ФА-ДИЕЗНЫЙ ПАРОЛЬ СИ-БЕМОЛЬНЫХ КРУЧИН

Дата: 24-05-2004 | 11:47:57



1.

Марш-мажорный фальшпол – лучезарный подкол:
холод вешней весны, словно отблеск блесны
в Стиксе нового дня, где Харон мне родня.
Время – лет прежних прах, я и сам вертопрах.
Интернет гонит спам – интердевочек хлам –
аэробика чувств, наносной Златоуст,
снова отблеск блесны, воспарение в сны,
вопрошение для… не-себя от себя.

Вот вам хрупкий сюжет прежде прожитых лет,
вот вам, собственно, дол всех изведанных зол.
Ладно. Невидаль что ль прошлых лет карамболь,
придыхательный пасс, ублажительный джаз,
ублажающий вдруг прошлых тасок испуг.
Таски таскам – фальшпол, холод веет с икон:
обесточена вязь, и души ипостась
перегажена днём – тем, в котором живём.

Я листаю дневник – это совести крик,
авуары души в человечьей глуши,
могендовида вязь.
– Жизнь, – кричат, – удалась!..
Я же дико устал, словно выдержал шквал.
На душевный мой вой вызываю конвой,
но уснул караул под пятой папских булл,
под пасхальный фокстрот не изъявленных нот,
под сурдинку дождя… Ля-фа-фа, ля-фа-фа!

2.

*** Александру Суржавскому,
киевскому прозаику, другу…

Вызов на дом врача, сна творение вновь,
оголтелости для… говорим за любовь.
Сам не волен с собой говорить от души,
я как, старый мормон, жен считаю – ужих…

Эйфорический бред переходит в ноктюрн,
прежде прожитых лет, прежде пролитых лун…
Дни зачатья любви и последствия дней
собираются в сны – всё длинней и мудрей.

– Ты пиши, – понимай, что ты брешешь, мужик, –
говорит невзначай мне мой старый дневник,
буквы сгрудились вряд, сжались строки в листы,
а страницы горят и питают костры.

Но пытает порой нас изюминка-наст,
по которому прём и бредём не-в-пролаз.
И скрипачка-изгой нам играет в ночи
фа-диезный пароль си-бемольных кручин.

3.

*** Василию Дорожинскому,
художнику Андреевского спуска

Зашифрованные портреты, линий строфика пером,
сибиряк с полудня пьяный дарит Бемби полотно.
За полрюмки на полушку "непрочитанный" с утра,
лихо он рисует кружки-гранчаки вдоль полотна.

Пиво с водкой, лишь бутылки, тара выпитого враз,
а свечной каганчик пылко довершил души экстаз.
Ваза бубликом, а в вазе хризантемы двух сортов:
их купили на Евбазе, а взрастил их сам Подол.

Да стишок на обормоте "Расскажи мне, друг стакан",
о недопитой зиготе, да о том, чего ты пьян,
для кого звенел собратом, в чьих руках алел и пел,
кем был пролит ароматом прямо на пол между дел.

Кто добавил слёз соленных, кто судьбы в тебя мокнул,
с кем ты прожил прокаженным, чью помаду умыкнул,
почему щербат на днище, почему покинут тем,
кто оставил пепелище-натюрморт и… захмелел?

Май 2004 г.

От подобной звукописи и впрямь можно захмелеть!
)))