ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
КОРОЛЬ ГЕНРИХ VI
ГЕРЦОГ ГЛОСТЕР — дядя короля, лорд-протектор.
ГЕРЦОГ БЕДФОРД — дядя короля, регент Франции
ТОМАС БОФОРТ — ГЕРЦОГ ЭКСЕТЕР, внучатный дядя короля
ГЕНРИ БОФОРТ — внучатный дядя короля, ЕПИСКОП ВИНЧЕСТЕРСКИЙ, затем кардинал
ДЖОН БОФОРТ — граф СОМЕРСЕТ, затем герцог СОМЕРСЕТ
РИЧАРД ПЛАНТАГЕНЕТ — сын Ричарда, покойного графа Кембриджа, затем ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
ГРАФ УОРИК
ГРАФ СОЛСБЕРИ
ГРАФ САФФОЛК
ЛОРД ТОЛБОТ — затем ГРАФ ШРУСБЕРИ
ДЖОН ТОЛБОТ — его сын
ЭДМУНД МОРТИМЕР — ГРАФ МАРЧ
СЭР ДЖОН ФАСТОЛФ
СЭР ВИЛЬЯМ ЛЮСИ
СЭР ВИЛЬЯМ ГЛЕНСДЕЙЛ
СЭР ТОМАС ГАРГРЕЙВ
ЛОРД-МЭР Лондона
ВУДВИЛ — комендант Тауэра
ВЕРНОН — сторонник    Белой розы, или Йоркского дома
БАССЕТ — сторонник Алой розы, или Ланкастерского дома
СТРЯПЧИЙ
СТРАЖА МОРТИМЕРА
КАРЛ — дофин, затем король Французский
РЕНЬЕ — ГЕРЦОГ АНЖУЙСКИЙ, король Неаполитанский
ГЕРЦОГ АЛАНСОНСКИЙ
ГЕРЦОГ БУРГУНДСКИЙ
ГЕРЦОГ ОРЛЕАНСКИЙ
БАСТАРД ОРЛЕАНСКИЙ
КОМЕНДАНТ ПАРИЖА
ОРУЖЕЙНИК
СЫН ОРУЖЕЙНИКА
КОМАНДУЮЩИЙ французскими войсками в Бордо
ФРАНЦУЗСКИЙ СЕРЖАНТ
ПРИВРАТНИК
ПАСТУХ
МАРГАРИТА — дочь РЕНЬЕ, затем жена КОРОЛЯ ГЕНРИХА VI
ГРАФИНЯ ОВЕРНСКАЯ
ДЕВА ИОАННА, известная как ЖАННА Д’АРК
ЛОРДЫ, СТРАЖА, ГЕРОЛЬДЫ, ОФИЦЕРЫ, СОЛДАТЫ, ПОСЛЫ, ГОНЦЫ, СЛУГИ, ЗЛЫЕ ДУХИ

Место действия — Англия и Франция

АКТ ПЕРВЫЙ
Сцена 1.
Вестминстерское аббатство.
Траурный марш.
На катафалке лежит тело ГЕНРИХА V.
Вокруг стоят
ГЕРЦОГИ БЕДФОРД, ГЛОСТЕР и ЭКСЕТЕР, ГРАФ УОРИК, ЕПИСКОП ВИНЧЕСТЕРСКИЙ, ГЕРОЛЬДЫ и ДРУГИЕ.
БЕДФОРД
Пусть голубое небо прочернеет,
От ночи станет день неотличим.
Кометы, предрекающие смену
Стремительных эпох и бренных царств,
Хрустальными хвостами исстегайте
Строптивые светила за мятеж,
Которым был низвергнут Генрих Пятый!
Чтоб долго жить, он слишком был блестящ.
Страна таких монархов не теряла.
ГЛОСТЕР
Поскольку не имела их совсем.
Он первым был. Сражал врагов державы
Он не мечом — сиянием меча.
Раскинутыми мощными руками
Он превышал размах драконьих крыл.
Он супостатов ослеплял, как солнце.
Горящим оком он их гнал и жёг.
Зачем слова? Он говорил делами
И без победы рук не покладал.
