Две маленькие загадки природы

Дата: 23-02-2011 | 01:02:00

сказка

В старинные советские времена, когда всё вокруг было ещё народным, а твои дед и бабка ходили под стол пешком, как туда, так и обратно, случилась в природе эта загадочная история.
На краю густого тёмного леса, вдалеке от вечно голодных городских котов, в стволе старого клёна жила-поживала полёвка, самая обычная, рядовая серая мышь. А рядом раскинулось большое колхозное поле, на котором всегда зрело что-нибудь съедобное: то рожь, то пшеница, то овёс. Поле никто никогда не охранял, и ей нечего было особенно заботиться о своём пропитании: натаскает она по осени с поля зерна в свою норку, а потом всю зиму только и делает, что спит да ест, ест да спит.
Тут, как водится, весна пришла, растаял снег, зазвенели ручьи, и лес совсем оглох от криков летящих с юга грачей. Всё сильнее стало пригревать солнце, и почки на деревьях набухли, готовые вот-вот лопнуть и выпустить на свет молодую зелень. В это время в лесу каждый бывает чем-нибудь занят, у всех хватает и дел, и забот, и хлопот. И только мышь просыпалась поздно, весь день слонялась без дела, смотрела на небо, считала сначала - ворон, потом – звёзды, а поздно ночью снова укладывалась спать.
Эту привычку поздно ложиться и просыпаться в обед она переняла ещё в городе, в мастерской у одного непризнанного художника, пока жила вместе с ним в его подвале. Хорошо хоть, что художник был живописцем, а не графиком, и писал картины маслом, а то совсем бы околела бедная мышь от недоедания. Но потом уехал художник в столицы, забрал с собой все свои вкусные масляные краски и там стал сильно модным и известным авангардистом. Назад он уже так и не вернулся.
Так вот, проснулась она однажды к полудню, зевнула и выскочила из норки, чтобы свежим воздухом задохнуться. Солнце уже поднялось высоко и слегка припекало. Посмотрела мышь вверх и пискнула от неожиданности: клён, в самом основании которого она жила, покрылся прозрачной зеленью и на всех ветвях его распустились крохотные листочки, которых ещё вчера не было. Смотрели они на мир удивленно, еще ничего о мире не зная и не понимая, куда это они попали.
- У-у-у, зелёные, опять повылазили - проворчала мышь, - теперь начнут шуметь по делу и без дела, и уж точно не дадут мне поспать.
В это время весеннее солнце одним из своих лучей прикоснулось к последней нераскрывшейся почке на ветке клёна, она смачно лопнула, и на ее месте показался маленький зелёный листок.
- Опоздал, опоздал! - загалдели остальные, недавно проклюнувшиеся из почек любители хлорофилла, осознавшие вдруг, что они уже старше его. Маленький листок совсем растерялся, не зная, что сказать.
- Ты кто такой? – спросили у него его зелёные братья.
- Ещё не знаю, - пролепетал он.
- Ты – листок, понял?
- Понял, - ответил листок.
- А чей ты листок? – снова спросили они.
- Тоже не знаю, - опять пролепетал он, уже готовый зареветь.
- Кленовый, - дружно загалдели они.
- А сколько нас на нашем дереве?
- Не знаю, - ответил тот и заревел. Но тут налетел тёплый ветер и они все вместе дружно закачались на ветках. Прошло немного времени, все они подросли, и стал клён веселым и нарядным.
Однажды мышь вылезла из своей норки погреться на полуденном солнышке, но, к сожалению своему обнаружила, что листва клёна стала закрывать от нее солнечный свет.
- Эй, отодвинься, ты закрываешь от меня солнце, - пискнула она самому мелкому.
- Это не я, - пролепетал он.
- Я отсюда точно вижу, что это именно ты! – ещё громче пискнула мышь.
- Нет, это не он, это не он, это мы все вместе, - дружно зашумела тут листва на всех ветках клёна.
- Не надо обманывать исчезающих в Красной книге животных, солидно пискнула мышь, это именно он закрывает от меня солнце, и если я завтра проснусь, а он будет болтаться на прежнем месте, то я пожалуюсь на него начальнику лесничества.
Ничего не понял листок, но на всякий случай испугался, а мышь забралась в норку и, как ни в чём не бывало, завалилась спать.
Просыпается она на следующий день и видит, что листок качается на прежнем месте.
- Ты ещё здесь?- пропищала она
- Я пробовал улететь, но не смог,- ответил листок.
- Почему ты не смог улететь? – спросила мышь.
- Да я старался, но меня ветка не отпускает.
- Ах, так! – запищала мышь,- Ну тогда погоди, придет осень, ты опадешь на землю, и я тебя съем!
Вот тут уже заволновался листок по настоящему и стал каждый день понемножку желтеть от страха, ведь лето уже к концу подходить стало, а мышь, знай, всё лист караулит, всё ждет, когда тот на землю упадет.
Вот и осень наступила, постояла, помолчала, подымила кострами и задула холодными ветрами, зашумела холодными дождями. Пожелтели и покраснели каждый по своему все листья на деревьях, стали на землю опадать, сначала потихоньку, а потом все сильней и сильней. И кленовая листва стала опадать и редеть. Все меньше становилось её на ветвях клёна. Но мышь знай, все лист караулит, ждет, когда тот на землю упадет. Вот он уже совсем один остался на дереве, завеялись куда-то все его братья, а он всё висит, упасть боится.
