Роберт Лоуэлл - 19 Сонеты об истории

Дата: 26-04-2019 | 04:35:51


Роберт Лоуэлл-19   Ганнибал 1   Треббия
(С английского).

Суровая заря глядит с отрогов гор.
И Треббия шумит, бурлива и багрова.
С утра поят коней, а всадники готовы
по зову звонких труб дать римлянам отпор.
Хоть спорит Сципион и лжёт авгурский хор,
погода - никуда и небеса суровы,
но сам Семпроний твёрд, а ликторы – по слову -
поднимут топоры и выкажут задор.
На небе - будто кровь - огни-протуберанцы.
Горят селения примкнувших к африканцу.
И слышно, как вблизи трубит взъярённый слон.
Упорный Ганнибал - в своём военном стане.
Он верит в свой триумф. Вот конный эскадрон.
Пехота - вслед за ним. Идут карфагеняне.

Robert Lowell   Hannibal 1   Roman Disaster at the Trebbia

The dawn of an ill day whitens the heights.
The camp wakes. Below, the river grumbles and rolls,
and light Numidian horsemen water their horses;
everywhere, sharp clear blasts of the trumpeters.
Though warned by Scipio, and the lying augurs,
the Trebbia in flood, the blowing rain,
the Consul Sempronius, proud of his new glory,
has raised the axe for battle, he marshes his lictors.
A gloomy flamboyance reddens the dull sky,
Gallic villages smoulder on the horizon.
Far off, the hysterical squeal of an elephant....
Down there, below a bridge, his back on the arch,
Hannibal listens, thoughtful, glorying,
to the dead tramp of the advancing Roman legions.

Примечание.
В основу этого стихотворения положен известный сонет Хосе-Мариа де Эредиа.

Роберт Лоуэлл   Ганнибал 2   Жизнь
(С английского).

Кинь Ганнибала на весы - в нём мало фунтов.
Вся Африка была мала тому вождю,
хоть в ней есть место даже редкостным слонам,
каких он вёл из Эфиопии в Европу.
Он шёл сквозь Пиренеи, не устрашился Альп.
Пусть было множество препятствий на дорогах -
Италия пред ним ! Но путь не завершён:
Рим жив ! Над Форумом нет стягов Ганнибала.
Что за лицо для живописца ! - Но одноглаз.
Прославлен !- Но как другие, бывал и бит.
Итог: слуга царька, пыхтящего прожёры...
Сам выпил яд да умер....Давай, чудак, ступай
сквозь Альпы и Тибет ! Стань пурпурной картинкой
для школяров. Пусть обсуждают-восхваляют.

Robert Lowell   Hannibal 2 The Life

Throw Hannibal on the scales, how many pounds
does the First Captain come to ? This is he
who found the plains of Africa too small,
and Ethiopia's elephants a unique species.
He scaled the Pyrenees, the snow, the Alps -
nature blocked his road, the derricked mountains....
Now Italy is his. "Think nothing is done,
till Rome cracks and my standards fly in the Forum".
What a face for a painter; look, he's a one-eye.
The glory ? He's defeated like the rest,
serves some small tyrant farting off drunken meals...
and dies by taking poison...Go, Madman, cross
the Alps, the Tibet - be a purple patch
for schoolboys, and their theme for declamation.

Примечание.
В качестве основы для этого сонета Роберт Лоуэлл выбрал отрывок из
десятой сатиры древнеримского поэта Ювенала.

Роберт Лоуэлл     Конец саги
(С английского).

Кримхильда кричала: "Друзья да слуги !
Мы больше не выпустим их из зала,
и если упустим, так всё пропало:
убьют нас, как только остудят кольчуги".
И видит: там трупы, с них кровь побежала.
А кто ещё жив в том пылающем круге,
те пьют эту кровь в предсмертной натуге,
чтоб кровь эта, вместо вина, охлаждала.
Все лица врагов перепачканы кровью...
Пытаются павших отнять у огня,
но "Beines brichts, Herzen nichts" -
что тронешь, всё жжётся.
Пусть силятся выйти, вопя и стеня...
Над пепелищем Кримхильда смеётся:
"Уже не будет в их сагах злословья !"

