Pоберт Лоуэлл-41 Сонеты из книги "История".

Дата: 30-10-2019 | 06:06:29

Роберт Лоуэлл Играя с критиком в мячик (Ричарду Блэкмуру).
(С английского).

Писатель привык соблюдать все нормы -
и власти приятна такая политика.
Так вряд ли одёрнет настырного нытика,
а лишь улыбнётся, чтоб не было шторма.
Это не вроде тампона и бинтика,
попросту чувство достойной формы,
чтоб не взорвать спокойной платформы,
но не принять фанатизма критика.
Жизнь - не такая, чтоб славить молитвенно,
лучше б пройтись по Нью-Йорку, быть может,
не замутивши свою сердечность:
стать и припомнить слова Уитмена:
"Давший мне доллар щедро поможет,
не спотыкнувшись, следовать в вечность".

Robert Lowell Playing Ball with the Critiс
(For Richard Blackmur)

Writers can be taught to return the ball
to the police, smile and even like it;
the critics like it, smile, kick back the ball.
Our hurt blue muscles work like testicles;
how will we learn to duck and block the knock ?
IS IT A FORM OF A FORCE, OR SENTIMENT FOR FORM ?
YOUR VISION LACERATES YOUR SINTAX.
THE LOGIC IS THE ZEALOTRY...IN YOUR FIRST, BEST, BOOK,
YOU DON'T DISTANCE YOURSELF FROM THE ODDITIES OF LIFE....
I wish I could saunter the grassy streets of old New York,
becoming every object I looked at,
stop for the unhurried, hear old Walt Whitman:
"If you will lend me a dollar, you will help
immortality to stumble on".

Примечание.
Ричард Палмер Блэкмур (1904-1965) - американский литературныый критик и поэт,
видный профессор Принстонского университета, штат Нью-Джерси.

Роберт Лоуэлл Outlaws, a Goodbye to Sidney Nolan
(С английского).

Вот вижу: у тебя солдаты-ветераны
играют в кегли в По - культями, вместо жменей, -
они безвинны и без всяких угрызений,
хоть убивали, - и безвинны были бусурманы.
Твой Келли был избит: кровоточили раны...
"Когда был храбрым вожаком разбойный гений,
у соучастников всех дерзких нападений
от денег раздувались все карманы:
двойная плата... - От сельчанок нет отбоя"...
Два пня плывут - как два гусиных костяка
вверху потока вдоль теченья Пенобскота,
да пять бакланов мчатся шумною гурьбою.
Мы ж разболтались как два старых чудака -
так нам обмозговать всю истину охота...

Robert Lowell Outlaws, a Goodbye to Sidney Nolan

I see the pale, late glaze of an afternoon,
and chopped French conscripts of World War II
in stumps and berets playing BOULES at Pau -
what's more innocent than honorable foemen
giving their lives to kill the innocent ?
Your Ned Kelly mugged and bloodied at Barracks Hall...
"My blood spoils the lustre of the paint on their gatepost;
when the outlaw reigns, your pocket swell;
it's double pay and double country girls...."
Two rootstumps sit upright like skeletons of geese
sailing the outtide Penobscot on a saddle of drift;
five cormorants, their wing-noise lake panting hounds -
Old Hand, we sometimes feel a frenzy to talk,
but truth, alas, is the father of knowing something.

Примечания.L
Сидни Нолан (1917-1992) - знаменитый австралийский художник, иллюстрировавший
книгу Роберта Лоуэлла "Near the Ocean" (1967).
Boules - французская забава, вроде кеглей. Pau (По)- город во Франции, в
Новой Аквитании, бывшая столица Беарна, возле Пиренейских гор, в 85 км от
испанской границы, ныне центр департамента.
Пенобскот - река и залив в США, в штате Мэн.
Нед (Эдвард) Келли (1854-80)- впоследствии повешенный по суду в Мельбурне австралийский разбойник, организатор банд, грабитель, убийца (главным образом полицейских), объявленный вне закона (outlaws); носивший железные латы и шлемы.
Он же - герой легенд и яростный борец против жестоких колониальных законов. У Сидни Нолана - он персонаж большой серии известных рисунков. В Интернете всё
подробно рассказано и иллюстрировано.

