"Я родилась под гулкий звон капели в одной палате с новою весной" автоэпиграф
Я всё ещё помню, как таяли в марте снега.
Октавы сосулек под крышами дружно звенели. В осевшем сугробе, причавкнув, тонула нога. Ручьи пробивали сквозь снежную кашу тоннели.
Мы чапали в школу, обувок своих не щадя, и там батареи дымились, а мы до икоты смеялись, срывая уроки и бред городя, меняли местами сапожки и мокрые боты.
Я всё ещё помню, что в марте рождалась весна! Парила указка, как будто в руках дирижёра. Стыдливый подснежник, очнувшись от зимнего сна, из крохотной лунки тянулся к небесным просторам.
А нынче подснежник отцвёл в январе, без снегов. Ни вешних ручьев, ни сугробов и солнце вполнеба. Меняется климат: всё ближе дыханье песков. Не март, а "мартен" – про капель даже думать нелепо!
Я всё ещё помю весеннюю мессу воды. Но эхо всё глуше, источники всё отдалённей. Вода исчезает, запутав в глубинах следы. Я всё ещё помню... как помнят своих погребённых.
Чудесное!