Сцена МГ (из "Истории о "Злом городе"")

Дата: 13-02-2010 | 23:03:30

Сцена МГ (из "Истории о "Злом городе"")

Ночная степь. Каган обходит курган. В лунном свете навстречу ему является тень.

Каган
Голубой Керулен.

Нукер
Золотой Онон.

Каган
В горах далёких множество огней
Рассыпано, как ожерелье звёзд,
Что сорвано суровою рукой
С надменной шеи…
Это жгут костры,
Бежав от страха, уводя стада,
Детей и жён, с равнины плодородной,
Спасаясь от мечей моих нукеров,
Трусливые кипчаки…
Так, как будто
Порывом ветра с ослабевших тел
Деревьев листья вдаль уносит осень,
И умирает опустевший сад…
А мы глядим с тоской на эту пустошь,
И что – то умирает в нас самих.

Нукер
Но мы с тобой, великий, не деревья…

Каган
Я стар, нукер, я думаю о вечном…

Нукер (смеясь)
Великий, ты клевещешь на себя…
Я слабости и дряхлости не вижу
Ужели ты как прежде не способен,
Вскочив на норовистого коня
И укротив его железной волей,
Промчаться без седла и без узды
Бескрайней степью и копьём тяжелым
На всём скаку, с гортанным хриплым смехом,
Пронзить насквозь степного кабана,
А после пировать всю ночь в шатре
Под флейты плач и пение свирели,
И танцы сладострастные наложниц,
И восхваленья спутников хмельных…
Да, полно… Ты смеёшься надо мной

Каган (хитро)
А может, старость прячется вот здесь, (показывает на голову)
Овладевая нами понемногу:
Сначала покидают нас не силы,
Сначала оставляют нас желанья.

Нукер
Великий, не пугай детей своих…
Подумай, что же будет со вселенной,
Лежащей на плечах твоих могучих,
И солнцем твоего ума согретой

Каган (довольно сипит)
Ты речь ведёшь, как ловкий царедворец,
Да только царедворец лисью хитрость
Стремится скрыть за грубым прямодушьем…
Ты, знаю, на такое не способен,
И не боишься…

Пристально, испытующе глядя нукеру в глаза, каган делает вертикальный жест большим пальцем по воздуху – жест смерти.

Нукер
Счастлив, как награду
Я смерть принять из рук твоих, великий

Каган (строго)
Молчи…
А впрочем, ты сказал толково,
Я в сердце сохраню твои слова…
Что меж собою говорят нукеры?

Нукер
Что мы давно уже глодаем кости,
Что кони не траву, а корни щиплют,
И просят крови острые мечи…
А потому, наш мудрый и великий,
Который видит всё, а знает больше,
Едва взойдёт «счастливая луна»,
Нас воскресит «великим приказаньем»…
Едва оно из судьбоносных уст
Владыки, сотрясателя вселенной
Достигнет до ушей его детей,
И снова мы окажемся в седле,
Ведомые его железной волей,
Взор устремив туда, где вдоволь пищи
И нашим животам и конским брюхам

Каган (задумчиво)
Когда взойдёт «счастливая луна»…
Она взойдёт, нукер, и очень скоро.
А будет медлить – призову шаманов,
Заставлю их глодать кору с деревьев…
Голодный волк всегда бежит быстрее

Нукер
Слова твои, великий, как бальзам
На сердце, как ушам отрада.
Я чую, как уже дрожит земля,
Прогнувшись под ударами копыт
Коней неутомимых, и от пота
Ложится на поля густой туман…
Я вижу реки, красные от крови,
И небо, раскалённое от дыма
Горящих городов, и визг звериный
Арканом увлекаемых невольниц
Восторгом снова наполняет душу…
И мы тогда…(издаёт военный клич)
Кху – кху …
Повеселимся!

Каган (довольно сипит)
И мы тогда продолжим добрый пир
И мирную беседу, небесам
Я неспроста вопросы задаю…
Вот там (показывает рукой), левее солнца колыбели
Есть земли, плодородные настолько,
Что трижды на лугах встаёт трава
За лето, дыни, виноград и вата
Вольготно зреют, и в стране счастливой,
Пристойно ль жить преступникам ничтожным,
Таким, как мусульманские собаки?
А если мы у них отнимем земли,
И города мятежные разрушив,
Сравняем их с землёй, ячмень засеем,
Поставим юрты для детей и жён,
И тучные стада отпустим в выпас…
Что скажут мне на это небеса? (снимает пояс, надевает себе на шею)
Я им себя всецело доверяю

Нукер
Веди, мудрейший, нас на мусульман.
Мы предадим огню их города;
И, вырезав самих, детей и жён,
Весь скот их заберём и лошадей…

Каган
Ты храбр, нукер, и жизнь провёл в походах,
И до сих пор командуешь десятком,
А мог бы беком сотни быть давно,
Иль выказав старанье и усердье,
В своё начало тысячу иметь,
А дале – бекство «тьмы», вхожденье в свиту…
Молчишь?.. А если б я рабом унылым
С колодкою на шее не мечтал
О власти, о свободе, что тогда?
Кем был бы я?

Нукер
… Великий, небеса
Тебя послали нам,
Свой высочайший жребий
Ты силой духа просто поддержал,
Подобное не каждому подвластно.

Каган
В словах твоих есть истины крупицы,..
Но спустимся с небес на нашу землю.
Пускай сейчас твой тысячник, нукер,
Садится на коня, и взяв с собой
Шесть сотен, их ведёт сюда, к кургану

Нукер
Спешу, мой хан!

Каган
Постой! Ещё скажи,
Я начинаю пальцы загибать,
Их у меня не больше, чем у всех…
Большие, кстати, много лет не гнутся…
С последним пальцем кончится терпенье,
Теперь беги…

Нукер
Лечу, мой повелитель.

Танец – построение сотен, прерываемый счётом кагана – загибанием пальцев
(остановками)

Каган (подзывая тысячника)
Чаган, ко мне! (тысячник подскакивает к холму)
Поедешь к той горе,
Куда забрались харачу степные,
И зайцы длинноухие залезли,
Потом сюда пригонишь весь их скот,
(балагурит) Ну, не должны в горах сидеть бараны,
Не то они орлами воспарят.
Вперёд!..
(Продолжение танца. Сотни одна за другой уходят. Каган разгибает пальцы.)
… Хвастун надменный, шах Хорезма,
В бою под Бухарой увидим скоро:
Имеешь ты, свинья, такое войско…

От автора (голос за сценой)
И степь натужно содрогнулась,
И пыль из-под копыт взметнулась,
И мрак закрыл небесны своды,
И ужас охватил народы,
И в пыль стирая города,
Пришла великая беда…
И мне своим умом несмелым
Не осознать её пределы…
От слабости, иль вслед измены
Рушатся крепостные стены…
В порыве ярости звериной
Над беззащитною людиной:
Резня, насилие, разбой…
Кровавый пир венчает бой…
И настаёт черёд утехам –
Дрожит эфир гортанным смехом
Над воем пленниц молодых,
Над стоном пращуров седых…

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!