ЭКСЕТЕР
Зачем мы в чёрном? Было бы достойней
Покрыться кровью. Умер наш король,
А мы победу смерти прославляем,
Хотя в такой победе лишь позор,
И мы, как будто пленники, влечёмся
За колесницей смерти и клянём
Влияние светил неблагосклонных.
А почему бы не предположить,
Что это — чары, происки французов,
Энвольтовавших Генриха на смерть?
ЕПИСКОП
Небесного царя благословенье
Стяжал король. Французам не страшней
Всевышний суд, как был им страшен Генрих.
Он по молитвам церкви побеждал,
Сражаясь в войске Бога Саваофа.
ГЛОСТЕР
Молились бы поменьше вы! Не то б
И наш король так скоро не усоп.
Король угоден вам женоподобный,
Дабы его, как школьника, стращать.
ЕПИСКОП
Да что там мы! Желаешь ты, протектор,
Страною править через короля.
Боишься ты супруги своевольной,
А божьей кары не боишься ты?
ГЛОСТЕР
Хоть Бога-то оставь, чревоугодник!
Ты церковь посещаешь для молитв
О гибели врагов твоих — и только.
БЕДФОРД
Не подобает грызться у одра.
Сплотимся возле алтаря, милорды.
Герольды, присоединяйтесь к нам.
И мы сюда не золото возложим —
Оружье сложим: Генрих опочил —
Мы сможем ли врагу сопротивляться?
Нас ждут отчаянные времена,
Когда выпаивать новорождённых
Начнут слезами, а не молоком.
В слезах солёных остров наш потонет —
Так возрыдают жёны по мужьям.
Спаси страну от бедствий, Генрих Пятый!
Влиянье звёзд враждебных пресеки,
Избавь народ наш от междоусобий —
И превзойдёшь ты Цезаря звезду…
Входит ГОНЕЦ.
ГОНЕЦ
Привет мой вам, милорды. Я доставил
Из Франции безрадостную весть.
Мы, к сожалению, несём потери:
Шампань, Гиень, Руан и Пуатье,
Реймс, Орлеан, Жизор, Париж.
БЕДФОРД
И это
Решился ты при Генрихе изречь?
Впредь говори потише, а иначе
Король, известья не перенеся,
Поднимется из гроба, возмущённый.
ГЛОСТЕР
И тут же в гроб уляжется опять,
Убитый вновь потерею Парижа.
ЭКСЕТЕР
Но кто измену эту совершил?
ГОНЕЦ
На поле боя не было измены.
Есть недостача денег и людей —
Об этом говорят уже солдаты.
Ещё вас прямо обвиняют в том,
Что вы на партии поразделились
И, чем сплотиться и громить врага,
Рядитесь, кто их вас боеспособней.
Один войну желает затянуть,
Но тратить на неё как можно меньше.
Другой бы и лететь не возражал,
Да крылышки его поистрепались.
А третий и не хочет воевать,
Мир выторговывая словоблудьем.
Английское дворянство, устыдись!
Когда ты закоснеешь в подлой лени,
То лилии утратишь на щите,
Оставив от него лишь половину.
ЭКСЕТЕР
Мы горевали мало до сих пор.
Сейчас мы зарыдаем исступлённо.
БЕДФОРД
Рыдайте. Я не присоединюсь.
Я регент Франции. Пойду сражаться.
Не траур, а доспехи мне нужны.
Французы у меня заплачут кровью,
Когда я им повыколю глаза.
Входит ДРУГОЙ ГОНЕЦ.
ДРУГОЙ ГОНЕЦ
Дурные вести я принёс, милорды.
Вся Франция восстала против нас,
Быть может, кроме нескольких селений.
Короновался в Реймсе Карл — дофин.
В комплоте он с бастардом Орлеанским,
Ещё с Анжуйским герцогом Ренье
И Алансоном.
ЭКСЕТЕР
Карл — король? Однако!
И все бегут к нему? А нам куда
Бежать от срама?
ГЛОСТЕР
На поля сражений.
Когда ты медлишь, Бедфорд, я и сам
Управлюсь.
БЕДФОРД
Глостер, уж не сомневайся.
Давно в уме я армию собрал,
С которой мы французов обуздаем.
Входит ТРЕТИЙ ГОНЕЦ.
ТРЕТИЙ ГОНЕЦ
Вы плачете? Я вам добавлю слёз
Рассказом о жестоком поединке
Меж Толботом и полчищем врагов.
