
Она ждала, что он придет.
Хлеб испекла, достала мед.
Приобрела вина кувшин,
Немного зная про мужчин.
Пытаясь дать покой уму,
С утра затеяла долму.
Потом окошко над плитой
Протерла уксусом с водой.
На небо глядя, в сотый раз
Его припомнила рассказ,
Но только улыбнулась, вдруг
Неясный охватил испуг.
Как ей советовала мать,
Стараясь дрожь в руках унять,
Косу сплела и расплела.
Все небо охватила мгла.
Но стук, настойчивый как дождь,
Предательски усилил дрожь.
- Кто там?
- Я брат Его, Семен.
Бежим, Он был вчера казнен.
Огромное спасибо, Александр, за высокую оценку!!!
Вы объяснили самую суть, очень Вам признателен.
Ну, вот как сказал Александр Шведов, лучше и не скажешь. Стихотворение - еще один шаг по лестнице, ведущей вверх. Отлично, Евгений!
Огромное спасибо, Александр, за высокую оценку!!!
Кажется, здесь, как и в других делах, вредит желание сделать лучше, чем можешь)))
свято место не быват пусто...
– ему исполнен приговор,
вчера повешен был как вор,
но за него, ему ж я брат
поесть и выпить
буду рад...
Замечательно, похоже чем-то на так и не снятый «Брат-3»
...Марфа, сестра Лазаря. Та самая, что суетилась о большом угощении, пока Мария слушала Его. Здесь она снова хлопочет. Ждёт. Думает, что Он придёт. А приходит Семён, брат Его, и говорит: «Бежим. Он был вчера казнён».
Отличные стихи. Про то, как суета не спасает. Про то, что накрываешь стол, а в дверь стучат совсем с другим.
Теперь про кажущиеся несоответствия. Ну какая к чёрту плита в в Палестине первого века.И стекол оконных не было. И долма — блюдо османской кухни.
Сплести и расплести косу, чтобы руки занялись и дрожь унялась — это не Вифания, это русская деревня.
Но это всё сознательный ход. Автору нужно, чтобы Марфа стала нашей современницей. Чтобы мы её узнали — в соседке, в родственнице, в себе. Которая печёт, моет, ждёт. Которая слышит шаги и думает: ну наконец-то. А вместо праздника — похороны.
Быт здесь — мост через две тысячи лет.
И финал от этого страшнее. Потому что весть о казни приходит не в библейские декорации, а в наш дом, где на столе кувшин вина, которое уже никому не нужно.
Женя, спасибо!