Было время - ты пел и играл на гитаре...

Дата: 22-04-2013 | 15:29:33



Песни после войны



Было время - ты пел и играл на гитаре,
пальцы, не позабывшие, тянутся к струнам...
Проходил в даровом августовском загаре
по задворкам разбитым, но дерзким и юным.
Рифмы радиоточек "народы-восходы"
не жалели на марше казённой обутки,
и за старый пятак продавали газводу
из фанерной, с жестянками-"Крабами", будки.
Победившей страны малолетняя поросль
оживала, ржаной золотясь головою,
голосами звеня, коллективно и порознь,
по-над гарью, поросшей зелёной травою.

А ты пел под гитару - я помню, я слышу -
озаряясь негромкой, но искренней силой.
И трёхструнным аккордом хмельного дядь Мишу
от безногой тоски твоя тишь уносила.
Не гремит он давно деревянной тележкой,
а лицо его, осоловелое, злое,
в ту минуту светлело, почти безмятежно,
и осталось такое, доныне такое...
Кто там снова, созвучью другому навстречу,
вторит медью гвардейского иконостаса?
То учитель - военные твёрдые плечи,
тёмно-грозные очи родителя Спаса...

Репродуктор долбил неустанно и гордо
о невиданно щедром стотысячном росте.
Ну, а пальцы всё помнят четыре аккорда,
словно стынут в изломе сращённые кости.
И суровые люди особого сорта,
необманной души столбовое сословье,
снова молча идут по ступеням аккорда,
несмиренной даря, несдающейся кровью,
наделяя лихою тревогою века,
до кости, до корней иссечённой землёю...
И судьба - без глотка материнского млека -
всё хранит и хранит этот дар над тобою.

Сергей,
время послевоенных песен - время моего отрочества и юности. Оттого стихотворение так впечатлило.
Оно, на мой взгляд, одно из сильнейших Ваших: здесь пережитое в детстве реконструировано памятью и более поздними раздумьями и отлилось в таком весомом и ёмком слове, что даже для Вашей поэзии не всегда достижимо.
Вот сказано: "...Рифмы радиоточек "народы-всходы" - а в этих 4-х словах воплощена вся суть послевоенной радиопропаганды. Особенно впечатлил портрет учителя: "военные твёрдые плечи, Суровые люди особого строя, устоявшей души столбовое сословье". Здесь каждый троп (не строфа или строка, а троп) может быть развёрнут в историю,
каждый троп имеет пространственно-временные измерения.
Так, при ВАшей обычной щедрости слова достигается максимальная его ёмкость.

Меня поразила и рифмовка: во-первых, она исключительно женская на протяжении всего стихотворения, в ряде мест она переходит в дактилическую. Наверное, это отголосок тех послевоенных песен и тех четырёх аккордов, которые
лежали в основе песен. Так что, во-вторых, несколько суровое стихотворение обретает певучесть.

Спасибо!
А.М.

Спасибо, Сергей! Настоящая поэзия! Говорит сама за себя!
Дай Бог не последняя!
В.Е.