ЕПИСКОП
Конечно, Толбот одержал победу.
ТРЕТИЙ ГОНЕЦ
Напротив, пораженье потерпел.
И я сейчас вам расскажу об этом.
Он августа десятого ушёл
От Орлеана, прекратив осаду.
Людей шесть тысяч было с ним тогда.
Их окружило вражеское войско
В четыре раза больше. Не успел
Он всех построить в боевом порядке.
Чтоб защитить стрелков, он не нашёл
Числа достаточного копьеносцев.
Для удержанья конницы врага
Втыкали в землю колья из заборов
Его солдаты. Больше трёх часов
Продлилась эта бешеная сеча,
В которой Толбот превзошёл себя,
Премногих супостатов в ад отправив.
Он биться повсеместно поспевал.
«Да это дьявол сам!» — враги орали
И чуть не столбенели перед ним.
А наши восклицали: «Толбот! Толбот!»
И в кроворубку яростно рвались
И вмешивались в гущу человечью.
Мы победили бы наверняка,
Но предал нас проклятый сэр Джон Фастолф.
Отпраздновал он труса — убежал
Из арьергарда, нас лишив подмоги.
Тут душегубство общее пошло.
И некий злой валлон в угоду Карлу
Ударил в спину Толбота — кому
В лицо взглянуть вся Франция не смела.
БЕДФОРД
Так он погиб? Зачем же я живу,
В разврате сибаритства прокисая?
Могу ли продлевать я этот стыд,
Когда такой великий вождь убит!
ТРЕТИЙ ГОНЕЦ
В плену он и пока ещё не умер.
С ним в заточенье Скелз и Гендерфорд.
Все прочие в земле или в застенке.
БЕДФОРД
Я выкуплю героя: это мне
По средствам. А дофина с трона скину.
И заплачу охотно четырьмя
Французами за каждого из наших.
Фальшфейеры готовить я пошёл,
Дабы почтить во Франции Георга
Святого. С тысячами десятью
Европу я ли кровью не залью!
ТРЕТИЙ ГОНЕЦ
Поторопитесь: Орлеан в осаде.
Уныло войско, держится едва.
Лорд Солсбери о пополненье просит.
Их горстка против уймищи такой,
И трудно их держать в повиновенье.
ЭКСЕТЕР
Милорды, королю мы поклялись
Дофина подчинить иль уничтожить.
БЕДФОРД
Я помню. Оставляю вас теперь:
Мне нужно приготовиться к походу.
БЕДФОРД уходит.
ГЛОСТЕР
Я в Тауэр: проверю арсенал.
И принца короную неотложно.
ГЛОСТЕР уходит.
ЭКСЕТЕР
Я в Элтем, как наставник короля.
Его оберегать — моя задача.
ЭКСЕТЕР уходит.
ЕПИСКОП
У всех занятья, все при должностях.
Лишь я один как будто Джек-бездельник.
Но дело сыщется и для меня:
Когда смогу наследника украсть я,
То стану первым у кормила власти.
Уходит.

Сцена 2.
Франция. Перед Орлеаном.
Входят
КАРЛ, АЛАНСОН, РЕНЬЕ и АРМИЯ.
КАРЛ
Влиянье Марса на земле и в небе
Астрологам неясно до сих пор.
Давно ль благоволил он англичанам?
Теперь победа улыбнулась нам.
Какие крепости вернуть осталось?
Под Орлеаном бодро мы стоим.
А неприятели, бледны и хилы,
Как призраки, — дерутся в месяц раз.
АЛАНСОН
Бедняги от бескормицы иссохли.
Им надобно подвешивать еду
В кошёлке к шее, как ленивым мулам.
Они как мыши мокрые точь-в-точь.
РЕНЬЕ
А может быть, погоним их отсюда?
Опасный Толбот нынче на цепи.
Остался Солсбери буйноголовый,
Но что он может без людей и средств!
КАРЛ
Так бить тревогу! В бой за честь французов!
Прощу неуваженье к королю
Тем, кто увидит, как я отступлю.
Один стоять могу я против сонмищ.
Битва. ФРАНЦУЗЫ отступают.
Ублюдки! Суки! Подлое бабьё!
