Збигнев Херберт (1924 – 1998) - 10 cтихотворений

Zbigniew Herbert

Збигнев Херберт (1924 – 1998)

Я хотел бы описать...


Хотел бы описать простейшие чувства
радость любовь смуту
но не так как делают другие
ссылаясь на блеск дождя либо солнца

описать бы исход света
который во мне таился
но я знаю он не походит
на звездный отблеск
ибо не столь ясный
не столь чистый
не столь нездешний

описать бы свою храбрость
не выволакивая льва из пыли
описать бы тревогу
не расплескав воду в полном стакане

иначе молвить
отдам все намеки
за одно изречение
как ребро вынутое из грудной клетки
за одно слово
которому хватит места
в границах моей кожи.

но это кажется невозможным

и чтобы о любви поведать
ношусь как скаженный
спугиваю птичью стаю
и моя нежность
хотя она с водой и не схожа
жаждет водой умыться

и гнев
с огнем не схожий
у огня взаймы просит
многоразличной речи

и так смешалось
и так смешалось
во мне воедино
то что мужи седые
раз и навсегда разделили
одно называя субъектом
а другое объектом
мы засыпаем
одну руку под голову забросим
другую на другую планету

а ноги нас приземляют
и смакуют землю
тонкими корешками
которые мы утром
вырываем с болью


CHCIAABYM OPISA

ChciaBbym opisa najprostsze wzruszenie
rado[ lub smutek
ale nie tak jak robi to inni
sigajc po promienie deszczu albo sBoDca

chciaBbym opisa [wiatBo
ktуre we mnie si rodzi
ale wiem |e nie jest ono podobne
do |adnej gwiazdy
bo jest nie tak jasne
nie tak czyste
i niepewne

chciaBbym opisa mstwo
nie cignc za sob zakurzonego lwa
a tak|e niepokуj
nie potrzsajc szklank peBn wody

inaczej mуwic
oddam wszystkie przeno[nie
za jeden wyraz
wyBuskany z piersi jak |ebro
za jedno sBowo
ktуre mie[ci si
w granicach mojej skуry

ale nie jest to wida mo|liwe

i aby powiedzie - kocham
biegam jak szalony
zrywajc narcza ptakуw
i tkliwo[ moja
ktуra nie jest przecie| z wody
prosi wod o twarz

i gniew
rу|ny od ognia
po|ycza od niego
wielomуwnego jzyka

tak si miesza
tak si miesza
we mnie
to co siwi panowie
podzielili raz na zawsze
i powiedzieli
to jest podmiot
a to przedmiot

zasypiamy
z jedn rk pod gBow
a z drug w kopcu planet

a stopy opuszczaj nas
i smakuj ziemi
maBymi korzonkami
ktуre rano
odrywamy bole[nie

(Hermes, pies i gwiazda, 1957)


КОЛЕБЛЮЩАЯСЯ НИКЕ

Наиболее прекрасна Нике
когда колеблется в сомнении
правая рука как приказ прекрасна
с опорой на воздух
но вздрагивают ее крылья

ведь она видит
как юноша одиноко
идет по длинному следу
боевой колесницы
по серой дороге в сером пейзаже
среди скал с терновником редким

этот юноша скоро погибнет
чаша весов его срока
склоняется резко
долу

так хотелось бы Нике
спуститься
к нему с поцелуем

но она боится
чтобы он который не ведал
восторга ласки
познав ее
может оставить как иные
поле этого боя
потому колеблется Нике
и наконец решает
остаться в той позе
что ей придал ваятель
устыдившись минутного волненья
прекрасно зная
что завтра на рассвете
найдут этого парня
с отверстой грудью
застывшим взглядом
и терпким оболом отчизны
за мертвыми устами


NIKE KTУRA SI WAHA

Najpikniejsza jest Nike w momencie
kiedy si waha
prawa rka pikna jak rozkaz
opiera si o powietrze
ale skrzydBa dr|

widzi bowiem
samotnego mBodzieDca
idzie dBug kolein
wojennego wozu
szar drog w szarym krajobrazie
skaB i rzadkich krzewуw jaBowca

уw mBodzieniec niedBugo zginie
wBa[nie szala z jego losem
gwaBtownie opada
ku ziemi