Robert Lowell     End of the Saga

"Even if they murder the whole world,
we'll hit them so hard, they'll never tell the story".
Kriemhild was shouting, "If they get to the air
and cool their coats of mail, we will be lost".
When the great hall was fired, we saw them kneel
beside their corpses, and drink the flawing blood -
unaccustomed to such drink, they thought it good,
in the great heat, it tasted cooler than wine.
They tried to lift their brothers from the fire,
they found them too hot to hold, and let them drop.
"O why are we so wet with our lifeblood ?
Beines brichts, Herzen nichts…."
Kriemhild on horseback laughs at hem, as well she may,
the house is burned, and all her enemies killed.

Примечание.
Кримхильда - центральный женский персонаж средневекового эпоса "Песнь о Нибелунгах". Роберт Лоуэлл не следует известным вариантам текста - создаёт свой.

Роберт Лоуэлл     Элоиза и Абеляр
(С английского).

В нём был глубокий философский дар -
и молодая Элоиза увлеклась:
как кошка с карпом завязала связь
Упрямым духом задышал с ней Абеляр.
Его шпыняли, нанесли лихой удар,
судили, книгу жгли, затаптывали в грязь,
но Элоиза, устояв, до смерти не сдалась,
Весь мир узнал ей бесстрашный жар.
Шли диспуты: шумел нешуточный базар.
В церковных распрях доходило до экстаза.
Лишь Аристотель был у парочки в резерве,
но Абеляр служил познанью, как Минерве.
Лишь нехотя терпел его Святой Бернар.
Он сам не отступил от мистики ни разу.

Robert Lowell     Eloise and Abelard

We know what orthodox analysis
could do with her, the talented, the taloned
cat hooked on the cold fish of Abelard.
They were one soul, but now her mind is dust,
and his assaulted ember is extinct.
After his imprisonment, energy came
to the woman such as she had never known,
sprinkling Paris like a fresh flow of blood,
old Sorbonne argot, shit on Saint Barnard
in love with his voice and sold to the police....
Abelard's tortured debater's points
once flew to the mark, feathered with her ecstasy,
and stamping students, then he fell like lightning,
in love with the dialectic, his Minerva.

Примечания.
Пьер Абеляр (1073-1142) - философ, проповедник, поэт, музыкант.
Элоиза (1100-1164)- его жена, образованная женщина, настоятельница монастыря.
Святой Бернар (1090-1153) - богослов, авторитетнейший церковный деятель начала
XII века.


Роберт Лоуэлл Армия Немурского герцога
(С английского).

Йейтс нас предостерёг, и не лукаво,
чтобы не путали, где палец, где морковка:
где просто мелочь - рекогносцировка,
где грозная война для мести и для славы.
Немурские войска в поход шагали браво:
наёмникам была к лицу экипировка,
у итальянцев есть природная сноровка,
и с ними стадо коз вели для их забавы.
Немурский герцог - как его по имени ? -
меж полководцев был почти Наполеон:
ценитель раззолоченных попон,
постиг достоинства любого вымени.
Вопрос: какую ждали дань войска и он,
когда вошли в захваченный Лион ?

Robert Lowell Army of the Duc de Nemours

Yeats anxiously warned us not lend a high
degree of reality to the Great War.
There are wars and wars, and some are high-notes
on scale of sexual delirium
running the gamut of Moses' anathemas:
wantonness, sodomy, bestiality.
I am a Catholic because I am a wanton.
Italian mercenaries besieging Lyons
for the Duc de Nemours hazzaed great flocks
of goats before them - no billies, two thousand udders
decked out in green sportscoats fringed with gold.
They served a sound man for a mistress. Small war,
one far distant from our army mascots -
but who will tell us now what Lyons paid ?


Роберт Лоуэлл   Кентербери
(С английского).

Здесь рыцари лежат. Иной в турнире пал.
Всю жизнь играли в шуме, да в дыму.
Дрались за женщин. Затевали кутерьму.
Любой на бой с собой хоть чёрта вызывал.
Вот Чёрный Принц, сжимающий миссал -
в доспехах каменных: "Да будет по сему !"
Жестокая рука протянута во тьму.
Был набожен - и беспощадно убивал.
Любая доблесть натыкалась на отпор.
Иной паломник спросит в Кентербери:
"Что я увижу здесь, включив воображенье ?" -
Вот славный генерал - о нём шумит сыр-бор,
и прочих не сравнить с ним в доблести и вере.
Тут древность, и века - все камни без движенья.