И это вот — французские солдаты!
Я сам бы никогда не побежал.
РЕНЬЕ
Что делать! Солсбери — бандит завзятый.
Ему как будто надоело жить.
А прочие, подобно львам голодным,
Нас, как добычу, принялись терзать.
АЛАНСОН
По сведеньям хрониста Фруассара,
Британия Роландам с Оливье
Давала жизни при Эдварде Третьем.
И это правда, если против нас
Воюют Голиафы и Самсоны.
Один готов сразить десятерых.
Как исступлённо бьются, доходяги!
КАРЛ
Поэтому они и бьются так,
Что доходяги: ими движет голод.
Они скорее стены изгрызут,
А не сдадутся. Все они взбесились.
Уж лучше мы уступим Орлеан.
РЕНЬЕ
О, да, не от ума такое рвенье.
Внутри у них как будто автомат,
Который руки в действие приводит,
Как часовые стрелки, а не то
Они так долго бы не продержались.
И я считаю: лучше нам уйти.
АЛАНСОН
Я полагаю, так мы и поступим.
Входит БАСТАРД ОРЛЕАНСКИЙ.
БАСТАРД ОРЛЕАНСКИЙ
Известие дофину я принёс.
КАРЛ
Втройне приветствуем мы Орлеанца.
БАСТАРД ОРЛЕАНСКИЙ
Однако что я вижу? Вы грустны
И потеряли воодушевленье?
Вас пораженье выбило из сил?
Утешьтесь: я привёл святую деву,
Которая спасенье нам несёт.
Ей небеса высокое призванье
Открыли: Орлеан оборонить
И Францию от англичан очистить.
Она мощнее девяти сивилл
Пророчествует — сами убедитесь:
Я вам сейчас же вызову её.
КАРЛ
Зови ж!
БАСТАРД ОРЛЕАНСКИЙ уходит.
Её сейчас мы испытаем.
Ренье, дофином будешь. Стань сюда.
Смотри сурово, спрашивай построже.
Проверим проницательность её.
РЕНЬЕ и КАРЛ меняются местами.
Входят БАСТАРД ОРЛЕАНСКИЙ и ЖАННА Д’АРК.
РЕНЬЕ
Девица, ты геройских дел желаешь?
ЖАННА Д’АРК
Ты хочешь провести меня, Ренье?
Стань впереди, дофин. Тебя я знаю,
Хотя и не видала никогда.
Не удивляйся: мне ведь всё открыто.
Позволь сейчас мне говорить с тобой
Наедине. — А вы на это время
В сторонку отойдите, господа.
РЕНЬЕ
Пошла без страха в первую атаку!
ПРИДВОРНЫЕ отходят.
ЖАННА Д’АРК
Дофин, я дочь простого пастуха
И не училась ничему, но небо
И Богоматерь вырвали меня
Из темноты и ум мой просветили.
Однажды я пасла своих овец,
Подставив щёки пламенному солнцу,
И Пресвятая Дева предо мной
В сияющем величии предстала.
Она велела скромный мой удел
Оставить и спасать родную землю,
Подмогу и победы мне суля.
Была ещё недавно я невзрачной,
Я сущею чернавкою была
И вот внезапно сделалась светла.
Спроси — я на любой вопрос отвечу.
А то ещё проверь, как я дерусь,
И убедишься: вовсе не по-женски.
Доверься мне. Победы суждены
Тебе от рук воинственной жены.
КАРЛ
Я изумлён твоей высокой речью
И всё ж тебя обязан испытать.
Сразись со мною — и тебе я вверюсь,
Коль победишь, а если нет — увы.
ЖАННА Д’АРК
Давно готова я с тобой сразиться.
Вот меч мой — с лилиями. Я его
На кладбище святой Екатерины
В Турени среди лома обрела.
КАРЛ
Начнём. Я перед девою не сдамся.
ЖАННА Д’АРК
Перед мужчиной я не отступлю.
Сражаются. ЖАННА Д’АРК побеждает.
КАРЛ
Остановись! Попредержи десницу!
Ты амазонка! Бьёшься ты со мной
Мечом Деборы!
ЖАННА Д’АРК
Силой Приснодевы.
Иначе бы я немощна была.
КАРЛ
С такою силой окажи мне помощь.
