длинные и короткие строки). Всего насчитывают примерно 660 различных мелодий, используемых для сочинения цы. Как правило, название мелодии никак не связано с содержанием стихов. Однако, со временем развилась традиция, когда определенным мелодиям, их лирическому настрою соответствовали схожие ситуации и темы, посвященные весеннему цветению, тоске в разлуке или осеннему увяданию. Особенно популярными были застольные стихи, которые пользовались успехом не только в чиновной среде, но и в народе.

 

     Изначально цы сочиняли певички из увеселительных заведений, в период расцвета Тан появились авторские песни. Цы таких известных поэтов как Ли Бо (701—762), Бо Цзюйи (772—846) оказали большое влияние на становление жанра. Певичкам и их красоте посвящал свои изысканные сочинения позднетанский поэт Вэнь Тинъюнь (812–870). Значительная их часть вошла в первый сборник, содержащий около 500 цы 18 поэтов под названием «Среди цветов».

Большой успех в период Пяти Династий, последовавший за распадом династии Тан, имело творчество последнего императора царства Южной Тан – Ли Юя (937—978) и Фэн Яньсы (903–960), первого министра императора Ли Цзина (916–961). Талант Фэн Яньсы как политика подвергался всяческим поруганиям со стороны его оппонентов, но поэтический его дар был общепризнан. До нашего времени сохранилось около 100 стихов поэта в его излюбленном жанре, которые вошли в сборник цы Фэн Яньсы под названием «Янчуньцзи» – «Солнечной весной». Согласно традиции своего времени, он сочинял стихи от женского лица, но, несомненно, вкладывал в них свой личный чувственный опыт и пережитые впечатления. Его цы были свойственны изящность и нежность в отношении его лирических героинь, тонкая передача чувственных, эмоциональных переживаний, многоплановость смысла, недоговоренность, зачастую зыбкость и неуловимость воплощенных эмоций и ощущений:

 

Холодом ветер пронзил

                          осень нежданно пришла,

Скоро уже орхидея, одна, отцветет без тепла.

Тучи плывут и плывут,

                          деревья шумят и шумят,

С милым в разлуке, а он все не едет назад.

 

Это были в основном стихи о любви и разлуке, тоске по возлюбленному, при этом, не прибегая к особенным словесным изыскам, поэт описывал чувства не явно и прямолинейно, но метафорично, передавая их зачастую через описания природы, проникновенно и с глубоким подтекстом. Фэн Яньсы в совершенстве владел этим приемом переплетения чувства и пейзажа, что позднее стало характерной особенностью цы. Так же, как и часто встречающийся в его творениях философский мотив о бренности и быстротечности жизни: жизнь коротка, и надо успеть насладиться счастьем молодости и любви.

Еще одна особенность цы, отраженная в творчестве этого поэта, – обобщенность, отвлеченность ситуаций, без уточнения конкретных обстоятельств, это вызывало у читателя ощущения узнавания и близости чувств, в них описанных. Вместе с тем критики отмечали некоторые особенности индивидуального стиля поэта, выраженные в способности каждый раз находить все новые краски для воссоздания традиционных лирических ситуаций и в целом, положительный настрой цы, по большей части печальных, но не скорбных, а проникнутых надеждой. В предисловии к сборнику его стихов составитель писал, что «мысли в них глубокие, строки красивые, рифмы необычные, мелодии новые». Отмечено их безусловное влияние на манеру письма поэтов Северной Сун и на дальнейшее развитие жанра цы, который в эпоху Сун достиг небывалой значимости и высоты.   

     Драматической стала судьба последнего правителя этого царства Ли Юя (937—978), который придя к власти в 960 году, долгое время находился под давлением недавно созданной и набирающей силу и влияние Сунской династии. В 974 году сунская армия начала наступление и осадила столицу Южной Тан. Через год, поняв бессмысленность сопротивления, император сдался и три года провел в плену в городе Кайфэн, ведя нищенское существование на подачки двора. Именно в эти годы он создал свои лучшие цы, наполненные воспоминаниями о былом могуществе и процветании, о горечи утрат:

 

Стоять одному мне

                          не нужно на башне без сна,

Смотреть, где осталась родная страна,

И, с нею в разлуке, теперь сокрушаюсь,

                          иные пришли времена.

Вода утекает, цветы опадают,

                          весна моя скрылась во мгле,

                                            ни на небе нет ее, ни на земле.

 

В его творчестве ярко проявилась такая до этого не свойственная жанру особенность, как выражение персональных переживаний автора. До настоящего времени сохранилось около 30 цы этого поэта.

