Терпенье, труд, прямой хребет до гроба...

Дата: 11-12-2009 | 17:22:49

ТЕВТОНСКИЕ ПЕСНИ
(продолжение)



5. Плющ Померании


Вот плющ германский, отстранивший ересь,-
работник с родословной благородной.
В фундамент кирхи крепко корни въелись,
чтоб стебель сжился с кладкою холодной.
Вот лист тройчатый - жилистый характер
костисто-долговязого тевтона.
Дождь моросит, и в кирху входит патер -
торжественно, как Дух в предверье лона.
Промокший зимний плащ скудельно-зелен.
Атлантики солёные туманы

предсеверным гранитноглазым землям
целят по-свойски рыцарские раны.
Вот зелья соль, тройное заклинанье:
терпенье, труд, прямой хребет до гроба.
На Хайди ли, язычнице, на Ханне -
плащ из плюща, нордическая роба.
И я, - с помором, с Померанской чайкой,
с зарывшейся в песок бродяжьей баржей, -
опять вплываю, вестью неслучайной,
в зрачок сестры прохладной - Эдды Старшей.




6.



* * *


Просторней, солнечней, смуглее
мои наследные края,
но в странном зазеркалье Клее,
скользит меж клевера змея.
От града Нюрнберга до Кёльна
цветна туманов полоса.
Довольно, Грета, о довольно!-
Вино и яд - твои глаза.

Горчит и жжётся, Маргарита,
тобой надпитая судьба.
Реторта и купель разбиты,
и не спасает ворожба.
У острокровельного дома
тропа не в силах повернуть...
Могло случится по-другому,
но в тигле не вскипела ртуть.

Но рыхлый философский камень,
скупой алхимии завет
взметнули только сизый пламень,
не алый, нет. - И чуда нет.
И ты - вдали, ты - чужедушна,
надменные твои уста
нежны сегодня и послушны,
а нет на них любви креста...

И нет крыла на нашей встрече.
Герани Альбрехта красны.
Молись, строптивый человече,
у алтаря чужой страны.
Вдыхай прощальней и смелее
и дождь, и солнце бытия.
Но там, где скошен клевер Клее,
насквозь промокла тень твоя...






7. Пересадка в Хофе



Медвежий заснеженный угол,
Баварская Тмутаракань.
Гранёный - сквозь прозелень - купол,
понтифика медная дань -
чуть слышному веянью Духа
в ничуть не хвастливых краях...
Сочельник - огней заваруха,
нерусской гульбы полувзмах.

Тевтон по надежде и вере
пирует. Что Рейн, а что Майн -
везде карусельные звери
и паром цветущий глювайн.
Везде - окольцованность долгом,
завет-аксиома о том,
что счастье пути будет долгим
над велосипедным седлом!

И я в пересадочном Хофе,
где поезд вот-вот подадут,
под ёлкою выхлебав кофе,
негромко подумаю: "Гут!" -
про этот старательный угол,
что вынянчил в твёрдом труде:
искрящейся патины купол
и Святок малиновый уголь,
трескучий - навстречу Звезде...

Негромко подумаю: "Гут!"

под ёлкою выхлебав кофе,
негромко подумаю: это ж сколько надо знать всяких слов и словосочетаний и падежей, это ж надо уметь их так сплести-выстроить и нить красную не потерять, и чтоб красиво... ну, в общем, круто!

Сергей, мне стиль Вашего стихотворчества напоминает "привкус" стихов Николая Гладких, почему-то... Не знали такого?

"И снова я один. И полночь в чистом поле,
Где возгласы сычей, как крики янычар,
Я сделаю сейчас, как корчатся от боли,
Вселенную вдохну и закричу: - Пожар!.."

Наслаждаюсь. Язык превосходен. Спасибо, Сережа.

У меня такое ощущение, Сергей, что через все эти удивительно-красивые инославные образы идет непрестанная попытка не банального постижения русской души... Спасибо. И извини, если читаю "не в ту степь", впрочем, талантливое творчество и талантливо тем, что его можно по-своему воспринимать каждому дебилу типа меня...

Великолепные стихи, а шестое, вообще, блеск!

Геннадий

Отличный стих. Мозаика чужой земли.

Снова эта волшебная музыка!.. (см. ком. на 1 ч.)
А добавление лишней строки под самый конец - чисто музыкальный приём маленькой репризы, чтобы подготовленным встретить коду...
Просто физическое удовольствие от стиха!
Не просто гут, а шён...