Тобой побеждена моя рука,
А вслед за ней покорено и сердце.
Не ты мне — должен я тебе служить.
О, Девственница, как тебя прозвали,
Об этом просит Франции дофин.
ЖАННА Д’АРК
Земной любви могу желать ужели,
Когда устремлена я к высшей цели?
Награды я не требую иной,
Как только видеть вольным край родной.
КАРЛ
К поверженному будь помилосердней.
РЕНЬЕ
Дофин заговорился что-то с ней.
АЛАНСОН
Быть может, выражаясь фигурально,
Покровы хочет он с неё совлечь
[Пояснение. В оригинале буквально: Doubtless he shrives this woman to her smock. — А. Ф.]
И оттого всё продлевает речь.
РЕНЬЕ
Прервём их? Он за грань уже заходит.
АЛАНСОН
Как знать нам грани царственных натур?
А женские уловки — безграничны.
[Пояснение. В оригинале обыгрываются значения слова mean: мера и означать. — А. Ф.]
РЕНЬЕ
Так что же вы решили, государь?
Уйдём мы наконец от Орлеана?
ЖАННА Д’АРК
Бесстыдный! Даже думать не моги!
Сражаться будешь. Я вам всем надежда.
КАРЛ
Всё ясно? До последнего стоять.
ЖАННА Д’АРК
Я избрана бичом для супостатов.
Осада завершится нынче в ночь.
Святой Мартин тогда второе лето
Подарит вам. Кругами по воде
Распространяется мирская слава.
Она всё расширяется, пока
Не исчезает. Так английской славе
Конец со смертью Генриха настал.
Для них замкнулся круг. А я подобна
Тому заносчивому кораблю (insulting ship),
Что Цезаря фортуну нёс к победам.
КАРЛ
Голубкой вдохновлён был Магомет.
Тебя орёл крылами осеняет.
Ты и Елену — Константина мать,
И дочерей апостола Филиппа
Превысить можешь доблестью своей.
Венера ты, сошедшая на землю.
Чем я тогда тебя вознагражу?
АЛАНСОН
Заговорились вы. Пора за дело.
РЕНЬЕ
Верни нам честь и Орлеан спаси.
Тогда, дитя, ты обретёшь бессмертье.
КАРЛ
Удачу испытаем мы сейчас.
И если поражение потерпим,
Пророков не осталось на земле.
Уходят.

Сцена 3.
Лондон. Перед Тауэром.
Входит ГЛОСТЕР со СЛУГАМИ в синих одеждах.
ГЛОСТЕР
Я Тауэр обследовать пришёл.
Смерть Генриха внушает опасенья
Интриг. Но где же стража? Отворить
Немедленно ворота! Это Глостер.
ПЕРВЫЙ СТРАЖ (изнутри)
Кто самовластно ломится сюда?
ПЕРВЫЙ СЛУГА
Да герцог Глостер! Разве ты не слышал?
ВТОРОЙ СТРАЖ (изнутри)
Кто б ни был он, ему войти нельзя.
ПЕРВЫЙ СЛУГА
Так отвечать протектору? Скотина!
ПЕРВЫЙ СТРАЖ (изнутри)
Господь подай ему протекторат.
Но и приказ нарушить мы не вправе.
ГЛОСТЕР
Кто приказал? Меня главнее нет!
Кто смеет мне здесь не повиноваться?
Снести ворота, слуги! Я велю.
Мы не посмешище для подлых грумов!
СЛУГИ ломают ворота.
Изнутри подходит комендант ВУДВИЛ.
ВУДВИЛ
Кто там бунтует?
ГЛОСТЕР
Это комендант?
Пред Глостером ворота отоприте.
ВУДВИЛ
Спокойно, герцог, я не отопру.
Мне запрещает кардинал Винчестер
Впускать тебя и всех твоих людей.
ГЛОСТЕР
Безвольный Вудвил, наглого прелата
Предпочитаешь мне? Да ведь его
Король покойный ни во что не ставил!
Ты враг властям — небесной и мирской.
Впусти меня, иль самого извергнут
Тебя отсюда.
ПЕРВЫЙ СЛУГА
Слышишь, отворяй
Протектору ворота — и живее,
Не то мы в самом деле их снесём!
