Катарсис, не нами пережитый ...

Дата: 29-04-2008 | 04:54:54

1
И жизнь моя, конечно, не нова,
как не нова у тех, кто знаменитей,
хоть знали мы и поиск, и наитье,
и результат, как признак мастерства.

Но всё не в счёт. Лишь нефть сейчас в цене,
цена на жизнь упала до полушки.
Ты нынче не в руках судьбы игрушка,
а в тех - кто у руля стоит в стране.

А вся страна - большое казино.
Сегодня - ты, а завтра - карта бита.
И третьего, похоже, не дано.

Во властных сферах делают открытья.
Там всё : и жизнь, и смерть - предрешено.
И смерть моя, конечно, не событье.

2.
И смерть моя, конечно, не событье,
когда рекою в мире льётся кровь
расстрелянных, разорванных, убитых
и каждый миг звучит команда "товьсь!"

Но человек, как вид, не занесён
в реестры всепланетной Красной книги.
К осуществленью скороспелых выгод
он повсеместно властью принуждён.

Начать войну - особый род защиты,
и сразу аллилуйщиков не счесть.
"Честь нации ..." - "Заданье понял. Есть!"

И кнут и пряник - это слово "честь".
Но у войны всегда финал открытый -
физически покамест не убита.

3.
Физически покамест не убита,
и стороной прошёл девятый вал.
Но пояс, начинённый динамитом,
в любой момент любого наповал.

Счёт до пяти убитых - так избито;
на сотни - срочно в номер матерьял;
на тысячи - герою пьедестал;
десятки тысяч - и герой в зените.

Людская переменчива молва,
а настроенья подлинные скрыты.
Оплаканы, погребены, забыты -

из них растёт забвения трава.
Согласно ли законам общежитья?!
Согласно ли законам естества?!

4.
Согласно ли законам естества
мы живы в столь кровавую эпоху?
Как говорят : "Живём-то однова",
а погибают только неумёхи?!

На жизнь у всех ли равные права :
кто в лимузине или только пёхом,
кто грабит жизнь, кому от жизни крохи -
всех измельчили жизни жернова?

Закон природы можно ль обмануть?
Закон хорош, да только люди плохи,
закону не подвластные ничуть.

Не мысли неумелой здесь всполохи,
закон толкуют умные пройдохи -
не жизнь и смерть утрачивают суть.

5.
Не жизнь и смерть утрачивают суть.
Ведь это не понятия, а данность.
Здесь нет противоречия ничуть,
хоть в восприятьи их большая странность.

Не в стане я вершителей судеб,
о сущем я сужу, как обыватель,
кто честно добывал насущный хлеб
и рассуждал на кухне и в халате.

Но пропаганда жизни как игры,
любви как секса, права как кармана -
данайцев пресловутые дары.

И жизнь и смерть - огромные миры,
спор - что есть что? - звучать не перестанет,
меняется лишь сути пониманье.

6.
Меняется лишь сути пониманье,
и кардинально, а не как-нибудь.
Не истина зовёт сегодня в путь -
вновь партия ведёт на поле брани.

Вновь на слуху советский лексикон :
"партийность", "враг" и "пятая колоннна".
Зачем стране свободной непреклонность,
с которой личность превращалась в клон?

Клонирован. И должен присягнуть
на верность, словно рыцарь без упрёка,
и долг, как рыцарь, выполнить высокий,

и умереть, как рыцарь. Но отнюдь
не заподозрив, что приказ жестокий.
Мы ставим под удар чужую грудь.

7.
Мы ставим под удар чужую грудь.
О чём скорбим. Но надо без иллюзий
смотреть на мир - попроще, что ль, чуть-чуть ...
Как гордиев рассечь иначе узел?!

Основа всех основ сегодня - "money".
Взгляд прагматичен, но отнюдь не странен.
Коль провести опрос средь мудрецов,
ответ их будет в точности таков.

Всем тем, кто обвиняет нас в обмане,
мы под присягой заявляем "Нет!"
Мы пустим в ход слова "авторитет",

"закон для всех один", "приоритет" ...
И вслед затем без внутренних метаний
чужую жизнь приносим на закланье.

8.
Чужую жизнь приносим на закланье,
лишь часть грехов самим себе скостив,
а остальные - в виде подаянья.
Затем мы вспомним про библейский миф.

Тот миф теперь по-новому открыт :
не Каин виноват, а вовсе Авель -
не соблюдал он каиновых правил.
И ведь найдётся тот, кто подтвердит.

Взываю к мифотворцам и пиитам!
Вы смысл особый видите в словах,
не может быть того, чтоб были квиты

палач и жертва. Наступает крах
отлаженных систем правозащиты.
Слова и смысл разъяты, а не слиты.

9.
Слова и смысл разъяты, а не слиты.
В минуты горя или торжества
народного, как отблеск божества,
мелькнут слова, весомые, как слиток.

Чудовищным кентавром стал язык :
английский смысл с морфемой русской спарен.
Наследник от него уже отвык,
средь внуков он ещё не популярен.

На СМИ язык отменным был сперва.
с тех пор как их подмял хозяин-барин,
водить пером взялась его братва, -

царит блатной язык, а стиль - бездарен.
И мысль блуждает, не вполне трезва, -
утратили значение слова.

