Физики не шутят

Каждому из нас хорошо известно, что в жизни всегда есть место юмору, и порою никакой писатель-юморист не придумает ситуацию, создаваемую самой жизнью…

В самом начале 60-х годов прошлого столетия в Ленинграде, в существовавшем тогда Институте Полупроводников работал молодой учёный - физик. Он был из породы тех самых: беззаветно увлечённых наукой людей, которых так часто пародируют и над которыми так часто подсмеиваются остряки, коим Господь Бог не дал подобной страсти. Меньшая часть этих молодых учёных наповерку оказывается гениями, в то время как остальные самоотверженно и честно двигают науку “вбок” (назад не позволяют, а вперёд - не получается!), продолжая служить поводом для насмешек, как правило, не злобных.

Я не знаю, к какой категории следовало бы причислить героя моего повествования, ибо в дальнейшем наши жизненные пути разошлись. А тогда он был младшим научным сотрудником, и занимался довольно тонкими экспериментами, требовавшими самого различного оборудования. Именно по этой причине он, вооружившись соответствующим письмом за подписями директора и главного бухгалтера, поехал в магазин аптекарских товаров. Молодая девушка, примерная ровесница учёного, вписывала под его диктовку в счёт-накладную колбы, пробирки, резиновые груши и прочие нехитрые аптекарские товары.

Когда дело подходило к концу, взгляд нашего героя упал на непритязательные на вид пакетики, стоившие 4 копейки и выпускавшиеся Баковским заводом резиновых изделий под названием “Презерватив мужской”. В то время отношение физиков и лириков к этому достижению цивилизации разделяли непреодолимые противоречия: если лирики откровенно не любили сей предмет и стремились игнорировать его, то физики были переполнены прямо противоположными чувствами, ибо ни одно предприятие Страны Советов не сподобилось выпускать более эластичную резину, нежели ту, что шла на производство презервативов. Посему физики-экспериментаторы использовали изделия Баковского завода не столько по прямому назначению, сколь для изготовления чувствительнейших мембран.

Наш герой вспомнил об этом и, с некоторым смущением произнёс, обращаясь к продавщице:
- И ещё пятьдесят… этих… пакетиков.
Продавщица, тоже слегка смутившись (начало 60-х, сексуальная революция – впереди!), без труда и без калькулятора перемножила 4 копейки на 50 и сказала:
- Платите 2 рубля в кассу.
-А нельзя ли эту сумму внести сюда? – спросил учёный и указал пальцем на счёт-накладную. Девушка задумалась, и со словами: “Я пойду к заведующему, выясню”, скрылась за дверью с надписью “Провизорская”.
В течение минуты оттуда слышался раскатистый мужской смех. Затем из провизорской вышел заведующий, мужчина средних лет. Полноватое лицо его было красным от хохота. Он, с интересом глядя на покупателя, промолвил:
- Молодой человек, эти изделия мы по безналичному расчёту не продаём.

Понравилось.
Юмор настоящий. И всё очень точно - переносишься то время.

Успехов.

А.М.

М-да. Помнится, и в 80-е, заходя в аптеку, с каменным лицом я говорил:
- Две упаковки анальгина и два презерватива.
Мне (с каменным лицом) их выдавали.
Покупать презерватив без нагрузки мне почему-то казалось неудобным :))))

Сэр, позвольте вам заметить
предмет сей носил наименование
"изделие номер два"

:о)bg

PS
пояснительная записка:
поскольку баковский завод был загружен изготовлением
какой-то там космической резины он попутно
изготовлял презервативы - по людиному
"гандоны" с кодовым № названием
"изделие номер два"
(condom)

A propos, к размеру пениса это отношения не имело
в смысле № имел условное заводское
значение...

Мой старый друг, прочитав этот незатейливый рассказ, прислал мне интересное дополнение:

"Где-то во второй половине 80-х, когда я работал в Рентгено-Радиологическом институте в Песочном, мы, вместе с молодым тогда к.м.н, ныне д.м.н.и профессором, и еще одним физиком, придумали и запатентовали новый способ внутириполостного облучения. Поскольку к.м.н в то время был специалистом по женской части (я имею в виду, ГИНЕКОЛОГОМ! а не тем, о чем всегда в таких случаях думают!), естественно, что главным объектом был полостной орган – матка. Я не буду вдаваться в детали описания обычного способа радиационного лечения этого органа, применявшегося в то время. Достаточно сказать, что процесс введения лечебных инструментов в полость в то время был весьма болезненным для пациентки и трудоемким для врача. Если добавить, что процедура повторялась трижды в неделю, и сеанс облучения продолжался час, то оценить все это, да и то не в полной мере могут лишь женщины, которые были вынуждены когда-либо делать аборт, да еще в условиях советского медицинского учреждения. Мужчинам дано лишь посочувствовать этим беднягам.

В нашем случае сочувствие оказалось сильным стимулом для того, чтобы придумать нечто, облегчающее весь этот жуткий процесс. Результатом оказалась выдумка, существенным элементом которой был баллончик, что-то вроде надувного шарика. Естественно, что первая мысль была именно о все том же изделии Баковского завода, и я отправился в аптеку. Самый факт покупки никакого особого эффекта на деву – аптекаршу не произвел. Внимание было возбуждено лишь объемом закупки – несколько десятков штук. На лице выразилось некоторое удивление, смешанное с опасливым уважением. Затем она сочла нужным предупредить, что изделие через некоторое время может потерять качество… . Я ответил, что это не имеет значения, поскольку всё будет использовано в течение короткого времени. После некоторого замешательства на ее лице мелькнула докадка: ведь весь Карельский перешеек был нашпигован воинскими частями. Поэтому она с облегчением произнесла:

-А… У вас солдаты…

-Нет, у меня женщины, – совершенно честно ответил я…"