Роберт Лоуэлл Кузнечики. - Стенли Кьюницу, 1970
(С английского).

Скажи, не позабыл ли Вустерской погоды ?
Лишь пробужусь - анданте - будто стон.
Какой-то страх грозит со всех сторон,
но в Интернате крепки были своды.
Мой скунс всё рвался из вольера на свободу.
Когда наш летний дом был возведён,
ещё не действовал в стране сухой закон...
Да помню тридцать пятый класс... - а вслед невзгоды !
Дохнул Баззардс - и где ж крокетная площадка ?
Так и пошло... Весь век - зачёркнутая строчка.
Мы в чёрных галстуках - вина не пить нам впредь.
Ровесников уж нет - пропали без остатка.
Всё счастье - вырваться в печать... Да любит дочка !
Кода нам радостно, не знаем, что нам спеть.

Robert Lowell Grasshoppers, for Stanley Kunitz 1970

Who else grew up in the shadow of your Worcester, Mass ?
Why do I wake with a start of pathos to fear,
half-lifeless and groaning my andante -
see my no-Jew boarding school near Worcester,
class of '35 whittling... OUR 35th;
our pre-Prohibition summer cottage,
Buzzards Bay killing the grass for our croquet,
my homemade cases for fled skunk and turtle,
the old world black tie dinner without wine,
the lost generation sunset, its big red rose ?
It is our healthy fifty years we've lost,
one's chance to break in print and love his daughter....
We say the blades of grass are hay, and sing
the Joyful the creatures find no word to sing.

Примечание.
Сонет посвящён Стэнли Кьюницу (1905-2006), американскому литературному критику;
редактору; знаменитому поэту, чьи стихи переведены на многие языки. Кьюниц вырос в Ворчестере (он же Вустер), родился в семье иммигрантов из Литвы. Учился в Гарварде, был фермером, служил в армии, преподавал в университетах, стал знаменит
в 1959 г., когда получил Пулитцеровскую премию. Дважды, в 1974 г. и 2000 г. был
поэтом-лауреатом. Переводил на английский стихи Анны Ахматовой, Осипа Мандельштама, Андрея Вознесенского, Евгения Евтушенко. Его стихи на русский язык
переводили Андрей Яковлевич Сергеев (1933-1998), Владимир Бойко, Андрей Пустогаров.
Баззардс - океанский залив в районе мыса Кейп Код.

Роберт Лоуэлл Елизавете Бишоп I.Вода (25 лет тому назад).
(С английского).

Ты помнишь Стонингтон, его крутые горки,
откуда плыл народ работать на карьер, -
и дюжины домов, поверх высоких шхер,
белели издали, как устричные створки.
Мы, сидя на скале, чей цвет был просто сер,
глядели в даль на яхты и моторки,
а камень обретал в воде цвета махорки
и даже пурпура в лучах с небесных сфер.
Для ловли рыбаки построили плотины,
и рыбы - по одной, а то и в целой стайке -
там суетились и вверху и возле дна.
Тебе привиделось, как будто ты ундина.
Мы возмечтали век летать туда, как чайки …
Жаль, осенью вода там слишком холодна.

Robert Lowell For Elizabeth Bishop (twenty-five years) I. Water

At Stonington each morning boatloads of hands
cruise off for the granite quarry on the island,
leaving dozens of bleak white frame houses stuck
like oyster shells on the hill of rock. Remember ?
We sit on the slab of rock. From this distance in time,
it seems the color of iris, rotting and turning purpler,
but it is only the usual gray rock
turning fresh green when drenched by the sea....
The sea flaked the rock at our feet, kept lapping the matchstick
mazes of weirs where fish for bait were trapped.
You dreamed you were a mermaid clinging to a wharfpile,
trying to pull the barnacles with your hands.
We wish our two souls might return like gulls to the rock.
In the end, water was too cold for us.

Примечание.
К этому эпизоду своей молодости Роберт Лоуэлл обратился в своих стихах не единожды. Дружеская переписка двух поэтов и их сотрудничество сохранялись долгие
годы.
Стонингтон. Город с таким названием есть в штате Коннектикут, но здесь речь идёт
о городке в Штате Мэн, рядом с которым на остове имеется карьер, где добывается
гранит. Городок славится большим количеством отлавливаемых там омаров (лобстеров).