Robert Lowell     Canterbury

Regret those jousting aristocracies,
war-bright, though sportsmen, life a round of games;
sex horsed their chivalry, even when
the aggressor was only artless dragon....
The Black Prins clamps a missal in his hands,
rests, stone-chainmail, imprimatur, on his slab;
behind the spasms of his ruffian hand,
slept public school and pious faith in murder -
gallantry sobered by suppression.
At Canterbury a guilty pilgrim may ask:
"Have I the right to my imagination ?"
Here the great fighter Captain lies with those
who made it, those whom fate disdained to wound.
All's masonry... theirs the new day, as the old.

Примечания.
Кафедрал в Кентербери (1070-1180; 1379-1503) - место, где погребён король Генрих IV (1367-1413) и Чёрный Принц (1330-1376) - Эдуард, сын короля Эдуарда III и отец короля Ричарда II. Его назвали Чёрным Принцем по цвету доспехов. Воевал всю свою жизнь. Впервые отличился в шестнадцать лет в битве при Креси. В 1370 г. взял и сжёг Лимож, причём жестоко истреблял его жителей. Умер от водянки.


Роберт Лоуэлл     Охота на людей, по Кранаху
(С английского).

Гравюра чудная - как красочное фото:
гулянье всевозможных поколений.
Народ позвали представлять оленей.
Идёт забавная господская охота.
Излучина реки, поляны, лес, болота.
И все возбуждены, не ждут распоряжений.
Купанье, беготня. Пора увеселений.
Никто не виноват, когда утонет кто-то.
Здесь славный Кайзер Максимилиан,
курфюрст саксонский Фридрих Мудрый.
Здесь своры псов для разжигания задора.
Здесь свита, егеря и пикадоры.
Бока коней покрылись серой пудрой.
Восторг на лицах у вельмож и горожан.

Robert Lowell     Cranach's Man-Hunt

Composed, you will say, for our forever friend ship,
almost one arm around our many shoulders,
a cloud darkens the stream of the photograph,
friends bound by birth and faith... one German outing.
We are game for the deer-hunt, aged five to ninety,
seniority no key to who will die
on this clearing of blown, coarse grass, a trap in the landscape,
a green bow in the bend of a choppy, lavender stream,
eighteen or nineteen of us, bounding, swimming -
stags and does... the Kaiser Maximilian
and the wise Saxon Elector, screened by one clump,
winch their crossbows...the horsemen, picadors,
whipped to action by their beautiful, verminous dogs...
this battle the Prince has never renounced or lost.

Примечание.
Лукас Кранах Старший (1472-1553) - успешный художник, график, книгоиздатель,
придворный живописец саксонских герцогов, друг Мартина Лютера.
Известны его гравюры, изображающие охоту.


Роберт Лоуэлл Экзекуция 1
(С английского).

Я видел мир, а сам уже прозрачен:
в природе раствориться предназначен
На зов - смолчу; а то солгу. - Глядите, люди !
Вот голова - как соль на белом блюде.
Как рыбина - пускаю пузыри.
Язык распух, повсюду волдыри.
Жил в страхе, а сегодня занемог.
Едва стал бриться - умер Бог.
Обои выпили побелку - всё замшело.
Топорик предков просится на дело.
Воскресный день - благие вести:
неужто голова на месте ?
Молить о милости с надеждою и верой ?
Жить ? Стариться ? - Мечта ! - Не будь она химерой.

Примечания.
Заговорщик против королевы Елизаветы I Чидиок Тичборн (1562-1586) перед его
жесточайшей позорной казнью посвятил своей жене Агнес короткую элегию,
которая по своей искренности и изысканности вошла в золотой фонд британской
поэзии. Элегия переведена на другие языки. Среди лучших русских преводов отмечается перевод Алексея Парина. Роберт Лоуэлл в своих сонетах по своему
откликается на эту элегию.

Robert Lowell    Execution 1
(From Chidiock Tichborne 1568-86)

"I saw the world, and yet I was not seen;
fear comes more often now, and no less sharp
then in the year of my first razor and the death of God.
My tongue thickened as if anesthetized,
and I saw a painted fish blow live bubbles,
the wall paper flowers drank plaster, turned to moss....
The anachronistic axe sighs in its block;
a little further on, I will be nature,
my head a speck of white salt on a white plate,
lying on call forever, never called ....
At a Resurrection, will I start awake,
and find my head upon my shoulders again
singing the dawnless alba of the gerontoi ?
Old age is all right, but it has no future".

Роберт Лоуэлл    Экзекуция 2
(С английского).

