
Ты идёшь, словно граф Монте-Кристо,
по обочине зимнего дня,
снег – манжетно-крахмально-батистов –
невесомо запястья обнял
летаргически медленных улиц
с голубино-дитячьим агу,
в хрупком воздухе соприкоснулись
розы ветра – прохладой у губ,
в бирюзового пламени небо
опрокинули ковш с молоком...
Это бедная родина, где бы
жить хотелось кристально-легко.
Но заразны её бездорожья
и бессчётны голгофы ея,
и юродива истина Божья
посреди гопоты и ворья,
и ни жизнью, ни прочею мерой
не измерить параболу дней.
И всё теплится горькая вера,
как свеча в полуночном окне.
Мне немного "неуютны" показались неточные рифмы первых строф - не то чтобы я против таких, но, мне кажется, что здесь согласные на конце рифмующихся строк как-то особенно слышны.
Но заключительные строфы - как электрический разряд, неожиданны и высоки. Люблю такой пафос - как пламя, негромкий.
Отточенная формулировка:
"Но заразны её бездорожья
и бессчётны голгофы ея,
и юродива истина Божья
посреди гопоты и ворья" (!)
Светлана, меня тоже смутили неточные рифмы - расплывчатость начала...
Думается, что "гопоты и ворья" полным-полно и в других странах
мира. Уже изрядно поднадоело, что их обнаруживают только здесь,
в России.
С уважением, Ольга.
Первый читатель — первая десятка!