Примечательно, что известная поэтесса Ли Цинчжао в своем теоретическом трактате «Рассуждения о цы» высказала мнение, что в досунской поэзии «только представители царствующего дома Ли к югу от Янцзы еще ценили изящество строк, поэтому [и были написаны] цы [с такими строками]: [Ветер] проник в башенку, замерзла яшмовая флейта и [Ветер] покрывает рябью весеннюю воду в пруду» [3]; и отметила музыкальность и оригинальность их строк, считая, что после них никто из поэтов не достигал подобного сочетания изящества и уникальных идей.

     Там же, в «Рассуждениях», Ли Цинчжао отмечает прекрасные строки одного из первых сунских поэтов, сочинявших музыкальные стихи, Чжан Сяня (990-1078). В 40 лет сдав экзамен на высшую ученую степень цзиньши, поэт довольствовался низкими чинами и вел разгульный образ жизни: занимался живописью, любил путешествовать, встречаться с друзьями-поэтами. Про него говорили: весь свой век сочинял стихи, пил вино, любил женщин, и увековечил себя музыкальными стихами…

 

И песни мы громко поем, выпивая,

                                  с кувшином вина на двоих.

Нельзя отвернуться от ветра с луною, весенних, шальных.

 

Его наследие насчитывает более 180 цы. В них он традиционно писал о любви и разлуке, о жизни чиновников-поэтов, их увеселениях и пирушках, о городской жизни. И надо сказать, такое времяпрепровождение не было редкостью для того времени. Чиновное сословие в эпоху Северной Сун имело немало привилегий, жили они в достатке, занимались изящной словесностью, встречались на пирушках, приглашая музыкантов и певичек. Кроме того, некоторые ученые-литераторы могли позволить себе содержать своих певичек-наложниц, которые развлекали их, исполняя сочиненные хозяином-поэтом цы под аккомпанемент лютни или цитры. Среди таких литераторов можно назвать прославленных поэтов Янь Шу и Оуян Сю, на чье творчество оказала большое влияние лирика южно-танских поэтов. По стилю их цы схожи с лирикой Фэн Яньсы.

     Янь Шу (991-1055) еще в юности проявил свои выдающиеся литературные способности и в 14 лет был удостоен ученой степени цзиньши III класса; получив должность при дворе, в итоге дослужился до звания первого министра. Проживая в богатстве и почете, очень любил гостей, и в его доме всегда звучала музыка и лилось вино. Среди застолья и увеселений гости обменивались стихами. Многие его песни посвящены встречам с друзьями, воспеванию женской красоты. Тональность этих цы радостная с ноткой грусти от мыслей о быстротечности жизни:

 

 Свою чашу наполни вином,

                      ароматы курильниц вдохни,

И забудешь тоску, будут ясными долгие дни.

 

Янь Шу оставил более 120 «изящных и нежных цы», обогащенных лексикой письменных памятников, аллюзиями и отсылками к известным стихам.

     Около 260 цы на 80 мелодий сочинил за свою жизнь Оуян Сю (1007 — 1072), поэт, историк, художник, каллиграф, политический деятель, познавший в своей карьере небывалые взлеты и падения. В 23 года он блестяще выдержал столичный экзамен на ученую степень, занимал самые разные должности при дворе, неоднократно был ссылаем в провинции, но возвращался, чтобы достичь еще более высокого положения. Составителя «Новой истории Тан», император назвал его «просвещенный конфуцианец». А сам он дал себе прозвища «Пьяный старец», а затем «Отшельник Люи», когда ушел в отставку и провел остаток дней в живописном поместье Инчжоу. В своих сочинениях поэт утверждал индивидуальность стиля на основе нравственных начал и творческого наития. Используя лексику философских сочинений, поэт дополнил тематику жанра созерцательностью в описаниях природы и раздумьями о судьбах родины:

 

На рынке Чанъани цветы покупаю,

                                печали в вине утопив,

Не лучше ли в горы вернуться родные,

                                 увидеть цветение персиков, слив.

И ветер восточный сдувает у странника

                                слезы, одну за другой,

Разлука, не высказать, как тяжела,

                                и даже во сне мне не сладить с тоской,

Когда я вернусь, и когда обрету я покой…

 

По арсеналу художественных приемов, богатству языка, идей и реминисценций его цы приблизились к стихам-ши.

Именно в этом и упрекала Ли Цинчжао в своих «Рассуждениях о цы» поэтов Янь Шу, Оуян Сю и Су Ши: «…их знания [были настолько обширны, что] охватывали и Небо, и человека, когда они писали небольшие цы, то будто черпали воду ковшом из океана. Все их стихотворения не более чем ши, напи­санные строками разной длины. [Они] также часто пренебрегали следованию правил гармонии тонов. Почему? Видимо, [потому что] ши и прозаические произведения отличаются друг от друга только [правилами] использования [иероглифов под тоном] пин и цзэ, а в цы [необходимо] придерживаться [правил] пяти звуков, пяти тонов, шести ступеней хроматического звукоряда, а также делить звуки на цин и чжо; и на цин и чжун…» [3].

