когда все стало вдруг сложней и ложней,

ищи у поздней осени ответ,

тебя изранит пасмурный истошный

склонившихся небес свинцовый цвет,

в пустом саду, в толпе ли суматошной,

в тумане ли, в дыму от сигарет,

ветровку распахнув, иди, и в дождь в ней,

и в свет, в ней может быть весь мир согрет,

и ветер поспешит тебе навстречу,

слетев прикосновеньем по щеке,

и разрожаясь шелестящей речью,

хмельной простор откроет на реке:

доверься ветру, соснам и заречью,

и сложное истает вдалеке.