Nike ma ogromn ochot
podej[
i pocaBowa go w czoBo

ale boi si
|e on ktуry nie zaznaB
sBodyczy pieszczot
poznawszy j
mуgBby ucieka jak inni
w czasie tej bitwy
wic Nike waha si
i w koDcu postanawia
pozosta w pozycji
ktуrej nauczyli j rzezbiarze
wstydzc si bardzo tej chwili wzruszenia
rozumie dobrze
|e jutro o [wicie
musz znalez tego chBopca
z otwart piersi
zamknitymi oczyma
i cierpkim obolem ojczyzny
pod drtwym jzykiem



ГОЛЫЙ ГОРОД

Этот город на равнине плоской как лист жести
с увечной рукой собора его указующим когтем
с мостовой цвета внутренностей домами со снятой шкурой
город под прибоем желтой волны солнца
известковой волны месяца
о город что это за город скажите что это за место
под какой звездой на какой дороге

вот люди: их работа на бойне в огромном доме
из кирпича-сырца бетонный пол овеян миазмами крови
и покаянным каноном скотины Есть ли там поэты (поэты молчания)
есть немного войска в предместье оглушительная трещотка казармы
в выходной за мостом в кустарнике на стылом песке
на ржавой траве девчонки принимают солдат
есть еще места для недолгих мечтаний
Кино
где на белой стене мечутся потусторонние тени
заведения где блестит алкоголь в тонком стекле или грубом
есть еще наконец голодные псы которые воем
определяют границы городских окраин Аминь

итак вы все еще вопрошаете что это за город
достойный страстного гнева где этот город
на поддержке каких ветров под каким воздушным покровом
живут ли там люди с цветом кожи похожим на наш
люди с лицами как у нас или


MIASTO NAGIE

To miasto na rуwninie pBaskiej jak arkusz blachy
z okaleczon rk katedry szponem wskazujcym
z brukami o kolorze wntrzno[ci domami odartymi ze skуry
miasto pod przyborem |уBtej fali sBoDca
wapiennej fali ksi|yca
o miasto cу| to za miasto powiedzcie jakie to miasto
pod jak gwiazd przy ktуrej drodze


o ludziach: pracuj w rzezni w ogromnym gmachu
z surowej cegBy betonowej podBodze owiani odorem krwi
i pokutnym psalmem zwierzt Czy s tam poeci (poeci milczcy)
jest troch wojska olbrzymia grzechotka koszar na przedmie[ciu
w niedziel za mostem w krzakach kolczastych na zimnym piasku
na rudej trawie dziewczta przyjmuj |oBnierzy
jest jeszcze troch miejsc po[wiconych marzeniom Kino
z biaB [cian na ktуr chlustaj cienie nieobecnych
maBe sale gdzie nalewaj alkohol w szkBo cienkie i grube s jeszcze psy na koniec gBodne psy ktуre wyj
i w ten sposуb wyznaczaj rogatki miasta Amen

wic jeszcze si pytacie co to za miasto
godne siarczystego gniewu gdzie jest to miasto
na linach jakich wiatrуw pod jakim sBupem powietrza
i kto tam mieszka czy ludzie o podobnym do nas kolorze skуry
czy ludzie z naszymi twarzami czy



ОСТРОВ

Есть голый остров резная колыбель моря
могилы среди эфира и соли
дымка его стежек стелется в скалах
возносится голос над молчаньем и шумом
У времен года сторон света здесь свой дом
здесь добры тени ночь добра и доброе солнце
океан был бы рад здесь сложить свои кости
усталой рукой небо здесь прибирает листья
Он так хрупок среди разгула стихии
когда ночью в горах бормочут огни человека
а утром еще до вспышки Авроры
пробивается в папоротниках свет родниковый



WYSPA

Jest nagBa wyspa Rzezba morza koByska
groby midzy eterem i sol
dymy jej [cie|ek oplataj skaBy
i podniesienie gBosуw nad szum i milczenie
Tu pory roku strony [wiata maj dom
i cieD jest dobry dobra noc i dobre sBoDce
ocean rad by tutaj zBo|y ko[ci
zmczone rami nieba opatruj li[cie
Jej krucho[ po[rуd wrzasku elementуw
gdy noc w gуrach gada ludzki ogieD
a rankiem zanim wybBy[nie Aurora
pierwsze w paprociach wstaje [wiatBo zrуdeB.

przyj
ale rуwnocze[nie
wyodrbni w sobie
i je[li to jest mo|liwe
stworzy z materii cierpienia
rzecz albo osob



