Сонеты LXXI, LXXII, LXXIII. Выбор (Данте Габриэль Россетти, 1828-1882)

Дата: 19-01-2006 | 11:00:01

I

Что ж, ешь и пей: исчезнешь завтра ты.
Мир и без нас наполнен суетой.
С лица мне подними покров густой
Волос твоих. Бокалы вновь пусты.
Вином нальём их. Пусть от полноты
В руках заблещут влагой золотой.
Взлетая ввысь, чаруя красотой,
Твои напевы в небе разлиты.

Красавица, вздохни о бедняках,
Живущих, не войдя в наш лучший круг,
Для денег и бесцельной болтовни !
Не умирают в старости они
(Ведь жизнь их - смерть), но застывают вдруг:
Вокруг их узких губ ложится прах.


II

Внемли, страшись: исчезнешь завтра ты.
Умрёшь ли старцем, и на смертном ложе ?
Писаньем суд обещан нам, но всё же
День скрыт от нас. Пока мы заняты
Беседой, солнце блещет с высоты,
Ведомо к цели - нами ль ? Непохоже.
Вот-вот взлетит огнём дыханье Божье
И рядом с нами выступят черты
Умерших, не покинувших земли.
Ты горд грядущим ? Всех талантом ниже,
Ты радуешься радостью того,
Кто будет - сам не сделав ничего ?
Твой червь убьётся ль им в Аду ? Иди же:
Покрой своё лицо. Страшись, внемли.


III

Пойми, трудись: исчезнешь завтра ты.
Лежишь на пляже, спит волна морская.
"Весь путь уж пройден. Потом истекая,
Добился человек (хоть и круты
Вершины правды) знаний полноты.
Всех гениев постиг и все века я !"
Ты жнёшь плоды ? За что же честь такая ?
Вы вместе ль были севом заняты ?

На вымытый приливом холм взберись.
Посмотрим вдаль. В твоём смущённом взоре -
Пространство, поглощающее мысль.
До горизонта столько миль ! Но вскоре
Поймешь ты: как душой вперёд ни рвись,
Там новый горизонт - и море, море...


(перевод с английского)



The Choice

I

Eat thou and drink; to-morrow thou shalt die.
  Surely the earth, that's wise being very old,
  Needs not our help. Then loose me, love, and hold
Thy sultry hair up from my face; that I
May pour for thee this golden wine, brim-high,
  Till round the glass thy fingers glow like gold.
  We'll drown all hours: thy song, while hours are toll'd,
Shall leap, as fountains veil the changing sky.

Now kiss, and think that there are really those,
  My own high-bosomed beauty, who increase
    Vain gold, vain lore, and yet might choose our way !
    Through many years they toil; then on a day
  They die not, - for their life was death, - but cease;
And round their narrow lips the mould falls close.


II

Watch thou and fear; to-morrow thou shalt die.
  Or art thou sure thou shalt have time for death ?
  Is not the day which God's word promiseth
To come man knows not when ? In yonder sky,
Now while we speak, the sun speeds forth: can I
  Or thou assure him of his goal ? God's breath
  Even at this moment haply quickeneth
The air to a flame; till spirits, always nigh
Though screened and hid, shall walk the daylight here.
  And dost thou prate of all that man shall do ?
    Canst thou, who hast but plagues, presume to be
    Glad in his gladness that comes after thee ?
  Will his strength slay thy worm in Hell ? Go to:
Cover thy countenance, and watch, and fear.


III

Think thou and act; to-morrow thou shalt die.
  Outstretched in the sun's warmth upon the shore,
  Thou say'st: "Man's measured path is all gone o'er:
Up all his years, steeply, with strain and sigh,
Man clomb until he touched the truth; and I,
  Even I, am he whom it was destined for."
  How should this be ? Art thou then so much more
Than they who sowed, that thou shouldst reap thereby ?

Nay, come up hither. From this wave-washed mound
  Unto the furthest flood-brim look with me;
Then reach on with thy thought till it be drown'd.
  Miles and miles distant though the last line be,
And though thy soul sail leagues and leagues beyond, -
  Still, leagues beyond those leagues, there is more sea.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!