Одно, другое, третье

Дата: 13-04-2019 | 18:09:41

Другое


***

Когда завлаба и отца семейства

бутылкой треснули по кочану,

он стал терять свои простые свойства,


понятные другим и самому

ему, впадая в умственное буйство,

во всякое зачем и почему,


в чудачество какое-то, геройство,

во тьму страстей, терзаний кутерьму,

в самоубийственное беспокойство


о том, чего и не понять ему.


***

Земную жизнь пройдя до половины,

из сумрачного леса выходя,

он оказался посреди пустыни,


цветущей после зимнего дождя,

где радуга от края и до края

стояла и, мгновенье погодя,


вдруг понял, что дарована вторая

попытка, для которой возрождён

среди забытого земного рая,


светло сияющего с трёх сторон.


***

Скажи, зачем, когда приходят сроки,

обдумать смыслы боли и тоски,

впадаешь с шумом, как река в пороги,


в смешные монологи-пустяки,

как будто отвечая никому-то,

но сделай милость, не пиши стишки,


когда рекою, как тревога, мутной

в груди кипит дешёвое бурдо,

и вместо мысли несиюминутной


бормочешь несмешное чёрт-те что.


***

Сияло будущее с трёх сторон,

а за спиной туманная завеса

перетекала в неизбывный сон,


где вялые от недосыпа бесы

уныло водят хоровод теней,

где не найти из сумрачного леса


пути среди корявых сучьев, пней,

где бледные болотные растенья

сплетаются в клубок безглазых змей,


кишмя кишат и копошатся тени.


***

Ни завтра, ни нарочно, ни случайно,

хоть прыгай в воду, хоть на стену лезь,

останется бессмыслица и тайна


о том, что нам не встретиться ни днесь,

ни после дождичка, ни по субботам,

как говорил поэт, жисть это жесть,


рассказанная злобным идиотом,

ты где-то там, а я нигде-то здесь,

не разгадать таинственное: что там,


не прочитать загадочную весть.


***

Бесформенные серые виденья

колеблются в тумане, пелена

окутывает сумерки, забвенье,


сгущается, плывут обрывки сна,

где призраки роятся, звон и скрежет

железа о железо, взбугрена


трясина, по которой скачет нежить,

крошась в труху и рассыпаясь в прах,

сквозь сомкнутые веки утро брезжит,


глаза открыть мешает тёмный страх.



Одно


***

Приснилось, что был молод и влюблён

ещё при той, казалось, вечной власти,

хотя она, конечно, ни при чём,


отвергнут и потерян, и несчастен,

власть ни при чём, но почему Госстрах

преследовал везде, что за напасти


таились там, в изломанных кустах,

рябиновые кисти пламенели,

сжигались листья в парках и садах,


слепило солнце, облака летели.


***

Зачем о том, что вдребезги разбилось,

неловкое движение руки,

и чашка вдрызг, и молоко разлилось,


и сделай милость, не пиши стишки,

и пирожок себе возьми на полке,

о чём тут плакать, собери куски,


когда всё валится из рук, что толку

лить слёзы о пролитом молоке,

дурацкие бесценные осколки


сжимая судорожно в кулаке.


***

Слегка мутило и вовсю трясло

волною лихорадочного жара,

не по сезону сухо и светло


и жарко, жарко было, и недаром

отвергнут, так неловок и смешон,

как будто в чём-то стыдном и бездарном


был на глазах любимой уличён,

уж лучше бы на месте был расстрелян,

смертельно красотою уязвлён,


безволен, жалок, болен и потерян.


***

Но так и не доплыл до середины

огромной средиземной пустоты,

и ни одной сирены и ундины


не увидал, лишь спины и хвосты,

и целый день, укрывшись парусиной

дремал до первой в небесах звезды,


и бодрствовал всю ночь, пока не минут

последние минуты темноты,

но так и не доплыл до середины,


хвосты и спины, спины и хвосты.


***

Реальность понемногу исчезала,

причин и следствий истончалась связь,

концы переплетались и начала,


связь истончалась, путалась, рвалась,

но всё же совершенно не исчезла,

отрывочностью звеньев назвалась,


порядок хаосу не антитеза,

одна из множества его личин,

нет выхода из сумрачного леса


среди обрывков следствий и причин.


