Киевский триптих

Дата: 09-06-2012 | 13:28:15

В.М. Гутковскому с признательностью

I

Опустошённый сумчатой Москвой,
Беспочвенный - иначе - кочевой,
Читающийся как легкомоторный,
Космополит из тех, что русопят,
За бабье лето и каштанопад
Я закатился в Киев забугорный.

Вот - Бог, а вот - порог среди дорог.
Напропалую с Богом - мой конёк,
Запавший на степную кобылицу.
Пока бездомен или многолик,
В путь - без костей до Киева, язык!
Наведаемся в щирую столицу.
_______________________

Всю ночь таможня тыкала на «вы».
Всю ночь харчили корюшку с Невы
В сердцах великорусские хохлушки.
Всю ночь ломился паспортный контроль,
И перекатная сопела голь,
И щурилась, как беженцы в теплушке.

Всю ночь роились думы о былом.
Сосед «Мы киевляне всем селом»,
Горилку полируя «Зверобоем»,
То проливал, то хмыкал наугад.
А я, как самородок-азиат,
Остерегался склонности к запоям.
_______________________

Другой сосед по имени Толян,
Из угрофинских евромуромлян,
Отмеченный надрывным заусенцем,
Вослед наряду укропогранцов
Внезапно бросил: «Дети без отцов.
Ле хаим при гевалте западенцам!..»

О бабье лето, осени весна!
В плацкартном даже мухам - не до сна:
Ведь вся ботва - об этночернозёме.
Рассвет за поездами - взапуски.
И на троих мелькают двойники
Заподлицо с фигурами в проёме.
_______________________

Центральный - но единственный вокзал.
Я кавы италийской заказал,
Как истинный ариец-монголоид.
«Варшава-Киев». «Киев-Бухарест».
На выходные нет свободных мест.
Мадьяров «Киев-Ужгород» устроит.

До заселенья - битых три часа.
Таксисты, заливные голоса,
В анфас и профиль - мятые купюры,
Берут то на хапок, то за реглан.
«Крещатик? Тридцать зеленью, братан!
А ножками - вдоль улицы Петлюры»…

II

К заутрене звала заря
Во все литавры.
Стеклопакет монастыря
Сверкал из лавры.

Клубилась публика у врат
И паства тоже.
Путеводитель - нарасхват:
Помилуй, Боже!
________________

Пещерные колокола
Небесным ладом
Просвечивали купола
Каштанопадом.

Душа просилась на постой,
Клонилась выя
У врат обители святой
Во граде Кия.
________________

Под стать паломникам грудным
И старым перцам
Под стать монашествующим
Единоверцам

Вошёл и я в незримый мир
Молитвослова,
Где нарождающийся клир
Рассеян снова.
________________

Монашек - обликом велик -
На вид - в железах -
Втащил под купол Божий лик
На саморезах.

Пускай среди Святых даров -
Песок и щебень,
Под сводами колоколов
Звучит молебен!
________________

Тому свидетельством - в росе
Печерской лавры
Илья из Мурома и все
Единозавры.

Молитва с миром на юру
Не будет лишней.
Метаться духом - не к добру.
Прости, Всевышний!
________________

Прости, Всевышний, за урон
И грех смердящий,
Зане коленопреклонён
Прямоходящий.

Прости за пройденный маршрут
Вдоль по Мазепе,
Зане вершу духовный труд
В народном склепе…

III

О, Киев, зыбкая межа,
Стезя наследства.
Предвосхищенье рубежа
И самоедства.

О, туристический из зол
Крещатик клятый,
Где я, русеющий монгол, -
Москаль пархатый.
________________

О, Незалежности майдан
Жовтоблокитный!
Опустошённый, как Богдан,
И ненасытный.

О, Киев, пращуров залог
Соборной сборной,
Самосознания поток
Нерукотворный!
________________

О, яблочный иконостас
Софии мудрой,
Где самородок-богомаз
Дымится пудрой.

О, Киев, щирый неофит
Из укро-ляхов.
Междоусобный алфавит -
Погонщик страхов.
________________

Метаться духом - изворот:
Родил - не вымер.
Недаром киевский исход -
Весь в мой Владимир.

Когда души моей свеча
Смердит нагаром,
Сплеча недаром - сгоряча
И в путь - недаром.
________________

И я там был, мёд-пиво пил,
Всю память выев.
Когда захочется в распыл -
Дорога в Киев…

О, Киев, ты же чернозём
Привил подзолу!
Всеяднорусский окоём
Есть очи долу.
________________

Тому свидетельством - века,
Земля и небо,
И холокостная мука -
Помимо хлеба.

О, Киев, дряхлый жизнелюб
И величавый,
И благоверный, словно труп
Родной шалавы!..

Иван, это круто.
Стих размером Бродского, да и размером - с Бродского... ну, или почти.

В этом тексте не всё на уровне посвящения.

Значительная часть - намного выше.

Очень интересен взгляд "с той стороны" - на Киев, как на нечто внеположное русскому миру, поданному в ироничном ключе.
И при этом барочный избыток деталей, рифм, метафор, подтекстов - вполне в духе малороссийского барокко.
Для меня, человека "с другого берега" - выросшего в Киеве, всегда казалось - что Киев и для русского самосознания - свой, а не цель путешествия или паломничества.
Однако нынешний распад и государства, и сознания - уже реальность, и Вы, Олег, в Киеве - почти как чужеземец, который любуется красотами чужого мира.
Киевский исход - Ваш Владимир - Москва-самозванка. Вот вектор перехода от идеала Киевской Руси к азиатскому Московскому княжеству. Но этот вектор, заданный Бердяевым в "Русской идеи", мне кажется ошибочным. Мне ближе интенции Хомякова в его киевском цикле, или интуиции Федотова в его "Трех столицах".
В том-то и была сила и уникальность империи - соединение в целое различных культурно-религиозных векторов, создание мощной равнодействующей силы развития, причем склеивала эти разнонаправленные (конечно, частично) вектора некое общее ощущение миссии, идущее от кирилло-мефодиевского наследия.
Как только произошла подмена этого наследия - сумма стала распадаться, центробежное движение сменилось центростремительным - империя рухнула, но и ее составляющие оказались нежизнеспособными, потому что ничего взамен той традиции единства выработано не было, да и сейчас мы у разбитого корыта.