Домотканый рассвет, что полощется в медном тазу...

Домотканый рассвет, что полощется в медном тазу,
оттолкнувшись от стенок, расстелится мёртвой бумагой,
и, качаясь на цыпочках, тянется медленный звук
от бескрайних широт до туманного архипелага.

Нервный звук, что таим, как за пазухой серебро,
в мерном скрипе колёс, в опрокинутом галочьем крике,
обретает бессмертье, и сетью дорог на стекло,
на ледок амальгамы сползает по следу улитки.

Где же дом твой последний? Закручена туго спираль
известковой каморки. Ни праздника в ней, ни уюта.
Только скрежет петель, да глубокий, как омут, рояль
в отрешённом пространстве тобой обретённого звука.

Не исторгнуть тепла из холодного чрева его,
лишь мерцать перламутром, качаясь в кистях винограда,
под пронзительной лампочкой, под патефонной иглой,
под густой тишиной отражённого в облаке сада.




Елена Преображенская, 2007

Сертификат Поэзия.ру: серия 1072 № 52030 от 26.03.2007

0 | 2 | 1999 | 02.04.2023. 08:51:29

надо же, сижу, тихо, никого не трогаю, вхожу в образ улитки,
и тут Ваше стихо, здравствуйте Елена,
рояль в известковой каморке - это круто, осталось только сыграть, да а(ди)ссонанс (одинокий - уюта-звука) не даёт, а почему? верно, - не догнать мне Вашей образности: перламутром в кистях, где лампочка под тишиной, эх, видно с воображением сегодня туго или не философ я,
а вообще закручено чётко!
с уважением,