     С присущими ему свободой и раскованностью, безудержными эмоциями, широким кругозором и душевным характером творчество Су Ши (1037 — 1101) было схоже по стилю с творчеством Оуян Сю, его учителя и покровителя. И судьбы их по части превратностей чиновничьей службы были схожи. Оба приверженцы конфуцианского мировоззрения, оба обращались к даоскому учению, что позволяло относиться к невзгодам с мудростью и спокойствием. И в цы Су Ши было много раздумий о смысле жизни, тоски по родным краям, заботы о жизни простого народа. Язык его цы обогатился лексикой изящной прозы и поэзии ши. В лирике Су Ши много стихов, посвященных друзьям и событиям реальной жизни. К названиям мелодий поэт добавил описание происшествий и мест, побудивших к сочинению этого цы, что ранее применялось только в ши. Пейзажной лирике его присущи необыкновенный динамизм, фантастическая метафоричность и широта обзора:

 

            На тысячу цинов – простор,

                                    прозрачное зеркало вод,

            Отраженье нефритовых гор….

            Внезапно поднимется несколько волн,

            И вот старика седовласого утлый

                                    высоко вздымается чёлн…

 

Сочинитель более 300 цы, талантливый писатель, каллиграф и художник, Су Ши утверждал единство этих важнейших для выражения личности и ее духовного потенциала видов творческой деятельности: живописи, каллиграфии и поэзии.

Таким образом цы перестали быть развлекательным романтико-эротическим жанром для пирушек и увеселений, а приблизились по своим свойствам и устремлениям, широте тем и выразительных средств, интертекстуальности – к высокой поэзии жанра ши, не уступая последней в популярности и распространенности.

 

     Успеха на поприще лирических песен достигли последователи Су Ши. Он заметил и оценил литературные способности Цинь Гуаня (1049–1100), отмечал, что тот обладает талантом Цюй Юаня и Сун Юя, и высоко ценя дружбу с ним, посвятил Цинь Гуаню такие строки:

 

            Не я ли таланты твои оценил

                                    среди пыли мирских забот?

            Достиг совершенства ты, друг мой,

                                  зачем же так много печали,

                                                            едва расставанье грядет?

 

Сохранилось 90 цы Цинь Гуаня, в которых он описывал певичек, запечатлевал в них свои скитания по горам и рекам со свойственным ему даром улавливать и передавать необыкновенные детали и приметы лирического сюжета:

 

            В драконов и змей обращаясь воочию,

                                  тучки клубились, вились,

            И прочь улетали, яснела лазурная высь…

 

     Другой последователь Су Ши – Хуан Тинцзянь (1045—1105) – любил экспериментировать с формой и языком, в его лексике встречается разговорная речь, диалектизмы, в то же время, стихи насыщены реминисценциями и цитатами, как он говорил: «Каждый иероглиф в стихах имеет свой источник» [4]. Поэт предлагал два пути в творчестве: передавать чувства с помощью заимствованных у известных поэтов образов, или воспроизводить идеи предшественников своими словами. Будучи художником, в своих цы, а их было свыше 180, поэт любил живописать природу:

 

            Сгущаются тучи, темнеют в ночи,

            И, словно во сне, опускается небо,

                                   и кажется — в нескольких чи…

 

А вот как отзывается о Цинь Гуане и Хуан Тинцзяне в своем труде «Рассуждения о цы» Ли Цинчжао: «Цинь делает акцент исключительно на выражении чувств, но использует мало аллюзий. Его цы можно назвать «красавицей из бедной семьи»: [девушка] может быть неимоверно красивой и чувственной, но, в конечном счете, ей будет не хватать манер того, кто рожден в знатности и богатстве. Хуан ценит превыше всего аллюзии, но [в его цы] большое количество недостатков, которые можно сравнить с прекрасной яшмой, имеющей пятнышко, отчего ее ценность уменьшается вдвое» [3].

 

     Ли Цинчжао (1084 — 1151), самой известной китайской поэтессе, довелось жить во времена заката империи Северная Сун; отец был крупным сановником и известным литератором, мать слыла начитанной и разносторонне образованной женщиной. В дом Ли часто приходили друзья, чтобы за чашей подогретого вина посостязаться в умении слагать экспромтом стихи на заданные рифмы. Одним из самых сильных увлечений Ли Цинчжао было коллекционирование книг и картин. И не случайно, что многие ее стихотворения вызывают в памяти пейзажи знаменитых живописцев сунского Китая.

Двадцати лет она вышла замуж за известного художника-гравера Чжао Минчэна. Во время частых разлук с любимым, получившим назначение на должность начальника округа, поэтесса посвящала себя поэзии. Грусть расставания, ожидание встречи, воспоминания о милых сердцу днях юности – таковы основные мотивы стихотворений-цы раннего периода Ли Цинчжао.