ОЩУЩЕНИЕ ТОЖДЕСТВА

Если он чувствовал тождество то чаще всего с камнем
с песчаником не очень зыбким стойким и светло-серым
у которого тысяча глаз из кремня
(бессмысленное сравнение камень видит кожей)
если он чувствовал глубокую связь то именно с камнем

это не было вовсе идеей неизменности камня
он был всякий ленивый в блеске солнца занимал свет
как месяц
когда близилась буря мрачнел темнее тучи
потом жадно пил дождем запасенную воду
в сладком уничижении схватке стихий столкновении
элементов
утрата своей натуры хмельная статичность
были одновременно унизительны и прекрасны

и под конец он трезвел на ветру сухом от молний
стыдливый пот улетающий облак любовного пыла


POCZUCIE TO{SAMOZCI

Je[li miaB poczucie to|samo[ci to chyba z kamieniem
z piaskowcem niezbyt sypkim jasnym jasnoszarym
ktуry ma tysic oczu z krzemienia
(porуwnanie bez sensu kamieD widzi skуr)
je[li miaB poczucie gBbokiego zwizku to wBa[nie z kamieniem

nie byBa to wcale idea niezmienno[ci kamieD
byB rу|ny leniwy w blasku sBoDca braB [wiatBo jak ksi|yc
gdy zbli|aBa si burza ciemniaB sino jak chmura
potem piB deszcz Bapczywie i te zapasy z wod
sBodkie unicestwienie zmaganie |ywioBуw spicia elementуw
zatracenie natury wBasnej pijana stateczno[
byBy zarazem pikne i upokarzajce


wic w koDcu trzezwiaB w powietrzu suchym od piorunуw
wstydliwy pot ulotny obBok miBosnych zapaBуw




ПАН КОГИТО ОБДУМЫВАЕТ РАЗЛИЧИЕ
МЕЖДУ ЧЕЛВЕЧЕСКИМ ГОЛОСОМ И
ГОЛОСОМ ПРИРОДЫ

Неутомима оратория галактик

могу все это повторить снова
с пером наследством гуся и Гомера
с уменьшенной копией копья
встану наперекор стихиям

могу все это повторить снова
рука горе уступает
горло слабее родника
перекричать песок невозможно
слюной не свяжешь
метафору ока с солнцем
склонив ухо на камень
из зерен молчания
не смогу смолоть тишину

а ведь я собрал столько слов в одну линию
что длинней всех линий ладони

и потому она и судьбы длиннее
линии выходящей за пределы
линии расцвета
прямой как отвага линии завершенной
а ведь это была лишь линия горизонта в миниатюре

и дальше струятся молнии цветов oratio трав oratio туч
хор деревьев бормочет скала спокойно пылает
гаснет закат в океане день поглощает ночь и на
изгибе ветров
новый свет наступает

и ранняя мгла возвышает острова диск


PAN COGITO ROZWA{A RУ{NIC MIDZY GAOSEM LUDZKIM A GAOSEM PRZYRODY


Niezmordowana jest oracja [wiatуw

mog to wszystko powtуrzy od nowa
z piуrem odziedziczonym po gsi i Homerze
z pomniejszon wBуczni
stan wobec |ywioBуw

mog to wszystko powtуrzy od nowa
przegra rka do gуry
gardBo sBabsze od zrуdBa
nie przekrzycz piasku
nie zwi| [lin metafory
oka z gwiazd
i z uchem przy kamieniu
z ziarnistego milczenia
nie wyprowadz ciszy

a przecie| zebraBem tyle sBуw w jednej linii
dBu|szej od wszystkich linii dBoni

a zatem dBu|szej od losu
w linii wymierzonej poza
linii rozkwitajcej
prostej jak odwaga linii ostatecznej
lecz byBa to zaledwie miniatura horyzontu

i dalej tocz si pioruny kwiatуw oratio traw oratio
chmur
mamrocz chуry drzew spokojnie pBonie skaBa
ocean gasi zachуd dzieD poByka noc i na przeBczy wiatrуw
nowe wstaje [wiatBo

a ranna mgBa podnosi tarcz wyspy


О ТЕРПЕНИИ

Все попытки отсрочить
так называемую горькую чашу –
включая рефлексию
бурную деятельность в пользу бездомных котов
глубокие вдох и выдох
религию –
все обмануло

надо смириться
голову кротко склонить
не заламывать руки
и пользоваться в меру терпением
свободно