Роберт Лоуэлл От Елизаветы Бишоп 2.Кэстин, Мэн
(С английского).

Будь ты здесь в драных джинсах, Кэстинскую площадь
"АМЕРИКАНСКИЙ ПАРЕНЬ" взял бы для обложки.
Увы ! Тебя закрыл забор - четыре ярда.
Для жизни не сыскал ты многих разных мест -
привязан лишь к одной привычной долготе.
Четыре Джорджа сочиняли гороскоп.
Безумный Третий в капюшоне с бубенцами
лишь Новою Шотландией был признан.
Глухой, слепой, седой, он в Англиканской церкви,
сопровождая хор, бренчал на клавикордах.
Так лучше будь ты хоть конём, хоть сицилийцем;
и в собственной гостиной в Гринвич Виллидж
пей что покрепче и не ходи из дома.

Robert Lowell For Elizabeth Bishop 2.Castine Maine

Teenage patched jeans and softball - the Castine Common
looks like a cover for THE AMERICAN BOY.
My twelve-foot cedar hedge screens out the human.
NORTH AND SOUTH, Yarmouth to Rio, one Atlantic -
you've never found another place to live,
bound by your giant memory to one known longitude.
Britain's Georges rule your horoscope;
long live mad George Three in cap and bells,
king in your Nova Scotia, nowhere else -
a whitebeard, deaf and blind, singing Church of England
hymns he accompanied on his harpsichord.
"I wish I were a horse", you say, "or a Sicilian
sitting in my own Greenwich Village bar,
standing drinks... and never going outdoors".

Примчания.
Тему этого сонета Роберт Лоуэлл разрабатывал предварительно за несколько лет
раньше. В рукописи стихотворения "For Elizabeth Bishop: Flying to Rio de Janeiro
1956" содержатся следующие строки:
"You, with those Hanoverians' dreadnought force,
the eyes of Argus, wish you were a horse,
or some pater familias Sicilian
in Greenwich Village, fixed to play the host,
stand blood relations drinks, and never go outdoors,
yet throw your weight about like Robert Frost".

Приблизительный перевод:
"Ты с этой ганноверской дредноутной силой,
с глазами Аргуса; жаль, что ты не лошадь,
либо некий сицилийский pater familias,
исполняющий роль хозяина в Гринвич Виллидж,
но всё же используй свой вес, как Роберт Фрост"...

Гринвич Виллидж - особый исторический зелёный район Нью-Йорка, где проживают
многие знаменитости и много учебных заведений.
Кэстин, штат Мэн, - небольшой старинный город на востоке штата Мэн, живописный
интересный туристский центр и бывшая столица старой Акадии.
О Елизавете Бишоп.
"North and South" - название её первой книги. Ярмут - город в Новой Шотландии.
Поэтесса родилась в Вустере, жила и в Новой Шотландии и в Вустере, училась в
Новой Англии, жила в Нью-Йорке, во Флориде, в Бразилии. Вернулась в Новую Англию.
Об английских Георгах: первый стал королём в 1714 г. Были второй, третий и четвёртый. При Георге Третьем (1738-1820) американские колонии добились независимости.

Роберт Лоуэлл От Елизаветы Бишоп Письмо со стихами
(С английского).

"Сейчас я мучаюсь, в душе моей досада.
Такого не было давно, по крайней мере.
Беда такая, что сама не верю.
И ты волнуешься... Но я прошу: НЕ НАДО !
Блуждал ли ты когда-нибудь в пещере ?
Со мною в Мексике такое, что не рада.
Судьба меня пригнула без пощады,
и, вместо славы, лишь одни потери.
Я, спотыкаясь, двигаюсь вперёд.
На каждом из очей моих - бельмо.
Лишь видя первый проблеск, не реву.
Надеюсь выйти - свет меня влечёт.
Бальзамом стало мне твоё письмо:
как будто ты прислал фонарь и булаву..."