Под натиском воинственных племен чжурчжэней в 1127 г. пала столица Сунской империи Бяньцзин (совр. Кайфын). Ли Цинчжао разделила горькую участь сотен тысяч современников. Утрата родного крова, невзгоды, скитания, вынужденное бегство на юг и униженное положение, в котором оказалась страна, наполовину захваченная врагом, — все это нашло своё отражение в творчестве Ли Цинчжао последних лет ее жизни.

После смерти мужа поэтесса переезжала с места на место, порою жила в лодке, скиталась по рекам и озерам в районе Ханчжоу, столицы Южной Сун, а в последние годы жизни поселилась отшельницей в небольшом городке Цзинхуа. Тогда были написаны одни из самых известных ее строк:

 

А на Шуанси, все вокруг говорят,

                      цветенье намного сильней,

Туда поплыву

                      на маленькой лодке своей.

 Боюсь одного я, — стремительно хоть

                       течение горной реки,

 Не сдвинется с места челнок,

                      — так много тяжёлой тоски.

 

В них поэтесса использует замечательную метафору из цы Су Ши: Мой путь же на запад, / и с грузом тяжелой тоски расставанья // не сдвинуть уже челнока. До наших дней дошло около 50 прекрасных цы, вошедших в сборник под названием «Яшмой звенящие цы» «Отшельницы И-ань», как она себя называла.

Будучи еще совсем молодой, в 24 года (по другим данным 29 лет) поэтесса написала трактат, который стал первым теоретическим исследованием жанра цы. В некотором смысле он был довольно провокационным, поскольку в этом эссе Ли Цинчжао критически высказывается о творчестве 18 самых известных и признанных южно-танских и сунских поэтов. Кроме того, она первая в своем эссе за все время существования жанра провозглашает его самостоятельность и отмечает основные признаки, которые, по ее мнению, должны гармонично сочетаться: музыкальность, чувственность, изящество, оригинальность, детальность, аллюзии и цитаты. Тем самым она обосновывает уникальность цы и ставит их в один ряд с классической поэзией ши.

Несмотря на то, что современники отнеслись к работе поэтессы очень негативно, называя ее безрассудной и высокомерной, поскольку она, женщина, позволила себе критично отозваться о творчестве выдающихся поэтов, – таким образом она привлекла внимание к жанру и фактически легализовала его.

«Рассуждения» были написаны поэтессой в переломный момент ее творчества, отделяя ранние стихи от более зрелых, поздних. С возрастом она все более отдаляется от традиционных поэтических образов «печальной одинокой женщины». Ее цы все явственнее наполняются личными переживаниями и размышлениями, утрачивая привязку к произведениям предшественникам через аллюзии и отсылки, стремятся к личностному самовыражению, индивидуальности, независимости от традиций. Ее лирическая героиня приходит к примирению с быстротечностью бытия и к осознанию себя как поэта, свободного от каких-либо ограничений, взмывающего в своем творчестве ввысь, подобно мифической птице Пэн:

 

                      Вздымается ветром огромная Пэн

                                            на сто тысяч ли в синеву;

                      Но ветер почти что угас…

                      — О, ветер, ты лодку мою подхвати,

                                             к священным горам поплыву...

 

 

из книги: «Весна в яшмовом тереме» Китайская поэзия в жанре «цы»

в переводах Алёны Алексеевой

 

 

                                                                                                       

Примечания:

____________________________________________________________________________

1Алексеев В. М. Китайская литература: Избранные труды. М.: Наука, 1978. С. 108.

Алимов И.А., Кравцова М. Е. История китайской классической литературы с древности и до XIII в.: поэзия, проза 2 ч «Петербургское Востоковедение» Санкт-Петербург 2014 с. 1001.

Respectus philologicus 2016 № 30 / Анна Дащенко «Рассуждения о цы» Ли Цинчжао. Vilniaus universiteto Kauno humanitarinis fakultetas, 2016 с. 35.

4 Духовная культура Китая. Энциклопедия. В 5 томах. Том 3. Литература. Язык и письменность. Институт Дальнего Востока РАН, Восточная литература, 2010 с. 62.

 




Алёна Алексеева, 2022

Сертификат Поэзия.ру: серия 338 № 166344 от 10.03.2022

1 | 3 | 627 | 07.12.2022. 17:00:15

Публикация перенесена в Колонку редактора. Рубрика "Лавровая роща".

Ай, поэты- молодцы!
Даже души их с изнанки
у японцев -в виде танки,
у китайцев в жанре ци!
 Очень интересно. спасибо.

Любители хмельного, мудрецы

Живут вовек в поэзии востока:

Тумана, гор и горного потока,

От хокку с цзюэцзюй до жанра цы.

Лев Владимирович, моя благодарность безгранична (в пределах разумного)!