как протезом
без фальши стыда
но и без излишней спеси

культей не размахивать
на головами чужими
посохом не стучать
в окна сытых

пить горькие травяные настои
но не до самого донца
оставлять прозорливо
пару капель на день грядущий

смириться
но в то же время
в себе определиться
и если это возможно
сотворить из материи терпения
суть или личность


O CIERPIENIU

Wszystkie prуby oddalenia
tak zwanego kielicha goryczy –
przez refleksj
optaDcz akcj na rzecz bezdomnych kotуw
gBboki oddech
religi –
zawiodBy

nale|y zgodzi si
pochyli Bagodnie gBow
nie zaBamywa rk
posBugiwa si cierpieniem w miar
swobodnie

jak protez
bez faBszywego wstydu
ale tak|e bez niepotrzebnej pychy

nie wywija kikutem
nad gBowami innych
nie stuka biaB lask
w okna sytych

pi wycig gorzkich ziуB
ale nie do dna
zostawi przezornie
par Bykуw na przyszBo[





ГАДАНИЕ

Все глубже линии в долине ладони
в ямке где бьется родник рока
вот линия жизни смотрите летит стрелою
кругозор пяти пальцев прояснен потоком
что рвется вперед сметая преграды
и что может быть мощней и великолепней
чем это безудержное стремленье

как бескрыла рядом с ней линия постоянства
как окрик ночи и как река пустыни
начинаясь в песке она в песок уходит
или уходит куда-то глубже под кожу
сквозь ткань мышцы впадает в артерию
чтобы мы встречали ночью наших мертвых
в глубине где пульсирует кровь и память
в штольнях камерах и колодцах
наполненных темными именами

этого бугорка не бывало – я хорошо помню
там было гнездо чувственности круглое как будто
слеза горячего олова на ладонь упала
я же помню волосы и тень на щеке помню
ломкие пальцы и тяжесть головы во сне
кто гнездо разорил кто насыпал
бугорок бездушия которого не бывало

зачем закрываешь лицо руками
мы же гадаем Кого пытаешь


WRУ{ENIE

Wszystkie linie zagBbiaj si w dolinie dBoni
w maBej jamie gdzie bije zrуdeBko losu
oto linia |ycia patrzcie przebiega jak strzaBa
widnokrg piciu palcуw rozja[niony potokiem
ktуry rwie naprzуd obalajc przeszkody
i nie ma nic pikniejszego nic pot|niejszego
ni| to d|enie naprzуd

jak|e bezradna jest przy niej linia wierno[ci
jak okrzyk noc jak rzeka pustyni
poczta w piasku i ginca w piasku
mo|e gBbiej pod skуr przedBu|a si ona
rozgarnia tkank mi[ni i wchodzi w arterie
by[my spotyka mogli noc naszych zmarBych
we wntrzu gdzie si toczy wspomnienie i krew
w sztolniach studniach komorach
peBnych ciemnych imion

tego wzgуrza nie byBo - przecie| dobrze pamitam
tam byBo gniazdo czuBo[ci tak krgBe jak gdyby
oBowiu Bza gorca upadBa na rk
pamitam przecie| wBosy pamitam cieD policzka kruche palce i ci|ar [picej gBowy
kto zburzyB gniazdo kto usypaB
kopiec obojtno[ci ktуrego nie byBo


po co przyciskasz dBoD do oczu
wrу|b stawiamy Kogo pytasz





РАЗМЫШЛЕНИЯ О ПРОБЛЕМЕ НАРОДА

Исходя из уже привычных проклятий
и таких же любовных признаний
делают часто слишком смелые выводы
а также всеобщее чтение в школе
вовсе не должно давать достаточный повод
для убийства
и земля похоже в таком же положении
(ивы песчаный путь пшеничное поле небо
плюс перистые облака)

я хочу наконец увидеть
где конец тому что нам внушили
и где возникают реальные связи
как следствие вживания в историю
не случился ли с нами психический вывих
и мы события воспринимаем с доверчивостью истериков
словно мы все еще варварское племя
среди рукотворных озер и электрических дебрей

правду сказать я не знаю
твержу только
о наличии этой связи
ее симптомы побледнение
и резкое побагровение
выкрики взмахи руками
я боюсь все это приводит
к наскоро вырытой могиле