Robert Lowell Elizabeth Bishop 3. Letter with Poems for Letter with Poems

"You are right to worry, only please DON'T,
though I'm pretty worried myself. I've somehow got
into the worst situation I've ever
had to cope with. I can't see the way out.
Cal, have you ever gone trough caves ?
I did in Mexico, and hated them.
I haven't done the famous one near here....
Finally after hours of stumbling along,
you see daylight ahead, a faint blue glimmer;
air never looked so beautiful before.
That is what I feel I'm waiting for:
a faintest glimmer I am going to get out
somehow alive rom this. Your last letter helped,
like being mailed a lantern or a spiked stick".

Роберт Лоуэлл Елизавете Бишоп 4.
(С английского).

Полотнам требуется прочная подпитка,
лишь щедрые мазки из яркой смеси красок,
при том флуоресценция, взамен PLEIN AIR'a, -
и выйдут лунные янтарные ландшафты...
Их Райдер выставлял потом дозреть на Солнце.
Сменялся тон картин. Все весили солидно.
Кого ж убьют, покуда всадник мчится вскачь ?
Вот гусеница быстро лист переползает,
вцепилась на краю; повиснув, завертелась:
пример старания чего-нибудь достигнуть...
Ты взвешиваешь в воздухе слова годами;
не завершивши закрепляешь на доске,
но после выставишь в непредставимой фразе.
Ты - Муза ! Ты простое делаешь прекрасным !

Robert Lowell For Elizabeth Bishop 4.

The new painting must live on iron rations,
rushes brushstrokes, indestructibles paint-mix,
fluorescent lofts instead of French PLEIN AIR.
Albert Ryder let his cracklet amber moonscapes
ripen in sunlight. His painting was repainting,
his tiniest work weighs heavy in the hand.
Who is killed if the horseman never cry halt ?
Have you seen an inchworm crawl on a leaf,
cling to the very end, revolve in air,
feeling for something to rich to something ? Do
you still hang your words in air, ten years
unfinished, glued to your notice board, with gaps
or empties for the unimaginable phrase -
unerring Muse who makes the casual perfect ?

Примечания.
Альберт Пинкхэм Райдер (1847-1917) - американский художник-тоналист, ставший
широко известным в основном только после смерти. Считается зачинателем модернизма
в живописи. Оставил около 150 морских пейзажей и аллегорических картин с мифологическими и литературными персонажами, исполненных в небрежной манере с
изобилием применённой краски в смеси с лаком. Картины наполнены светом, обычно лунным в жёлтых тонах. Многие не выдерживают времени, темнеют и осыпаются.

Резюме.
От изобильного мазка
лишь ускоряется процесс,
и возрастает интерес
и простака, и знатока.
Что ж ! Райдера не мучил стресс.
Была щедра его рука;
манера творчества - ярка.
Картины обретали вес.
Его пленяли облака.
Он зажигал огни во мраке.
Его путём пошли французы...
Хоть жизнь бывала нелегка,
смешавши колеры и лаки,
он исполнял внушенья Музы.

Роберт Лоуэлл День памяти, Лондон. 1970-е.
(С английского).

Печатный отзыв: не обида так комфорт.
Но обо мне ни строчки нет в газете.
Трагическая весть гуляет в целом свете:
портреты славной спринтерши - мисс Борд.
Ей было двадцать два. Ушла в самом расцвете.
Увы ! Потерю пережил не только спорт.
Наш клуб поэзии - не самый прочный форт.
Нет более Рут Фокс - и это не в секрете.
Там Френсис Джонс всем предлагает для покупки
творение Рут Фокс "A Catch or Key" - в стихах...
В день памяти, воздавши честь героям,
прошли волынщики, надев на чресла юбки.
Их командиры были в чёрном, в котелках,
и следом дочери их шли парадным строем.

Robert Lowell Remembrance Day, London 1970's

Flipping the SUNDAY for notice of my new book,
I lost my place to a tall girl, a spine and ribs;
she bought every paper, even NEWS OF THE WORLD -
she had reason, her face on every front page:
Olympic runner, Lilian Board, and twenty,
told yesterday she is a cancer victim....
In my coat I found a leaflet: "Our beloved
Ruth Fox...her first and last book, CATCH OR KEY,
JOURNEYS TO FAR OFF LANDS OR STROLLS AT HOME,
was read by Frances Mintern Jones at the service
last Friday in the New England Poetry Club...."
The remembered live, bagpapers in tan kilts,
their old officers in black suit, bowler and poppy,
their daughters on the sidewalk keeping their step.