Наконец, пришла зима, стали холодные северные ветры бедный лист трепать и рвать, снегом колючим забрасывать. И чего только не натерпелся осенний лист, оставшись на дереве в горьком одиночестве. А мышь и зимой не давала ему покоя: утром высунет нос из норки, поежится, глянет на него, как на закуску, и опять в норку спрячется.
Отгуляла зима, потратила всю силу свою и, как всегда, следом за нею опять пришла весна. Припекло солнышко, снег стал темнеть и сползать в овраги. Прилетели птицы, и опять сделалось в лесу шумно и весело.
На клёне набухли почки, потом они лопнули, и оделся он снова в прозрачную зеленую рубашку. И тут стало видно, как один старый осенний лист между молодыми листочками краснеет. Наверно, стыдно ему, что он от всех отличается. Только теперь и дошло до него, что уже давно он стал большим кленовым листом, и что не место ему, прошлогоднему, на весеннем дереве.
- Ну что же, - подумал он, - за все эти месяцы одиночества и ненастья я так высох и постарел, что теперь вряд ли захочет меня жрать эта ненасытная злопамятная мышь, да я сейчас её уже и сам не боюсь. Подумал - и тут же смело оторвался от привычной и надоевшей ветки. Стал он медленно - медленно падать, но тут, едва он коснулся земли, налетел сильный южный ветер, подхватил его, поднял высоко в небо и понес куда-то над лесом.
Увидела это серая грызунья, щелкнула от азарта зубами и побежала, что было духу, вослед. Бежит, на камни натыкается, в траве путается, но не отстает.
Но тёплый ветер через густой лес, через колхозное поле, через широкую дорогу донес старый осенний лист до большого города и, покружив его над вечерними улицами, забросил в окно большого дома. Упал он тихо на белый подоконник и остался лежать там.
А утром пионер Валера, который жил в этом доме, подошёл к окну и удивился: вот интересные дела, откуда весной мог взяться такой большой осенний лист. Положил он его аккуратно между страницами учебника и понёс в школу показать учителю ботаники. Долго смотрели они с учителем через увеличительное стекло на таинственный кленовый лист, а потом взяли да и включили его в большой школьный гербарий. И была это для Валеры первая загадка природы.
А мышь, увидев, что лист ветром занесло в окно высокого дома, решила незаметно пробраться в этот дом, и там найти своего давнего обидчика. До поздней ночи бегала она по лестницам, щелям и закоулкам, а на второй день, сильно устав и проголодавшись, залезла в продуктовую кладовку. Полазила она по полкам, проверила все кульки, все коробки и на верхней полке, где пахло особенно вкусно, провалилась в большую стеклянную банку с пшеничной мукой. От страха разыгрался у мыши волчий аппетит, и наелась она муки до отвала. Вот так и досидела серая в банке до утра, закусывая и боясь, боясь и закусывая. А утром в кладовую зашел папа Валеры и увидел, что в банке с мукой сидит упитанная белая мышь.
- Лабораторная, - подумал папа, посадил её в пустую клетку, в которой когда-то жила канарейка, и отдал сыну. Пионер Валера всегда любил животных и птиц, и поэтому сильно обрадовался маленькому зверьку. Он насыпал ему в кормушку гречневых зёрнышек и пошёл учиться в школу.
Каково же было удивление Валеры, когда, собравшись вечером опять покормить белую мышку, он обнаружил в клетке толстую серую мышь. И он, как истинный юннат и любитель природы, на следующий день взял клетку с мышью и отнёс её в школу показать учителю зоологии. Долго смотрели они с учителем через увеличительное стекло на таинственную серую полёвку, а потом взяли да и посадили её в школьный террариум. И была это для Валеры вторая загадка природы.
Вот так и живут теперь рядом две маленькие загадки большой природы - серая полевая мышь и осенний кленовый лист. Мышь сидит за решёткой, как старый большевик при царском режиме, и ни в чём не нуждается, а красивый осенний лист висит на стене в разноцветном гербарии, как портрет лётчика-космонавта на самой главной Доске почёта страны.

1970 – 2010 г.г. Ростов-на-Дону – Москва – Ростов-на-Дону

Переезд от городского художника-масляниста в экологически чистый р-н не мотивирован в плане мышыной соцыализацыи. Или цензура вырезала?
К тому же практически проигнорирована актуальнейшая для детей тема освоения нанотехнологий.
Сказка требует серьёзной доработки как в Ростове-на-Дону, так и в Москве в особенности.

" Долго смотрели они с учителем через увеличительное стекло на таинственную серую полёвку, а потом взяли да и посадили её в школьный террариум."

Я надеялась, что террариум окажется непустым, и пионер Валера сможет поучиться кое-чему из законов природы))