итак наконец завещаю
чтобы вы все знали:
я участвовал в бунте
но считаю что этот узел кровавый
должен стать последним который
разрубит
тот кто обрящет свободу

с польского

ROZWA{ANIA O PROBLEMIE NARODU

Z faktu u|ywania tych samych przekleDstw
i podobnych zakl miBosnych
wyciga si zbyt [miaBe wnioski
tak|e wspуlna lektura szkolna
nie powinna stanowi przesBanki wystarczajcej
aby zabi
podobnie ma si sprawa z ziemi
(wierzby piaszczysta droga Ban pszenicy niebo plus pierzaste obBoki)

chciaBbym nareszcie wiedzie
gdzie koDczy si wmуwienie
a zaczyna zwizek realny
czy wskutek prze|y historycznych
nie stali[my si psychicznie skrzywieni
i na wypadki reagujemy teraz z prawidBowo[ci histerykуw
czy wci| jeste[my barbarzyDskim plemieniem
w[rуd sztucznych jezior i puszcz elektrycznych

prawd mуwic nie wiem
stwierdzam tylko
istnienie tego zwizku
objawia si on w blado[ci
w nagBym czerwienieniu
w ryku i wyrzucaniu rk
i wiem |e mo|e zaprowadzi
do pospiesznie wykopanego doBu

wic na koniec w formie testamentu
|eby wiadome byBo:
buntowaBem si
ale sdz |e ten okrwawiony wzeB
powinien by ostatnim jaki
wyzwalajcy si
potarga


ГОСПОДИН ПРИРОДЫ

Никак не удается
его лицо припомнить.

он надо мной возвышался
расставив длинные худые ноги
и я видел
золотую цепочку
сюртук пепельно-серый
и тонкую шею
на которой болтался
неживой галстук

он показал нам впервые
ногу дохлой жабы
которую иглой уколешь
и она сожмется

он нас познакомил
с помощью золотого бинокля
с интимной жизнью
нашего предка
инфузории-туфельки
он показал нам
темное семя -
спорынья - смотрите

с его ведома
десяти лет от роду
я познал чувство отцовства
когда после долгого ожидания
из выдержанного в воде каштана
пробился желтый отросток
и вдруг все запело
по всей округе

на второй год войны
убили господина природы
выродки истории

если он попал на небо

может он ходит и сейчас
на длинных тощих лучах
в своих серых носках
с огромной кошелкой
и зеленой коробкой
смешно болтающейся сзади

но если он не попал на небо –

когда на лесной тропинке
я вижу как жук вскарабкаться тщится
на песочный холмик
подхожу ближе
раскланиваюсь
и повторяю:
- день добрый пан профессор
позвольте я помогу вам
и переношу его деликатно
и слежу за ним долго
пока он не исчезнет
в темном профессорском покое
в конце лиственного коридора

PAN OD PRZYRODY

Nie mog przypomnie sobie
jego twarzy

stawaB wysoko nade mn
na dBugich rozstawionych nogach
widziaBem
zBoty BaDcuszek
popielaty surdut
i chud szyj
do ktуrej przyszpilony byB
nie|ywy krawat

on pierwszy pokazaB nam
nog zdechBej |aby
ktуra dotykana igB
gwaBtownie si kurczy

on nas wprowadziB
przez zBoty binokular
w intymne |ycie
naszego pradziadka
pantofelka
on przyniуsB
ciemne ziarno
i powiedziaB: sporysz

z jego namowy
w dziesitym roku |ycia
zostaBem ojcem
gdy po napitym oczekiwaniu
z kasztana zanurzonego w wodzie
ukazaB si |уBty kieBek
i wszystko roz[piewaBo si
wokoBo

w drugim roku wojny
zabili pana od przyrody
Bobuzy od historii

je[li poszedB do nieba -

mo|e chodzi teraz
na dBugich promieniach
odzianych w szare poDczochy
z ogromn siatk
i zielon skrzynk
wesoBo dyndajc z tyBu

ale je[li nie poszedB do gуry -

kiedy na le[nej [cie|ce
spotykam |uka ktуry gramoli si
na kopiec piasku
podchodz
szastam nogami
i mуwi:
- dzieD dobry panie profesorze
pozwoli pan |e mu pomog -
przenosz go delikatnie
i dBugo za nim patrz
a| ginie
w ciemnym pokoju profesorskim
na koDcu korytarza li[ci

Hermes, pies i gwiazda, 1957



У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!