
Гора перед лодкой моей поднимается,
волны кругом высоки,
и кажется, хочет меня обмануть она,
в сговоре с духом реки:
Внезапно скрывается из виду, только лишь
лодку завалит волной,
но выровнит лодку, и тотчас гора
одиноко встает предо мной.
Но разве перечить великой вершине
осмелюсь я, бедный старик,
однако, не вынести больше подобных
насмешек и хитрых интриг.
И в лодке на нос поднимаюсь, уже
наступает ночная пора,
во тьме, опьяневший, понять не могу я:
куда подевалась гора?
杨万里 《夜宿东渚放歌》
前山欺我船兀兀,结约江妃行小谲。
乘我船摇忽远逃,见我船定还孤出。
老夫敢与山争强,受侮不可更禁当。
醉立船头看到夕,不知山於何许藏。
я и сама каждый раз удивляюсь, и оч. рада разделить с Вами это удивление, дорогая Ольга!
Вы правы, в этой на первый взгляд совершенно детской игре в прятки на самом деле кроются недетские размышления о жизни и пути, как, собственно, и в любой притче. и оч., на мой взгляд, перекликается этот стишок с притчей Чжуанцзы: Если спрятать лодку в бухте, а холм в озере, то покажется, что они надёжно укрыты. Но в полночь явится Силач и унесёт всё на своей спине, а Невежде будет невдомёк... (перевод В. В. Малявина)
Ян Ваньли уподобляет себя этому Невежде, однако, и это игра. в той же 6 главе у Чжуанцзы сказано: Смерть и жизнь — это судьба. А то, что они постоянно сменяются, как день и ночь, — это Небесный удел. Там, где люди не в силах изменить что-либо, — там и пребывает естество вещей. (с)
-- и думается, Ян Ваньли это знает и подмигивает нам об этой невозможности что-либо изменить, и о свободе, которую обретаешь, когда уже не пытаешься что-либо изменить. там, где ночная тьма -- глубина сокровенной истины, он встает вровень с этой горой, опьяневший :)
с благодарностью,
Какое метафорическое плавание в море житейском, дорогая Алёна! (Вот и я никогда не спорю с горой и не вижу цели, только надеюсь , что, авось , пронесёт...) Не то даосский дух - он более изобретателен и желает выяснения всех обстоятельств! Надеюсь, не всуе задает он свой вопрос жестокой стихии... На мой взгляд, в этом поединке столько доброго юмора и жизнелюбия, столько суровой борьбы "под прикрытием" образа опьяневшего добродушного старика, трогательного и невероятно стойкого... Ян Ваньли продолжает меня удивлять!