Заснувши мёртвым сном, я ожил вдруг от света,
я был с лицом как у червонного валета,
Пальто сырое, всё на мне позеленело.
От бледных вялых вен заголубело тело.
с изнанки карты - лишь деревья и трава,
как прошлым летом... И в раздумьях голова...
Могила верного слуги за частоколом,
и камень мраморный покрыт, чтоб не был голым.
То старый мастер защитить его хотел...
А много ли я сам свершил хороших дел ?
Оплакал краткую любовь в года ученья,
когда легко дышал в восторгах упоенья. -
А нынче - не дохнуть, хотя бы только ртом.
Я - мёртв спустя лишь миг, как создан был Творцом.

Robert Lowell     Execution 2

"Asleep just now, just now I am awake -
my face the jack of hearts on a playing card;
my trousers are too bleached green; my coat wet leaf;
my fair young flesh sky-green of me sad vein.
I turn the card, and I am trees or grass -
last summer for the wondering mind, for seeing
the good servant's green grave outside the pale...
veined marble mantel, rolled rug, the sheeted den,
the old master covered with his pillowslip -
I searching as every man for my one good deed,
crying love lost in my short apprenticeship,
regretting my long-vanished art of breathing,
knowing I must forget how to breathe trough my mouth:
now I am dead, and just now I was made".

Роберт Лоуэлл     Корова
(С английского).

Всех рыцарей, дерущихся за плату,
сурово презирал Макиавелли.
Но вряд ли жизнь за грош хотели,
отдать, сражаясь, итальянские солдаты.
У греков жизнь была не в той цене когда-то.
Они на всё суровее глядели,
встречаясь на дорожке, сатанели:
частенько смерть грозила супостату.
У нас полиция стращает - не убьёт.
Дубинки крошатся. Мозги текут.
И дамы их смывают с лестниц.
Корова сберегает свой живот:
три дня как мать, у них сгорел закут.
Корова, вся дрожа, уставилась на месяц.

Robert Lowell   Cow

The moon is muffled behind a ledge of cloud,
briefly douses its bonfire on the harbor....
Machiavelli despised those spuriously fought
Italian mounted-mercenary battles;
Corinthian tactics, Greek met Greek; one death,
he died of a stroke, but not a stroke of battle.
The Italians were not diehards even for peace -
our police hit more to terrorize than kill;
clubs break and minds, women hosed down stairs -
am I crippled for life ? … A cow has guts,
screwed, she lives for it as much as we,
a three-day mother, then a working mother;
the calf goes to the calfpool....When their barn has been burned,
cow will look into the sunset and tremble.



ЛАЙК!!!
Очень познавательно! 
Владимир Михайлович, ПОЗДРАВЛЯЮ ВАС с МАЙСКИМИ ПРАЗДНИКАМИ!!!-:)))
 И со Светлой СЕДЬМИЦЕЙ!!!
Здоровья Вам и благополучия!
Всегда Ваш
В. Е.

Вячеслав Фараонович !   Большое Вам спасибо за то,
что Вы прочли мои переложения сонетов Роберта 
Лоуэлла. Автор - замечательный, один из виднейших
прогрессивных американских поэтов, стоящий по
таланту и продуктивности рядом с Робертом Фростом. Большинства публикуемых мной текстов я не нахожу в русских переводах. Возможно, переводить его не просто. Мне, как правило, удаётся делать только пересказы. Но я считаю полезным помещение оригинальных английских текстов, которых нет в Интернете. Надеюсь, найдутся энтузиасты, которые переведут точнее и лучше меня.
Благодарю Вас за дружеское поздравление со всеми
радостными майскими праздниками. Хотелось бы
обратить эти поздравления и пожелания в адрес всех
соучастников в нашем творческом сайте.
ВК


Спасибо, Владимир Михайлович!!!
Вы, как всегда, правы!
Меня тоже удивляет, почему администрация сайта никогда не поздравляет насельников сайта со значимыми во всём мире праздниками. Раньше это было принято в России
и приносило определённую пользу в отношениях между  людьми.
С Весной Вас!!!

Замечательный цикл, яркий и сильный.

Александру Флоре
Александр Владимирович !   Благодарю Вас за вескую оценку.  Роберт Лоуэлл - достоин внимания. Он переводил Анненского, Ахматову, Мандельштама. Был лично знаком с Вознесенским, Бродским, Евтушенко. Думаю, что знакомство с его собственным творчеством русским читателям не повредит.
ВК

Конечно, Лоуэлл мощный поэт, и Вы его переводите очень достойно.
А.В.