***

Не будем пессимистами, не скажем

что наш стакан наполовину пуст,

когда на треть он полон или даже


на четверть, на осьмушку, скажем: пусть

нам в этой жизни и не доливали,

при нашей бедности какая грусть,


не будем тары-бары, трали-вали,

долива не дождясь в полупустой,

не скажем, что на этом карнавале


чужие мы, и жизнь сплошной отстой.



Третье


***

И дальше тишина, не шум и ярость,

но тихое журчание ручья,

и сделай милость, не пиши про старость


и ожидание небытия,

и наплевать, и ничего не надо,

в пыли забот и полузабытья,


и никакой не надо нам награды

за то, что полуспим, полуживём,

и не замайте нашу полуправду,


мы за неё умрём и всех убьём.


***

Допустим, господа, недопустимый

случится с нами, бедными, облом,

когда мы заняты неутомимо


не трахом, так войнушкою, баблом

не для себя, так на чужого дядю,

вот тут-то в ясном небе голубом


из внеземной вселенской непрогляди

появится, и всем нам прилетит

во всём своём пылающем параде


гиперпространственный суперболид.


***

И грозный ангел Ветхого Завета,

жестокий ангел с огненным мечом

с небес в потоках яростного света


сойдёт не судиёй, но палачом,

о нас, тупых козлищах, жалких суках

не всплачет, гекатомбой увлечён,


и воцарится, не дождавшись звуков

из оперы Аида, тишина,

а он такой, красавец, руки в брюках,


сквозь зубы цыкнет и пошлёт всех на.


***

Полу-востоком пахнет полу-запад,

погрязший в полу-зле, полу-добре,

такой приятный, но противный запах


портяночно-парфюмного амбре,

и вкус такой же, тирамису-рыбный,

шампанское и квас в одном ведре,


восточный запад, навсегда обрыдлый,

и обрыдалый западный восток,

то сменовеховский, то изподглыбный,


полу-уныние, полу-восторг.


***

Вы, люди, интересные созданья,

забавные такие существа,

не знаете неведомого знанья,


и без конца болтаете слова,

и чувствуете чувствами шестыми,

по пьяни даже больше, чем стрезва,


вам смыслов ни добавишь, ни отнимешь,

словами переполнены умы,

хотя могли бы обойтись одним лишь


богатым на оттенки звуком ы.


***

Давно ли наслаждались пустяками,

смотрели идиотское кино,

смеялись над такими дураками,


какими сами не были давно,

давайте похохочем втихомолку

в том зеркале, где всё искажено,


мы в нашем городке, верней посёлке,

он типа городского, нихера

таких существ не видели весёлых,


особенно с похмелья и с утра.



Только что одному моему лирическому герою протелефонировал Дунарте Алигьерьевич и сказал: "Ты уже читал, Серлас, что Слава-то Баширов тут накатал? Изрядную штуку, волшебство небывалое! Вот я прям отдыхаю. Душой". 
И главное, я-то с ним всецело согласен. 
А еще вроде Бродский с Шекспиром какой-то фанклуб собирают по поводу этого цикла )))
Шутки шутками, но тут дело нешуточное. Очень круто, Слава. И находки какие... "Бурдо", например. А по поводу "ы" я лично даже в голос поржал, насколько точно и кристально лаконично сказано ))) 

Спасибо, Серёжа!
Как говаривал другой твой персонаж:
Суровый Дант не презирал терцины...
Вот и нам не западло    ))

Вот именно! ))

Понравилось все. Почему-то напомнило Олега Григорьева ))

Спасибо, Елена!
Конечно, лестно сравнение с О.Г., которого люблю, однако...
ну я не знаю...
ну ладно...      ))

Колоссально, тёзка!
Поэма, картина маслом!!!
Просто нет слов от восторга  и священного ужаса от того, как ты легко жонглируешь непостижимыми для меня понятиями и тем больше и вернее завораживаешь тайной настоящей поэзии!!! Эк загнул, а?-:)))
ЛАЙК!!!
Спасибо, тёзка!!!

P.S.
Олег Григорьев (Вечная ему память!) здесь абсолютно ни при чём!
Я хорошо знаю поэзию Олега. Он в своё время давал мне рекомендацию  в  Союз писателе СССР. Встречались на Пушкинских чтениях в Гурзуфе. Ничего похожего в поэтике  Олега нет. Да и не могло быть! Поэт Олег замечательный, как человек и того был лучше.  Но поэзия Григорьева совершенно другая.

Тёзка, спасибо огромное!
Очень приятны нам ваши гиперболы.     ))
Ну, конечно, чудный Олег тут ни при чём...