10.
Утратили значение слова,
по курсу полновесных - паразиты.
Словесность же размазана, размыта,
но теплится, надеждою жива :

"Вот выбраться б на Ясную Поляну,
где есть слова без лжи и без обмана!"
И всё сильней неподотчётный страх -
держать перо в трясущихся руках.

Вот новояз, подобный неофиту.
Легко впадает в раж и тут же в дрожь,
как будто всё его иль им открыто.

Но никуда от правды не уйдёшь :
и новые слова содержат ложь,
и даже те, что выбиты на плитах.

11.
И даже те, что выбиты на плитах
мемориальных. Ни чума, ни мор
не подписали б смертный приговор
столь многим и безвременно убитым.

Как будто мир стал "бездны на краю".
Читаем на плите : "Убит в бою".
За что погиб - смущается молва.
У матери ж - седеет голова.

Лишь нефть в цене. И цены выше, выше.
А жизнь сегодня стала дешева.
Но кто восплачет? Или кто услышит?

Поймём ли мы в укромных норах-нишах :
чтоб жизнь со смертью уравнять в правах -
словесные плетутся кружева.

12.
Словесные плетутся кружева,
а может, паутины ткутся нити,
а может, это громогласный митинг,
где говорят слова, слова, слова?

В стране, чей символ - статуя Свободы,
и вы свободны в помыслах и снах.
Вы помните, как "радостно у входа"
встречали вас "слезою на глазах".

Ложь поделилась с правдою добытым.
Приходит к вам, нисколько не таясь,
приносит в вашу скромную обитель

последних сплетен путаную вязь.
Доступной станет, словно дважды два, -
была бы вера в мненье большинства.

13.
Была бы вера в мненье большинства,
в их идолы. Средь молчаливой свиты
мы шелестим, как жухлая трава,
о ком и вскользь и походя - петитом.

По мнению теперешних великих,
нас так заел унылый, скучный быт,
что нами дух поэзии забыт
и мы тусклы, как полустёртый никель.

Мы созданы для черновой работы,
живём, в душе не зная божества,
снедаемы единственной заботой,

чтоб на столе всегда была жратва.
Сыграем в правду стль же деловито,
как в катарсис, не нами пережитый.

14.
Как в катарсис, не нами пережитый,
поверим в митинговые слова,
в которых правда вечно в дефиците
и с ложью состыкована едва.

Я - Золушка., и чёрная работа
любима мною, как условье взлёта.
Сама корчую, чтоб потом вспахать
своим же потом политую пядь.

Нет. я не замыкаюсь в тесном быте.
Не мною было сделано открытье,
что дух и быт равны в своих правах,

пусть споры между ними не избыты.
И тут молва по-своему права :
и жизнь моя, конечно не нова.

15.
И жизнь моя, конечно, не нова,
и смерть моя, конечно, не событье.
Физически покамест не убита -
согласно ли законам естества?

Не жизнь и смерть утрачивают суть,
меняется лишь сути пониманье :
мы ставим под удар чужую грудь,
чужую жизнь приносим на закланье.

Слова и смысл разъяты. а не слиты,
утратили значение слова,
и даже те, что выбиты на плитах.

Словесные плетутся кружева -
была бы вера в мненье большинства ...
Как в катарсис, не нами пережитый.

Сентябрь-декабрь 2005.


Ася, я уважаю Ваш труд, ибо венок сонетов - это серьезная работа.
Но Ваша лирика, не скованная формой и социальными неустроенностями, на порядок выше уровнем, поэтому я и воспринял эту работу как не свойственную Вам. И еще: в классическом сонете, насколько мне известно, в третьей строфе должен быть определен конфликт, находящий свое разрешение в последней. Здесь я этого эмоционального взрыва не усмотрел. Простите за столь не любезный отзыв. Я не судья. Возможно, другие оценят иначе.

Ваш Геннадий

Дорогая Ася!
С некоторым опозданием прочитал Ваш венок сонетов.
Солидарен с Вашим мироощущением, и потому к содержанию венка у меня нет никаких претензий.
А вот к форме - есть.
Вы, правда, пояснили, что Вами выбрана довольно вольная форма сонета, и это Ваше право.
Но я в отношении сонетов и венков придерживаюсь консервативных
позиций.
И поскольку Вы все-таки придерживаетесь формы итальянского сонета (три катрена и два терцета), то хотелось бы, чтоб была выдержана система рифмовки, т.е. в катренах рифмы бы повторялись, а в терцетах во всех сонетах была бы выдержана единая система рифмовки.
Это сделать намного труднее, но и произведение получается
значительно тектоничнее, чеканнее.
Возможно, я излишне придирчив, но я прошел школу у знаменитых коллекционеров венков сонетов Г.Мелентьева и Ю.Тюкова, и потому
довольно ревниво отношусь ко всяким отклонениям от канонов.
Я допускаю только вынужденное и оправданное отклонение от твердой формы, например, при необходимости цитирования.
Поэтому мне было бы интересным прочитать Ваш новый венок (если такой задуман) с соблюдением всех требований итальянского сонета.
С пожеланием успехов,
М.Л.

Ася, несмотря на не идеальную форму,- содержание выше всяких похвал.

Единственный по-настоящему терновый шип в Вашем венке - это катарсис, но из венка его "извлечь" очень сложно.

С теплом.

Успехов.

Максим.