Эдна Сент-Винсент Миллей Сонет 81 (12)

Дата: 28-06-2017 | 00:02:42

Вы, Олимпийцы! Мой ночник погас.

Узрите - слишком поздно! - что со мной

На ложе спит сильнейший среди вас,

Похищенный враждебной вам Землей.

Сбирайте стан златой! Но вам урон

Уж нанесён: я бога понесла.

Нацельте лук! Но будет сын рожден,

Отмеченный от пят и до чела.

Его врасплох вам, боги, не застать,

И не смутить из черных лун дождём,

Не будет он и грома трепетать,

Раздавшегося ясным тихим днём.

Не страх он примет, как настанет срок,

А боль Земли - на то он полубог.


Вариант замка:


Я сыну состраданье передам,

Разлад мой - не пристал полубогам.


Подстрочник


(переводчики, ради бога, читайте оригинал).


Олимпийские боги, смотрите-ка, мой ночник

погас. Уразумейте, с опозданием, что тот,

кого вы называете своим царем, похищен в лагерь

воюющей (с вами) Земли. Он сейчас со мной на ложе.

Созывайте свои золотые полки, но вы уже понесли потерю.

В упоении, я лежу в его сильных объятиях.

Потрясайте небо копьями, но я рожу сына,

отмеченного знаками божества (на) пятах, лбу, бедрах.

Не затевайте потрясти и смутить ЕГО (т.е. сына)

великолепием метеоритов или зрелищем

почерневших лун и солнц, или громким звуком

внезапного грома тихим днём.

Он познает боль и сострадание, потому что он - мой,

но никогда не испытает разлада. Это и значит быть полубогом.


Olympian gods, mark now my bedside lamp
Blown out; and be advised too late that he
Whom you call sire is stolen into the camp
Of warring Earth, and lies abed with me.
Call out your golden hordes, the harm is done:
Enraptured in his great embrace I lie;
Shake heaven with spears, but I shall bear a son
Branded with godhead, heel and brow and thigh.
Whom think not to bedazzle or confound
With meteoric splendours or display
Of blackened moons or suns or the big sound
Of sudden thunder on a silent day;
Pain and compassion shall he know, being mine,—
Confusion never, that is half divine.




Сильно, только в финале возникает стилистический диссонанс слова "сынок" с общей торжественной тональностью. Кроме того, полубог произносится как полубо[х], а не полубо[к].

Да, спасибо, меня тоже эти два момента слегка смущали, но ничего лучше, при сохранении именно этого смысла, я пока не нашла. Если будет время, подумаю еще.

"Сынка" оказалось легче убрать, чем справиться с идеальной рифмой к богу.


 Как на Ваш взгляд, что лучше:


1. Он боль мою поймёт - настанет срок!

    Но не разлад. На то он полубог.


2. Познает боль Земли мой сын в свой срок,

    Но не разлад. На то он полубог.


3. Не страх он примет, как настанет срок,

    А боль Земли - на то он полубог.


4. Земную боль ему я передам,

    А страх мой не пристал полубогам.

   

Мне больше всего импонирует последний вариант, но насколько он точен в смысловом отношении?

Во-первых, он познает боль и сострадание - последнее важно.

Во-вторых, не означает ли confusion в данном контексте: слабость? Но слабость не к лицу полубогам?

И боль, и сострадание вместе - никак не вместить. Если выбрать второе, тогда :

"Я сострадание ему в наследство дам." - дописка - нет, на одну стопу больше. "Ему я состраданье передам".


Соnfusion, естественно, здесь может означать и слабость тоже, но это не первое значение, которое напрашивается после уверений, что cын не будет bedazzled / confounded, (i.e. thrown into disorder ).


Этот последний вариант последней строки самый благозвучный, но, будучи отрицанием,  слегка отклоняется от уверенной утвердительной интонации оригинала. Впрочем, можно его взять как вариант.  Спасибо.


Спустя: сделала наоборот, взяв "не к лицу".