Входит ЕПИСКОП ВИНЧЕСТЕРСКИЙ со СЛУГАМИ в коричневых одеждах.
ЕПИСКОП
Чего ты хочешь, оголтелый Глостер?
ГЛОСТЕР
Ты заградил мне путь, плешивый поп?
ЕПИСКОП
Тебе, тебе, протектор самозваный.
ГЛОСТЕР
Прочь, конспиратор! Ты злоумышлял
На Генриха покойного, а также
Ты шлюхам индульгенции дарил.
Смотри ж: тебя я сквозь твою биретту
Просею! А поэтому — заткнись.
ЕПИСКОП
Нет, я не отступлю. Ты, подлый Каин,
Уже возмнил, что здесь тебе Дамаск,
И Авеля готовишься зарезать?
ГЛОСТЕР
Я не убью, а вышвырну тебя,
Спелёнатого, как дитя, сутаной.
ЕПИСКОП
Да я тебя по рылу оскорблю!
[Пояснение. В оригинале, конечно, нет никакого рыла: I beard thee to thy face (Я бросаю вызов тебе в лицо). С моей стороны рыло — намёк на герб Глостера с изображением кабана. — А. Ф.]
ГЛОСТЕР
Что, что? Меня ты оскорбишь по рылу?
Не место драться здесь, но ничего.
Эй, синие, коричневым вломите.
Ты бороду, прелат, побереги.
И шапку — ведь её топтать я буду.
И папе, и церковникам иным
Назло тебя за шкирку оттаскаю.
ЕПИСКОП
Ну, перед папою ответишь ты!
ГЛОСТЕР
Верёвку для винчестерского гуся! —
Что встали? Бей коричневую мразь!
Пошёл отсюда, волк в овечьей шкуре!
Пошёл, в сутане красной фарисей!
СЛУГИ ГЛОСТЕРА теснят СЛУГ ЕПИСКОПА.
Входит ЛОРД-МЭР Лондона со СВИТОЙ.
ЛОРД-МЭР
Как вам не стыдно — высшему сословью! —
Здесь учинять кабацкий мордобой!
ГЛОСТЕР
Ты, мэр, заткнись. Я оскорблён чрезмерно.
Бофорт — враг Господа и короля,
Он в Тауэр явился как захватчик.
ЕПИСКОП
А Глостер — наших добрых граждан враг.
Он алчет войн — и никогда не мира,
Налогами насилует народ,
Искоренить религию желает,
Возмнив себя правителем страны.
Он в Тауэр явился за оружьем,
Коронованье принца чтоб сорвать
И самому усесться на престоле.
ГЛОСТЕР
Ну, нет, его сейчас я изобью!
Дерутся опять.
ЛОРД-МЭР
Что делать мне при этой потасовке?
Лишь привести в движение закон.
Читай, глашатай, да как можно громче.
ГЛАШАТАЙ (читает)
«Лицам всех сословий, с оружием в руках посягающих на мир божий и королевский, именем его величества повелеваем разойтись по домам и впредь не носить и не применять ни мечей, ни кинжалов, ни других видов оружия под страхом смертной казни».
ГЛОСТЕР
Что ж, кардинал, закон я соблюду.
Но мы ещё увидимся, надеюсь?
ЕПИСКОП
Не сомневайся: я найду тебя,
И кровью ты заплатишь за обиды.
ЛОРД-МЭР
Осталось мне потребовать дубин
[Пояснение. В оригинале: I’ll call for clubs. С восклицанием Clubs! Clubs!, т. е. дубинами их, дубинами!, горожане разнимали дерущихся. Таким образом проявляли себя разные группировки. Отсюда произошло слово «клуб». — А. Ф.],
Так разошлись они. Эй, расходитесь!
Епископ этот злее всех чертей.
ГЛОСТЕР
Прощай, лорд-мэр. Ты долг уже исполнил.
ЕПИСКОП
Поганый Глостер, голову свою
Ты для меня побереги покамест.
ГЛОСТЕР и ЕПИСКОП расходятся.
ЛОРД-МЭР
Здесь вам порядок надо навести.
Я вижу: к ненависти столь заклятой
Способны лишь одни аристократы.
Уходит.

Сцена 4.
Орлеан.
Входят ПУШКАРЬ и его СЫН.
