Ты сегодня  счастливый приехал

и коробку под мышкой принёс -

чем-то давним откликнулось эхо.

Дни мелькают вразброд и вразнос.

- Посмотри-ка: нежданная милость,

а в глазах и вина, и вопрос, -

что со мною за блажь приключилась?

Ведь с деньгами сейчас перекос?

- Распродажа. Не мог удержаться.

Уступили всего за гроши.

По карманам пришлось побираться.

Вот наскрёб. Для утехи души.

И ходил, и скрипел новизною…

И шутил: "Можно хоть на парад".

Плащ потёртый. Оброс сединою.

Утомлённый, с ущербинкой взгляд.

Рада я - хоть на миг окрылился.

Значит, есть  и живинка в душе.

- Я сейчас. Приберусь только. Скрылся

на надсадном своём вираже.

Кратковременно нищее счастье:

каждый день оборону готовь.

Обступает, как ворог, ненастье.

Где ударит? По сердцу иль в бровь?

Белый короб больничной тревоги

полон боли, привычных забот.

Отказали, изношены ноги.

Мысли  вихрем: долёт? Перелёт?

Меришь комнату, метишь шагами -

Как он там, на своей глубине?

А в ушах: "Не рассказывай маме".

Ослепили. Но видишь вдвойне.

Всё - упёрлась. Углы вековые.

Осознанье нездешней вины.

Ненадёванные, неживые -

те ботинки стоят у стены.