Примечания.
Lilian Board (1948-1970) - британская бегунья. Серебряная медаль за четырёхсотку
на летней Олимпиаде в Мехико в 1968 г. Две золотые медали на Европейском чемпионате в Афинах в 1969 г.
Ruth Berrien Fox - поэтесса, её книга вышла в свет в 1969 г.

Роберт Лоуэлл Those Older I
(С английского).

Они уходят прочь с застывшим торжеством -
лишь вырастут потом на расстоянье
в омытом радугами одеянье,
представши будто бы в бинокле полевом.
Кузина Белла, тётя Сара - два созданья,
взлелеянные всем почтеннейшим родством
и не сменившие фамилии потом,
ушли, как хетты, в вечное преданье.
Сердца родных страдают, как от пытки
Тоска и боль, и нет с собою слада...
И наступило время резкой глухоты.
Как будто в раковины спрятались улитки -
вот первыми в семье ушли родные чада...
Они - не куклы, а похожи на цветы.

Robert Lowell Those Older I

They won't stay gone, and stare with triumphant torpor,
as if held in my fieldglasses' fog and enlargement,
in garments washed by the rainbow, and formal with time,
elders once loved by older elders in a Maytime
invisible to us as the Hittites. I'm too old
to date their coming or going - those late people:
Old Aunt Sarah and Cousin Belle. God stamped
them with one maiden name FOR LIFE - blood-rich
and constellations from the dancing heart.
Our first to die...so odd and light and dry...
children from a child's lost world...they left
hooded in snail-shells, the unassailable
deafness of their formidable asperity -
our girls...less than a toy, and more than a flower.

Роберт Лоуэлл Those Older 2
(С английского).

Все гильотины льнут к широким площадям.
Меж жертвами и смертью нет преград.
Я нагляделся лет за пятьдесят,
как старшие бредут туда по всем путям:
не слышат, как больные вязы лишь скрипят,
и нечем там дышать ни сливам, ни дубам.
И не понять, зачем их высадили там.
Народ чуждался и трудов, и эскапад.
Безлика внешность ставших там домов.
Там теней нет, и вид из окон не закрыт,
и кладбища солдат - везде, по всей стране...
Лишь смотрят с неба караваны облаков
на многократно расплодившийся гранит...
Зимой, как ни пройду, - всё в снежной белизне.

Robert Lowell Those Older 2

No fence stands up between death and his object,
the guillotine sings the hollow green wilderness -
those older...I have had them fifty years;
they are gone astraying down a backward street,
not hearing the Dutchblight fritter the green elm -
old prunes and tarbone trees vulnerable to a breath,
forgetting why they put down roots near us to chill
a generation who feared exercise.
And I face faceless lines of white frame houses,
sanded, stranded, undarkened by shade or shutter...
mass military graveyard of those before us,
rich and poor, no trees in the sky - one white
stone multiplied a thousandfold and too close -
if I pass quickly, they melt to a field of snow.

Добрый день, Владимир Михайлович!
В первом стихотворении меня удивил перевод immorality, как вечность. Я поняла, что это опечатка. Immortality? И улыбнулась этой опечатке. В "Стенли Кьюницу" в последней строке перевода маленькая опечатка. 
Мне нравится то, что Вы используете точную рифму В оригинале рифма присутствует, но если следовать ему, нужно изыскивать рифмоиды, а для меня, например, это очень сложно.
Ещё хотела Вам сказать, что иногда лень переводить или нет настроения, а зайдёшь на страницу НЛ, увидишь Вашу подборку, и становится стыдно за каждый пустой день. Спасибо Вам.

Наталии Корди
Спасибо за указанную ошибку.
Конечно, в оригинале IMMORNALITY.
И большое спасибо за всё сказанное. По сути дела я
всю книгу Роберта Лоуэлла с грехом пополам уже, как
сумел, переложил. Теперь буду с интересом ждать,
кто переведёт или перескажет лучше.
ВК