ПУШКАРЬ
Сам Орлеан в осаде, а предместья,
Как знаешь ты, во власти англичан.
СЫН
Да, я промахивался, к сожаленью,
Стреляя в них.
ПУШКАРЬ
Направлю я тебя —
Авось ты не промажешь. Я, надеюсь,
Чего-то стою здесь как канонир.
По сведеньям разведки, англичане
Из-за решётки в башне той следят
За нами — чтобы вылазку устроить,
Иль обстрелять. Я взял их на прицел
И наблюдал за ними трое суток.
Теперь меня смени: стоять невмочь.
А если что, я в доме коменданта.
ПУШКАРЬ уходит.
СЫН
Ты отдыхай. Поди, управлюсь сам.
На башню поднимаются
ЛОРД СОЛСБЕРИ, ЛОРД ТОЛБОТ, ГЛЕНСДЕЙЛ и ГАРГРЕЙВ.
СОЛСБЕРИ
Какое счастье — ты вернулся, Толбот!
Враги не издевались над тобой?
Как ты освободился? Нам поведай
Без промедленья здесь же обо всём.
ТОЛБОТ
На пленного Потона де Сентрая
Был я обменян. До того враги
Для издевательства меня хотели
За низшего кого-нибудь отдать.
Но смерти предпочёл я этот выкуп
И своего добился наконец.
Однако рвёт мне сердце мерзкий Фастолф.
Его убил бы собственной рукой!
СОЛСБЕРИ
Как обращались недруги с тобою?
ТОЛБОТ
Недружественно и не по-людски.
Меня однажды вывели на площадь
И там глумились: вот французский страх,
А если точно — пугало для деток.
Охранников тогда я раскидал,
Из мостовой ногтями вырвал камни
И стал швырять в позорный этот сброд.
Вся эта сволочь тут же разбежалась,
И в кандалах я был ужасен так,
Как будто гнул железные решётки,
Столбы из адаманта разбивал.
Меня с тех пор стрелки сопровождали,
Прицеливаясь прямо в сердце мне.
СОЛСБЕРИ
Меня страданья ваши оскорбляют.
Но мы за вас достойно отомстим.
Там, в Орлеане, ужинать уселись.
Они, как на ладони, мне видны.
Смотрите: будет этот вид приятен
И Гейнсдейлу, и Гаргрейву, и вам.
Куда же развернуть нам батарею?
ГАРГРЕЙВ
На север: там командованье их.
ГЛЕНСДЕЙЛ
Нет, на редуты — те, что возле мо́ста.
ТОЛБОТ
Нет, голодом их нужно изнурить
И редкою выматывать стрельбою.
Выстрел со стороны города.
СОЛСБЕРИ и ГАРГРЕЙВ падают.
СОЛСБЕРИ
О, Господи! Помилуй грешных нас!
ГАРГРЕЙВ
Несчастных, великий Боже!
ТОЛБОТ
Откуда этот злой удар судьбы?
Друг Солсбери, ты зеркало героев,
Нет глаза у тебя и полщеки!
Проклятье башне и руке злодейской!
Ты победил в тринадцати боях.
Твоим учеником был Генрих Пятый,
Не выходивший из кровавых сеч,
Пока не умолкали барабаны.
Ты, Солсбери, не можешь говорить.
Один лишь глаз ты обращаешь к небу.
Так пусть оно не милует других,
Когда тебе в спасении откажет.
Несите умирающего. Сам
В похоронах я помогать вам буду.
Сэр Томас Гаргрейв, жив ли ты, ответь
Иль на меня ты посмотри хотя бы.
Однако, Солсбери, приободрись.
Ты не умрёшь, я думаю, покамест…
Он улыбнулся, сделал знак рукой,
Меня как будто призывая к мести.
Ты будешь отомщён, Плантагенет.
А я, любуясь городом горящим,
На лютне заиграю, как Нерон.
Да значит имя Толбот «смерть французов»!
Однако что творится в небесах?
Что это за раскаты грозовые?
Иль, это, может, барабанный гром?
Входит ГОНЕЦ.
ГОНЕЦ
Милорд, на нас французы наступают:
С какой-то девой их ведёт дофин.
А дева — прорицательница будто.
Они нас вынуждают отойти.
