С мускатною гроздью возлюбленных жён...

Дата: 05-02-2009 | 16:14:44





Снова в Каффе



За слепцами, за Фанни Каплан -
очи чёрные, По или Грина.
Освежи мне, кабатчик, стакан!
Вот тебе насовсем моя гривна.
За эсэрами в линзах-очках -
агитатор от жеста и танца...
На железных базарных крючках
розовеет свежатина агнца.

Перламутром мерцает баран,
на рассвете ободранной тушей.
Возвращённою Каффою пьян,
чую cуть я - меж морем и сушей.
Саперави, как избранный труд,
настоялось и терпко, и густо.
В виноградных корзинках несут
молодильное мясо искусства.

Феодосия, Малый Стамбул!
На двадцатое лето разлуки
я опять нашей дружбе вернул
синих гроздей иллюзии-глюки.
Вдоль понтийских портов бандюки
катафалками катят в премьеры.
Но с холма Карантин будяки
вдаль алеют - за хлорку холеры.

И, как ветер с Босфора, хорош
первый день новых, Каффа, каникул,
где начхать мне на нищенства грош
и на притчи порочных Калигул.
Всё бродить бы по склонам твоим -
до утра, до рассветного дыма,
целя дальше - в Эски Кыырым,
в захолустие Старого Крыма....






Эски Кыырым



13-й век, Золотая Орда,
осколок майолики, дзынь-ерунда
из почвы Эски Кыырыма...
Но исподволь жёлтые искры-глаза -
Керим ли, Гирей или Кара-Мурза? -
узор прозревают незримо.

До Старого Крыма за сорок минут
автобус дотащится. Здесь меня ждут
средь дрёмы камней дружелюбной
бурьян и тутовник. И грецкий орех,
томительно-терпкий, как гурии грех,
плечистый, как классик Поддубный.

Доверчива тишь малолюдного дня.
Никто про пароль здесь не спросит меня,
про выход мой из окруженья,
про отчество матери, норов отца,
упрямца, "Шахтёрских" цигарок курца,
про цели и средства движенья...

В упорстве молчанья - глубинная речь.
В обломке керамики - прочность невстреч
разбитого вдребезги века.
И молча в безлюдье былых городов
я вкатывать яблоко солнца готов,
дабы отыскать человека.

А глиняный век, Золотую Орду,
осколок тарелки я в плен уведу,
итожа торговлю пятёркой.
Глазурью - не я ли анфас отражён,
с мускатною гроздью возлюбленных жён.
с курительной трубкою горькой?









Да никакие это не картинки, не зарисовки с натуры -- особенно, первое стихо. А во втором зато великолепная концовка. А вместе - суперпоэзия, поэзия 21 века, что все в себя впитала, но упрямо ищет собственные пути.

Cергей!
Вы открываете Восток, как Гумилёв - Африку. Образы, краски, запахи, звуки речи и непривычных названий. Все гаммы непривычны для слуха и зрения, обоняния и осязания. но как всё притягательно и дразнит восприятие и воображение. (Во всём стихотворении мне знакома только фигура Ивана Поддубного. Я даже удивилась : мне казалось, что Вы его не можете знать).
И притом это не путевые очерки или заметки, а чистейшая лирика, то есть пережито и нас заставляет сопереживать.
Очень хорощо!
Вы, наверное, видели мой отзыв на Вашу статью о Мандельштаме. Она - сплошные эмоции, то есть это первое впечатление. Может, дотянусь до полноценного отзыва.
Но ... в статье две опечатки, и в стихах одна.
В статье : не прочитана (у Вас слитно), тяжелоглиняная (у Вас в суффиксе -ЯН- два НН). В стихах : невстреч (не надо Ь)
Мне кажется, лучше их ликвидировать, хоть они и не затемняют смысла.
С уважением
А.М.С..

Спасибо, Сережа. Встреча с Крымом - это праздник. А с Вашими стихами - вдвойне. Добра Вам. Ваша я

Замечательная пара Ваших стихов, перед этим прочёл зарисовки Амирама.
Спасибо вам обоим за подарок этого вечера.

Сергей, замечательные стихи, Так солнце светит сквозь мозаичное полотно. Поставил десятку, но не знаю, что получилось. Нажал автоматически. Слишком увлекся стихотворением.

Геннадий

Я до обморока люблю Крым. И была везде, Но в Ваши образы, такие неожиданные, начиная с Фанни и до мускатной грозди, я просто окунаюсь. Вроде и не я вовсе...