Чарльз Маккей. Прекрасная змея

Дата: 02-05-2019 | 08:56:16

При виде полночной дороги
Легонько, словно иглой,
Мне кончики пальцев колет
В предчувствии твари злой.
Она ползёт, извиваясь,
Шипит, искрясь на свету,
Мерцающим разноцветьем
На блики дробя темноту.
Змея с головою женщины,
Чьи пряди волос вразлёт.
Глупец, прикасаясь к ней,
Душу храни от невзгод.

Она шелестит по дороге,
И краше зрелища нет;
Хоть очи её как солнце,
Пылает в них адский свет.
Мертвящий запах дыханья
И шёпота вкрадчивый яд,
Её касания нежные
Ужасной смертью грозят;
Смерть от сердечной боли,
Крах и печальный исход.
Глупец, её отторгая,
Душу храни от невзгод.

В сонмы сердец достойных
Змеи этой яд проник,
Взгляд её обжигает,
Чары наводит язык.
Пищи и развлечений
Пасть ненасытная ждёт.
Тьма кораблей прекрасных
Исчезла, как в оттепель лёд.
Власть и богатство, истаяв,
Дымкой ушли в небосвод.
Глупец, её не касайся,
Душу храни от невзгод.

Будет витийствовать в танце
Под флейту и хруст банкнот,
Твой кошелёк опустеет -
Тотчас тебя убьёт.
Она сладкозвучной песней
Тебя обольстит без затей,
Кольцом обовьёт елейно,
Чтоб плотью питаться твоей.
Бойся коварной Горгоны,
В чьих локонах змеи вразлёт.
Глупец, прикасаясь к ней,
Душу храни от невзгод.



THE FAIR SERPENT
Charles Mackay

I LOOK o’er the midnight pavement,
And the pricking of my thumbs
Tells me, before I see it,
That something wicked comes.
It winds, it trails, it hisses,
It flashes in the light,
And gleams with its many colours
Through the darkness of the night.
A serpent, woman-headed,
With loose and floating hair.
Beware, O fool, how you touch it
Beware for your soul, beware.

’Tis beautiful to look at,
As it rustles through the street,
But its eyes, though bright as sunshine,
Have the glow of hell’s own heat
And worse than the deadly up as
Are the odours of its breath
Its whispered words are poison,
Its lightest touch is death
Death to the heart’s affection,
RObbery — blight — despair
Pass on, O fool and scorn it,
And beware for your soul, beware.

Many a noble bosom
Has that scaly serpent stung,
With the darting of its eye-light,
And the Witchery of its tongue
And to feed it and amuse it,
And pamper its greedy maw,
Many a goodly heir ship
Has gone like the ice in thaw
Fortune and wide dominion
Have melted into air.
Pass on, O fool nor touch it
And beware for your soul, beware.

’Twill dance, and frisk, and gambol
As long as you pipe and pay,
But as soon as your purse is empty,
’Twill turn on you and slay.
’Twill murmur soft sweet music,
To draw you to its mesh,
And coil about you fondly,
To feed upon your flesh.
Beware of this flaunting Gorgon,
With the snakes in her wavy hair
Beware, O fool, how you touch her
Beware for your soul, beware.

Вот змея-то!
По-моему, автор не разобрался а освещением, а вслед за ним и Вы повторили то же.
Нина Николаевна, пальцы колет в предчувствиИ.
У меня есть несколько мелких претензий, но ограничусь этим замечанием.

Александр Владимирович,
а что Вас смутило с освещением? По-моему, и у автора, и у меня всё логично.
Спасибо, исправила.

Меня смущает искрение на свету в темноте.

В оригинале:
Она вьется, она тянется, она шипит,
Она вспыхивает на свету
И проблескивает многоцветно
Сквозь ночную тьму.
Наверное, она искрится в лунном свете, дробя темноту вокруг.

понятно, но я прочитала и увидела иначе: здесь ключевое слово ползёт, а ползёт она по уличной дороге, где зоны, освещённые уличными газовыми фонарями, сменяются неосвещёнными участками. Поэтому она на свету искрится, а в темноте есть только блики.

В самом деле: в оригинале pavement. Но у Вас-то дорога.
В общем, новый повод для размышлений.
Кстати, уберите зпт: очи ее как солнце - это часть сказуемого.
Когда она шелестит, это скорее слышно, чем видно.

я бы не стала расчленять восприятие на отдельные чувства, здесь всё вместе: и зрение, и слух, и шестое чувство.

Нина, лучше в этих строках поменять порядок слов

Глупец, прикасаясь к ней,

Глупец, к ней прикасаясь


Глупец, отторгая её,


Глупец, её отторгая


так ритм сохраняется лучше



Александр, это дольник, а не ямб. Я о первом примере.

Александр Викторович, обязательно подумаю, были разные варианты. Спасибо!

Нина, как же здорово Вам удаются женские образы! И в стихах, и в переводах. Ещё не пришёл в чувство после знакомства с Вашей девушкой из литейного цеха и вот уже женщина-змея!...

 

 

''При виде полночной дороги…''

                            Нина Пьянкова.

 

То ли ветер ночной, то ли птица

шелестят в юных кронах листвой.

Словно женщина телом змеится

Млечный путь в бликах звёзд подо мной.

Невесомый и непостижимый

он любви бесконечной сродни.

Месяц, стражник небес одержимый,

над влюблёнными гасит огни.

Аркадий, спасибо!

Как же мне нравятся Ваши комментарии! Хочу поделиться с Вами предысторией перевода. Не секрет, что я стараюсь выбирать авторов и стихи, которые раньше никем не переводились. Так было и с Ч. Маккеем. Возможно, я бы прошла мимо этого стишка, но привлекла яркость образа, хотя трактовка стандартная: Горгона – воплощение женского коварства. Но я вспомнила вдруг стихотворение замечательного самарского поэта Евгения Чепурных, прочитанное несколько лет назад, и меня поразило то, как по-разному два поэта увидели эту мифологическую героиню. У Е. Чепурных понимание и сочувствие (ведь это не её вина, а беда), у Ч. Маккея восхищение красотой и осуждение коварства. Захотелось перевести и увидеть контраст. И в Вашем экспромте только красота и любовь! Вот стихотворение Е. Чепурных, не перестаю удивляться глубине его поэтического взгляда, доброте и человечности, и умению поделиться своим видением с читателем. 


https://www.stihi.ru/2015/03/18/6241

Горгона

Чепурных Евгений Петрович

 

Прости нас за счастье,
Медуза Горгона.
Ты плачешь без слёз
И страдаешь без стона.
И сыплются в бездну нездешней любви
Прекрасные, страшные кудри твои.

Ты быстро и нежно навек забывала,
Кого целовала, кого убивала.
И помнят лишь змеи кудряшек твоих
Их чистые взоры, их пламенный стих.

Но только лишь ветер зеркальный повеет,
Уснут навсегда чернокожие змеи.
И звон электрический
Полночь пробьёт
На тысячи лет – и назад, и вперёд.