СОЛСБЕРИ приподнимается и стонет.
ТОЛБОТ
Ты слышишь: стонет Солсбери пред смертью?
Страшится, что не будет отомщён
Из-за дельфина и какой-то девки.
Но Солсбери я стану для врагов!
Сердца их конь копытами расплющит,
А черепа втопчу я в грязь болот.
Перенесите Солсбери в палатку.
Французишки, я испытаю вас.
Уходит.

Сцена 5.
Орлеан. Поле битвы.
ТОЛБОТ теснит КАРЛА.
Появляется ЖАННА Д’АРК и гонит англичан.
ТОЛБОТ
Что с силой, мощью, крепостью моей?
От девки, вырядившейся в мужское,
Бегут мои солдаты, и пресечь
Я этот драп уже не в состоянье.
Ну, что ж, хоть с этой ведьмою сражусь. —
Иди, иди сюда, исчадье ада.
Как только кровь тебе я отворю,
Ты помощи хозяина лишишься.
ЖАННА Д’АРК
Иди сюда — и будешь посрамлён.
ТОЛБОТ и ЖАННА Д’АРК сражаются.
ТОЛБОТ
Ты, небо, помогаешь преисподней?
Пусть я от напряженья разорвусь,
Но дам отпор зарвавшейся блуднице.
ЖАННА Д’АРК
Нет, Толбот, не пришла твоя пора.
Я в Орлеан провизию доставлю.
Попробуй у меня её отнять —
Голодных рассмеши своих собратьев.
Нет, Солсбери с духовной помоги.
День этот — наш. Всё будущее — наше.
ЖАННА Д’АРК вступает в город с армией.
ТОЛБОТ
Пошла гончарным кругом голова.
Я вовсе ничего не понимаю.
Не силой — страхом действует она,
Как Ганнибал. Выкуривают так же
Из ульев пчёл и голубей из гнёзд.
За лютость англичан прозвали псами.
Теперь бежим мы, как щенки, визжа.
Послушайте, соотчичи: вернитесь
На поле боя — иль прочь с герба
Убрать должны вы льва изображенье
И англичанами не зваться впредь.
Львов замените овцами. А впрочем,
Не удирают овцы от волков
С трусливостью такою исступлённой.
Не так позорно кони и быки
Бегут от разъярённых леопардов,
Как вы стремглав несётесь от рабов,
Которых били прежде вы так часто.
Всё кончено. Сокройтесь по щелям:
Ведь вы всем скопом Солсбери убили.
Никто и пальцем не пошевелил,
Чтоб отомстить. Девица входит в город,
На все усилья наши несмотря.
Зачем я вместе с Солсбери не умер?
Куда мне провалиться от стыда?
Уходит.

Сцена 6.
Орлеан.
На стены восходят
ЖАННА Д’АРК, дофин КАРЛ, АЛАНСОН, РЕНЬЕ и СОЛДАТЫ.
ЖАННА Д’АРК
Знамёна мы на башне разовьём.
От чужеземцев Орлеан свободен.
Сдержала обещанье Жанна д’Арк.
КАРЛ
Божественная Дева, дочь Астреи!
Чем этот подвиг мы вознаградим?
Чему твои подобны обещанья?
Сада Адониса, что день цветут,
На следующий день плоды приносят.
О Франция, пророчицу воспой!
Свободен Орлеан! О день великий!
РЕНЬЕ
Зачем же не гудят колокола?
Пускай везде взорвутся фейерверки!
Пусть божью помощь славит Орлеан!
АЛАНСОН
Вся Франция ликуй и славь героев!
КАРЛ
Здесь героиня главная — она.
Моя корона ей наполовину
По справедливости принадлежит.
Монахи и священники повсюду
В процессиях ей гимны будут петь.
Я возведу ей пирамиду выше
Египетской, воздвигну монумент,
Родосского Колосса превосходней.
Когда же Дева светлая умрёт,
Мы погребём её в бесценной урне,
Прекраснейшей, чем Дариев ковчег.
И выноситься будет эта рака
Перед явленьем царственных особ
Во дни торжеств. Не Сен-Дени отныне —
Святая Иоанна будет нам
Защитою. А вас сейчас зову я
Отпраздновать победу золотую.
Уходят.
06.09.2026